М.Двач / Графомания

229 Кб, 762x519
"ПРОПАВШИЕ" Жанр : Хоррор # OP 31 июля 2024, 09:24 425767 В конец треда | Веб

"ПРОПАВШИЕ"

Жанр : Хоррор

# OP 2 31 июля 2024, 13:07 2 425771

– Я бы на твоём месте давно этот стартер об вон ту сосну расколотил!
Филипп улыбнулся и начал новую, уже восьмую по счету, попытку скрутить стальную ленту в моток. Скручивать у него получалось, но как доходило до того, чтобы вставить её в дюралевый корпус, она тут же выскакивала из рук и звеня превращалась в большой клубок.
— А ты что заглох? - спросил Филипп у Сергея, который, подойдя, уже снял с плеча свою "Дружбу", присел рядом на пень, достал из кармана пиджака папиросы и закуривал.
— Обороты потерялись, не развивает. - Сергей затянулся, выпустил дым. - Понаделают говна, а мы потом ебись с ним тут! Но норму как хочешь выполняй нам нахуй!
Филипп с опаской оглянулся по сторонам. Хоть они с Сергеем и были близнецы, но по характеру казались противоположностью.
— Ты потише, Серёга. Тут рядом где то Робинзон лазит, услышит и Перфильеву передаст. Сам знаешь.
— А, похуй! - махнул Сергей рукой в сторону предполагаемого местонахождения Робинзона. - Щас уже за слова не увезут, Усатый шесть лет как подох. А эти... Ну уволит он меня и что? Работать кто будет? Они же, суки конторские, только руководить привыкли! Сами работать не будут никогда! Сегодня уволит - завтра придет обратно звать, сначала строго, для понта, а когда я рявкну, так он сразу как шалашовка увещевать начнёт. Знаем, проходили уже.

Филипп наконец смог собрать стартер. Сергей, глядя на это, засмеялся и, вставая с пня, затоптал окурок.
—Ну слава Богу! Давай закручивай скорей. - он посмотрел на часы. - На табор уже пора двигаться, нихуя - седьмой час! Я жрать уже хочу.
Филипп так и сделал. Вскоре братья подняли свои бензопилы на плечи и пошагали в чащу.

Лес был им незнаком, бригада приехала сюда только сегодня утром. Деревья стояли густо, лучи уже вечернего солнца били сквозь редкие просеки, братья шли один за другим. Первым был Сергей, как всегда. У него память на места была лучше, чем у брата. Он то и дело поглядывал вверх и по сторонам, что то бурчал под нос, затем соглашался сам с собой. Начался склон и Сергей остановился, снимая "Дружбу" с плеча, Филипп подошёл и сделал то же.
— Слышь, братка, давай через эту лощинку срежем. - Он показал рукой вниз по склону. - Мы так полкилометра срубим, лагерь там, а мы сейчас получается что вокруг хуярим.
Филипп посмотрел с сомнением.
— Ты глянь, какая там чащоба из кустов! Наверняка и речушка или ключ есть, брести придётся.
— Ключ это наоборот заебись! Хоть водички холодной попьём!
Сергей вопросительно уставился на брата, тот через секунду сдался.
— Ну пойдём, раз так..
Снова закинув пилы за спину они двинулись вниз. Поначалу шли свободно, но ниже начался кустарник и уже кое где пришлось пригинаться, Сергей матерился, прыгая впереди, Филипп только и успевал отмахиваться от веток, которые загибал своим телом брат и они, резко выпрямляясь обратно, больно били.

Скоро идти стало совсем тяжело, кустарник окончательно встал стеной.
"И ведь наверное сам жалеет, что пошёл сюда, но не признается" - подумал Филипп. Сергей как будто услышал его мысли.
— Да, завел я нас капитально.. А ты тоже хорош, надо было мне по репе ёбнуть, чтобы не выдумывал этих улучшений.
Филипп улыбнулся - они с братом никогда не то что не дрались, но и не ссорились, даже в детстве.
— Теперь уже обратно не пойдешь, далеко продвинулись.
— Это верно. И то, что я мудак это тоже верно. Но дальше мы совсем не пройдем.
Сергей виновато посмотрел, Филипп махнул рукой.
— Тогда поворачиваем, Сусанин. Пока не стемнело выходить надо отсюда.
— Ага, давай.

Они развернулись, и теперь кустарник хлестал Сусанина. Но это длилось недолго - братья вдруг резко очутились на краю обширной поляны, аккуратно окружённой темным, почти черным, лесом. Вдоль земли по ней стелилась лёгкая дымка. Филипп, шедший теперь первым, остановился как вкопанный, Сергей, задумавшийся о том, что сестра Люда с мужем звала их с братом к себе в город, и он бы сейчас сидел в квартире, попивал пивко и слушал Лидию Русланову по радио, а не лазил бы здесь с этой ебучей "Дружбой", не увидел что Филипп затормозил и ударился лицом об шинку.
— Ты чего встал? - Сергей вопросительно глянул на брата и тут же уставился на поляну. - А это чё за хуйня, мы куда вышли? Ты свернул что-ли?
— Серёга, ты на деревья эти посмотри..
Сергей тоже перевел взгляд на них. Деревья и впрямь были необычные - у них была тёмно-фиолетовая кора, раскидистые ветви как у ивы, но братьев поразила их высота, по меньшей мере как две вековых сосны, если их поставить друг на друга. Сергей присвистнул. Филипп поставил пилу на землю и сделал пару шагов вперёд, к небольшому кусту, похожему на крыжовник. Только ягоды его были тёмно-голубые и размером с мелкое яблоко. Насколько можно было видеть в этом светлом и глухом полусумраке, это росло по всей поляне. Сергей последовал примеру брата. Он сорвал одну ягоду.
— Ты осторожней, мы же не знаем, что это. - предупредил Филипп. Сергей глянул на него, передумал пошутить, откусил и стал жевать.
— Вкусная хуйня. - серьёзно заявил он. - На жимолость похожа.
Филипп тоже сорвал одну, Сергей заметил, что у брата трясутся руки
— Не робей, братка! Все будет нормально.
— Ты не делай вид, будто ничего не происходит! - голос Филиппа чуть дрожал. - Где мы? Что это за деревья и ягода? Ты ещё на небо глянь, тут как будто ночь, но звёзд нету, хотя светло. А свет тогда откуда?
Сергей осмотрелся. Было видно, что его тоже постепенно пробирает неестественная атмосфера этого места. Он вдруг понял, что и воздух здесь тоже другой.
— Филь, а ты сам то что, в смысле как думаешь?
— Помнишь дед Костя рассказывал, как они с мужиками на покосе всей бригадой уснули враз? Мол, Леший морок навёл, сны им всякие показывал..
— Да хуйня это все! - прервал брата Сергей. - Что, нам с тобой один сон снится что-ли?
— Ну так мы же близнецы..
— Не, все, заканчивай Филька! Понятно, что что то тут не то, но давай уёбывать отсюда поскорее.
Долго просить не пришлось - Филипп уже брал пилу.

Братья пошли назад в бурьян, но метров через пятьдесят стало ясно, что идти невозможно - темно. Они вернулись на поляну, их уже не удивляло что тут нисколько не потемнело, Филипп предположил что здесь всегда так, затем прошли немного вдоль кромки по границе леса. Снова забурились в кусты, скоро снова вернулись. После ещё одной попытки и возвращения на поляну Сергей зло бросил надоевшую ему до смерти бензопилу на землю.
— Заебала падла! Пусть валяется, натаскался. - он устало сел рядом с ней, достал папиросы и закурил, сложив руки на колене. Филипп аккуратно поставил рядом свою и осмотрелся. Ему показалось, что напротив них, метрах в двухстах, на противоположном краю поляны что то возвышается.
—Видишь там, Серёга?
Сергей неохотно поднялся.
— Вроде вижу. На дом похоже или хуй знает на что... - он помолчал. - Ну пойдём проверим, а то вдруг резко стемнеет, а на ночь тут не варьянт оставаться.

Братья не спеша пошли через поле. По пути они то и дело сбивали ногами эту вкусную ягоду, Сергей на ходу срывал по одной. Чем ближе они подходили, тем яснее видели очертания избы. Когда до нее оставалось метров тридцать, они вдруг вместе поняли, что она стоит не на земле, а парит в метре от неё. У Филиппа в глазах уже явно виделся ужас.
— Я ближе не пойду, хоть что говори! - он остановился.
Сергей изо всех сил постарался посмотреть на брата весёлым взглядом, но получилась только нервная ухмылка. Он вдруг придумал, как приободрить и брата, и себя. Набрав воздуха в грудь, он прокричал в сторону жилища :
— Избушка, избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом!
И повернувшись к Филиппу рассмеялся. Он почувствовал, что нервы отступили, теперь и брат успокоится. Но тот вдруг побледнел, не сводя глаз с избы и схватился рукой за сердце. Сергей успел подхватить его под мышки, когда его ноги перестали его держать. Опустил на корточки.
— Братя, ты заканчивай это, как я тут один без тебя, ты чего..
Тут он поймал его полный ужаса взгляд, и в ту же секунду за спиной раздался скрип. Сергей обернулся на звук и увидел, что изба поворачивается и уже видна яркая красная дверь. Филипп тяжело залышал и это как будто вывело Сергея из ступора.
– Щас, щас, братка, потерпи.. - он схватил Филиппа под руку и натренированным на пиле движением закинул его на плечо. Почувствовав прилив сил от страха, он побежал обратно, думая только об одном - не оглядываться.

# OP 2 31 июля 2024, 13:07 2 425771

– Я бы на твоём месте давно этот стартер об вон ту сосну расколотил!
Филипп улыбнулся и начал новую, уже восьмую по счету, попытку скрутить стальную ленту в моток. Скручивать у него получалось, но как доходило до того, чтобы вставить её в дюралевый корпус, она тут же выскакивала из рук и звеня превращалась в большой клубок.
— А ты что заглох? - спросил Филипп у Сергея, который, подойдя, уже снял с плеча свою "Дружбу", присел рядом на пень, достал из кармана пиджака папиросы и закуривал.
— Обороты потерялись, не развивает. - Сергей затянулся, выпустил дым. - Понаделают говна, а мы потом ебись с ним тут! Но норму как хочешь выполняй нам нахуй!
Филипп с опаской оглянулся по сторонам. Хоть они с Сергеем и были близнецы, но по характеру казались противоположностью.
— Ты потише, Серёга. Тут рядом где то Робинзон лазит, услышит и Перфильеву передаст. Сам знаешь.
— А, похуй! - махнул Сергей рукой в сторону предполагаемого местонахождения Робинзона. - Щас уже за слова не увезут, Усатый шесть лет как подох. А эти... Ну уволит он меня и что? Работать кто будет? Они же, суки конторские, только руководить привыкли! Сами работать не будут никогда! Сегодня уволит - завтра придет обратно звать, сначала строго, для понта, а когда я рявкну, так он сразу как шалашовка увещевать начнёт. Знаем, проходили уже.

Филипп наконец смог собрать стартер. Сергей, глядя на это, засмеялся и, вставая с пня, затоптал окурок.
—Ну слава Богу! Давай закручивай скорей. - он посмотрел на часы. - На табор уже пора двигаться, нихуя - седьмой час! Я жрать уже хочу.
Филипп так и сделал. Вскоре братья подняли свои бензопилы на плечи и пошагали в чащу.

Лес был им незнаком, бригада приехала сюда только сегодня утром. Деревья стояли густо, лучи уже вечернего солнца били сквозь редкие просеки, братья шли один за другим. Первым был Сергей, как всегда. У него память на места была лучше, чем у брата. Он то и дело поглядывал вверх и по сторонам, что то бурчал под нос, затем соглашался сам с собой. Начался склон и Сергей остановился, снимая "Дружбу" с плеча, Филипп подошёл и сделал то же.
— Слышь, братка, давай через эту лощинку срежем. - Он показал рукой вниз по склону. - Мы так полкилометра срубим, лагерь там, а мы сейчас получается что вокруг хуярим.
Филипп посмотрел с сомнением.
— Ты глянь, какая там чащоба из кустов! Наверняка и речушка или ключ есть, брести придётся.
— Ключ это наоборот заебись! Хоть водички холодной попьём!
Сергей вопросительно уставился на брата, тот через секунду сдался.
— Ну пойдём, раз так..
Снова закинув пилы за спину они двинулись вниз. Поначалу шли свободно, но ниже начался кустарник и уже кое где пришлось пригинаться, Сергей матерился, прыгая впереди, Филипп только и успевал отмахиваться от веток, которые загибал своим телом брат и они, резко выпрямляясь обратно, больно били.

Скоро идти стало совсем тяжело, кустарник окончательно встал стеной.
"И ведь наверное сам жалеет, что пошёл сюда, но не признается" - подумал Филипп. Сергей как будто услышал его мысли.
— Да, завел я нас капитально.. А ты тоже хорош, надо было мне по репе ёбнуть, чтобы не выдумывал этих улучшений.
Филипп улыбнулся - они с братом никогда не то что не дрались, но и не ссорились, даже в детстве.
— Теперь уже обратно не пойдешь, далеко продвинулись.
— Это верно. И то, что я мудак это тоже верно. Но дальше мы совсем не пройдем.
Сергей виновато посмотрел, Филипп махнул рукой.
— Тогда поворачиваем, Сусанин. Пока не стемнело выходить надо отсюда.
— Ага, давай.

Они развернулись, и теперь кустарник хлестал Сусанина. Но это длилось недолго - братья вдруг резко очутились на краю обширной поляны, аккуратно окружённой темным, почти черным, лесом. Вдоль земли по ней стелилась лёгкая дымка. Филипп, шедший теперь первым, остановился как вкопанный, Сергей, задумавшийся о том, что сестра Люда с мужем звала их с братом к себе в город, и он бы сейчас сидел в квартире, попивал пивко и слушал Лидию Русланову по радио, а не лазил бы здесь с этой ебучей "Дружбой", не увидел что Филипп затормозил и ударился лицом об шинку.
— Ты чего встал? - Сергей вопросительно глянул на брата и тут же уставился на поляну. - А это чё за хуйня, мы куда вышли? Ты свернул что-ли?
— Серёга, ты на деревья эти посмотри..
Сергей тоже перевел взгляд на них. Деревья и впрямь были необычные - у них была тёмно-фиолетовая кора, раскидистые ветви как у ивы, но братьев поразила их высота, по меньшей мере как две вековых сосны, если их поставить друг на друга. Сергей присвистнул. Филипп поставил пилу на землю и сделал пару шагов вперёд, к небольшому кусту, похожему на крыжовник. Только ягоды его были тёмно-голубые и размером с мелкое яблоко. Насколько можно было видеть в этом светлом и глухом полусумраке, это росло по всей поляне. Сергей последовал примеру брата. Он сорвал одну ягоду.
— Ты осторожней, мы же не знаем, что это. - предупредил Филипп. Сергей глянул на него, передумал пошутить, откусил и стал жевать.
— Вкусная хуйня. - серьёзно заявил он. - На жимолость похожа.
Филипп тоже сорвал одну, Сергей заметил, что у брата трясутся руки
— Не робей, братка! Все будет нормально.
— Ты не делай вид, будто ничего не происходит! - голос Филиппа чуть дрожал. - Где мы? Что это за деревья и ягода? Ты ещё на небо глянь, тут как будто ночь, но звёзд нету, хотя светло. А свет тогда откуда?
Сергей осмотрелся. Было видно, что его тоже постепенно пробирает неестественная атмосфера этого места. Он вдруг понял, что и воздух здесь тоже другой.
— Филь, а ты сам то что, в смысле как думаешь?
— Помнишь дед Костя рассказывал, как они с мужиками на покосе всей бригадой уснули враз? Мол, Леший морок навёл, сны им всякие показывал..
— Да хуйня это все! - прервал брата Сергей. - Что, нам с тобой один сон снится что-ли?
— Ну так мы же близнецы..
— Не, все, заканчивай Филька! Понятно, что что то тут не то, но давай уёбывать отсюда поскорее.
Долго просить не пришлось - Филипп уже брал пилу.

Братья пошли назад в бурьян, но метров через пятьдесят стало ясно, что идти невозможно - темно. Они вернулись на поляну, их уже не удивляло что тут нисколько не потемнело, Филипп предположил что здесь всегда так, затем прошли немного вдоль кромки по границе леса. Снова забурились в кусты, скоро снова вернулись. После ещё одной попытки и возвращения на поляну Сергей зло бросил надоевшую ему до смерти бензопилу на землю.
— Заебала падла! Пусть валяется, натаскался. - он устало сел рядом с ней, достал папиросы и закурил, сложив руки на колене. Филипп аккуратно поставил рядом свою и осмотрелся. Ему показалось, что напротив них, метрах в двухстах, на противоположном краю поляны что то возвышается.
—Видишь там, Серёга?
Сергей неохотно поднялся.
— Вроде вижу. На дом похоже или хуй знает на что... - он помолчал. - Ну пойдём проверим, а то вдруг резко стемнеет, а на ночь тут не варьянт оставаться.

Братья не спеша пошли через поле. По пути они то и дело сбивали ногами эту вкусную ягоду, Сергей на ходу срывал по одной. Чем ближе они подходили, тем яснее видели очертания избы. Когда до нее оставалось метров тридцать, они вдруг вместе поняли, что она стоит не на земле, а парит в метре от неё. У Филиппа в глазах уже явно виделся ужас.
— Я ближе не пойду, хоть что говори! - он остановился.
Сергей изо всех сил постарался посмотреть на брата весёлым взглядом, но получилась только нервная ухмылка. Он вдруг придумал, как приободрить и брата, и себя. Набрав воздуха в грудь, он прокричал в сторону жилища :
— Избушка, избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом!
И повернувшись к Филиппу рассмеялся. Он почувствовал, что нервы отступили, теперь и брат успокоится. Но тот вдруг побледнел, не сводя глаз с избы и схватился рукой за сердце. Сергей успел подхватить его под мышки, когда его ноги перестали его держать. Опустил на корточки.
— Братя, ты заканчивай это, как я тут один без тебя, ты чего..
Тут он поймал его полный ужаса взгляд, и в ту же секунду за спиной раздался скрип. Сергей обернулся на звук и увидел, что изба поворачивается и уже видна яркая красная дверь. Филипп тяжело залышал и это как будто вывело Сергея из ступора.
– Щас, щас, братка, потерпи.. - он схватил Филиппа под руку и натренированным на пиле движением закинул его на плечо. Почувствовав прилив сил от страха, он побежал обратно, думая только об одном - не оглядываться.

Показать весь текст
Ответы2583625977

Шкодливый Супермен 3 1 авг 2024, 11:18 3 425836

>>425771
Пили 2 часть, интересно.

208 Кб, 1920x1080
# OP 4 1 авг 2024, 14:21 4 425841

Тролль
— Паха, дай за рулём проехать!
—Ты что! Батя меня сразу подвесит, случись что с машиной!

Паша впервые сам, без отца, отъехал так далеко от города, на целых семьдесят километров. Но ему казалось что всё пролетевшее за окном "Ленд Крузера" пространство уместилось максимум в пару минут. Дорога уже была грунтовая, жёлтая, но тяжёлая машина не показывала вида, что ей тяжело ехать по каменной стиральной доске.

В салоне были ещё трое - сзади сидел Лёха, Пашин друг детства, его подруга Маринка, полная в нужных местах девушка, впереди Оксана - Паша влюбился в неё сразу ещё год назад, когда она только поступила к ним в училище. Год прошел, они вроде как были вместе, но о физической близости не было и речи. "Цену набивает, хули", сказал Лёха тогда, на шашлыках. Паша в ответ чуть не полез на друга в драку, со словами "Ты не понимаешь! У нее детство было тяжёлое в деревне!"

Окна машины были открыты, июнь нынче выдался сухим и жарким. Каждый день к вечеру собирались тучи, уже казалось что первые капли летят где то там, но время словно останавливалось и не давало ожить. Лёха тогда и предложил съездить на озеро, остыть. Паша попросил у отца машину и сразу поехал за Оксаной - она уже ждала его у общежития. Она не уехала на лето к себе в деревню, Паша спрашивал почему, она ответила что не хочет снова смотреть на сельское быдло. По пути захватили друзей и джип вылетел со свистом из раскаленного города. Проехав недолго по новому асфальту, скоро пришлось свернуть на проселочную, через километр начинался лес и дорога вместе с ним стала состоять из затяжных спусков и подъемов.

— Красиво здесь. - Оксана кивнула на стены из сосен, стоящие по обеим сторонам от грунтовки.
— Ага! - откликнулась с заднего ряда Марина. - Как в этом фильме про лес, как его.. Позавчера смотрели!
Она легко толкнула Лёху.
— Каком? Где ты чуть не обдристалась со страху?
— Дурак!.. Ну да, тот.
— "Вой"? - попробовал угадать Паша.
— Поворот не туда. - вспомнил Лёха. - Там уроды на..бляяяяять!

Паша резко нажал на тормоз и едва успел обрулить выбежавшего на дорогу человека. Машина через десяток метров, подняв облако пыли, встала колом. Пассажиры ещё не успели ничего понять, как задняя дверь открылась и в салон пулей влетел незнакомый мужик. Он был маленький и тщедушный, его рыжие усы не могли найти себе места на лице из за перевозбуждения.
— Заводи! Поехали! Или всем нам пиздец! - завопил мужик.
Первым пришёл в себя Лёха.
— Мужик! Пошёл нахуй отсюда! - он закричал мужику прямо в лицо, так как тот уже сидел на его коленях.
— Ребята! Серьёзно говорю, поехали скорей отсюда! - он сбавил в громкости, но прибавил в мольбе.
— Ну всё нахуй! Щас я тебя вытащу! - Лёха попытался схватить его руки, но мужик вцепился ими в подголовник переднего сиденья мёртвой хваткой, так что пальцы побелели.
— Не выгоняйте меня на улицу, пожалуйста! - заголосил он и через секунду горько заплакал навзрыд. - Они суки меня в жертву принести..

Мужик завыл, Лёха, который уже собрался бить его локтем в лицо, опустил замахнувшуюся руку.
Оксана, побледневшая от испуга, взяла Пашу за плечо.
— Поехали, Паш. Видишь, человеку плохо. - сказала она и он подчинился. Машина тихо покатилась вперёд.
— Не туда! Назад! - снова закричал мужик, хлюпая носом.
Паша не спорил, злость в нём уже сменилась тревогой. Он развернул машину и дал ей газ.

Через километров пять, что прошли в полной тишине, если не считать всхлипываний мужика, Паша затормозил и медленно остановился на обочине. Вылез из машины, прихватив сигареты (зажигалка лежала тут же, в полупустой пачке) и закурил. Все, глядя на него, вышли тоже, только мужик остался в салоне. Паша обошел, открыл дверь с его стороны, он все ещё держался побелевшими пальцами за переднее сиденье.
— Тебя как зовут?
— Игорёха.
— Ну рассказывай, Игорёха.

Все окружили его, Оксана смотрела с испугом, Маринка с жалостью, Лёха с недоумением и растерянностью, Паша, щурясь курил, держа руки в карманах шорт.

— Ребята, вы только не подумайте, что я ёбнутый какой, - чуть успокоившись, начал дрожащим голосом Игорь. - Я Игорь Ильич Севастьянов, тружусь в театре рабочим сцены, вот порыбачить на озеро приехал. Я рыбак с детства. Дед Гриша ещё научил..- Игорь замолчал, переводя свое заплаканное, красноглазое лицо от одного к другому.

— Дай закурить пожалуйста тоже! - наконец попросил он Пашу.

Паша дал, Игорь кое как прикурил дрожащими руками.

— Так, о чем я.. А, на рыбалку приехал, по утрянке короче.. Значит, выгрузился и удочку просто так забросил, прямо с берега, без лодки, а там окунь вдруг как ёбнет, я потащил а он оторвался и убежал возле берега. Я к воде нагнулся посмотреть, бдительность потерял в азарте, тут то меня по голове и стукнули.

Он замолчал и уставился на сигарету.

— Что дальше было? - спросила Марина, у неё в глазах тоже стояли слеза из жалости к Игорю. Он вздрогнул и продолжил.
— Очухался я и слышу голоса вокруг, но вида то подавать сразу не стал, что пришел в себя. Слышу они пиздят что то вроде "он в двадцатых числах всегда поднимается, а сегодня восемнадцатое, этот тут к той поре уже завоняет, а ему живых надо". А другой типа "год горячий, нынче раньше встанет". А я чую что у меня перед носом кто-то пыхтит, ну я подумал собака и чутка так глаза приоткрыл, а там парнишка лет семи на меня вплотную смотрит и как закричит "Щас тебя тролль съест!". Они, понятно, увидели тоже, один подошёл и говорит "Не обижайся, хули, тролля надо кормить, а то он нас всех кончит". Я взмолился, они ноль внимания. А этот мелкий гандон всё вокруг прыгает, хохочет и кричит "Щас тебя тролль съест!". Потом тот, который говорил со мной, перейбал ему по наглой морде за это дело, и они все пошли оттуда. Там всего пять их было, два мужика, две женщины, приятные такие и этот педик. А я глянул назад, на веревки, а они тюковые, ну думаю, я ещё повоюю. Перетеру их об лесину. Начал тереть, про тролля, конечно, значения не придал, там же дурдом в лесу, оттуда наверняка гости. Тёр, тёр, и тут, клянуся вам! - Игорь перекрестился. - Огромадная тень прошла за деревьями и ко мне повернула. Ветками хрустит на весь лес сука! Тереть верёвку уже некогда, я на адреналине так оторвался и убежал! - он показал всем по очереди запястья, которые действительно были красными. - Наебучивал так, что шуба заворачивалась, как говорится. На физкультуре так отродясь не бегал! Бежал, пока к вам под колёса не выскочил... Дай вам Бог здоровья!

208 Кб, 1920x1080
# OP 4 1 авг 2024, 14:21 4 425841

Тролль
— Паха, дай за рулём проехать!
—Ты что! Батя меня сразу подвесит, случись что с машиной!

Паша впервые сам, без отца, отъехал так далеко от города, на целых семьдесят километров. Но ему казалось что всё пролетевшее за окном "Ленд Крузера" пространство уместилось максимум в пару минут. Дорога уже была грунтовая, жёлтая, но тяжёлая машина не показывала вида, что ей тяжело ехать по каменной стиральной доске.

В салоне были ещё трое - сзади сидел Лёха, Пашин друг детства, его подруга Маринка, полная в нужных местах девушка, впереди Оксана - Паша влюбился в неё сразу ещё год назад, когда она только поступила к ним в училище. Год прошел, они вроде как были вместе, но о физической близости не было и речи. "Цену набивает, хули", сказал Лёха тогда, на шашлыках. Паша в ответ чуть не полез на друга в драку, со словами "Ты не понимаешь! У нее детство было тяжёлое в деревне!"

Окна машины были открыты, июнь нынче выдался сухим и жарким. Каждый день к вечеру собирались тучи, уже казалось что первые капли летят где то там, но время словно останавливалось и не давало ожить. Лёха тогда и предложил съездить на озеро, остыть. Паша попросил у отца машину и сразу поехал за Оксаной - она уже ждала его у общежития. Она не уехала на лето к себе в деревню, Паша спрашивал почему, она ответила что не хочет снова смотреть на сельское быдло. По пути захватили друзей и джип вылетел со свистом из раскаленного города. Проехав недолго по новому асфальту, скоро пришлось свернуть на проселочную, через километр начинался лес и дорога вместе с ним стала состоять из затяжных спусков и подъемов.

— Красиво здесь. - Оксана кивнула на стены из сосен, стоящие по обеим сторонам от грунтовки.
— Ага! - откликнулась с заднего ряда Марина. - Как в этом фильме про лес, как его.. Позавчера смотрели!
Она легко толкнула Лёху.
— Каком? Где ты чуть не обдристалась со страху?
— Дурак!.. Ну да, тот.
— "Вой"? - попробовал угадать Паша.
— Поворот не туда. - вспомнил Лёха. - Там уроды на..бляяяяять!

Паша резко нажал на тормоз и едва успел обрулить выбежавшего на дорогу человека. Машина через десяток метров, подняв облако пыли, встала колом. Пассажиры ещё не успели ничего понять, как задняя дверь открылась и в салон пулей влетел незнакомый мужик. Он был маленький и тщедушный, его рыжие усы не могли найти себе места на лице из за перевозбуждения.
— Заводи! Поехали! Или всем нам пиздец! - завопил мужик.
Первым пришёл в себя Лёха.
— Мужик! Пошёл нахуй отсюда! - он закричал мужику прямо в лицо, так как тот уже сидел на его коленях.
— Ребята! Серьёзно говорю, поехали скорей отсюда! - он сбавил в громкости, но прибавил в мольбе.
— Ну всё нахуй! Щас я тебя вытащу! - Лёха попытался схватить его руки, но мужик вцепился ими в подголовник переднего сиденья мёртвой хваткой, так что пальцы побелели.
— Не выгоняйте меня на улицу, пожалуйста! - заголосил он и через секунду горько заплакал навзрыд. - Они суки меня в жертву принести..

Мужик завыл, Лёха, который уже собрался бить его локтем в лицо, опустил замахнувшуюся руку.
Оксана, побледневшая от испуга, взяла Пашу за плечо.
— Поехали, Паш. Видишь, человеку плохо. - сказала она и он подчинился. Машина тихо покатилась вперёд.
— Не туда! Назад! - снова закричал мужик, хлюпая носом.
Паша не спорил, злость в нём уже сменилась тревогой. Он развернул машину и дал ей газ.

Через километров пять, что прошли в полной тишине, если не считать всхлипываний мужика, Паша затормозил и медленно остановился на обочине. Вылез из машины, прихватив сигареты (зажигалка лежала тут же, в полупустой пачке) и закурил. Все, глядя на него, вышли тоже, только мужик остался в салоне. Паша обошел, открыл дверь с его стороны, он все ещё держался побелевшими пальцами за переднее сиденье.
— Тебя как зовут?
— Игорёха.
— Ну рассказывай, Игорёха.

Все окружили его, Оксана смотрела с испугом, Маринка с жалостью, Лёха с недоумением и растерянностью, Паша, щурясь курил, держа руки в карманах шорт.

— Ребята, вы только не подумайте, что я ёбнутый какой, - чуть успокоившись, начал дрожащим голосом Игорь. - Я Игорь Ильич Севастьянов, тружусь в театре рабочим сцены, вот порыбачить на озеро приехал. Я рыбак с детства. Дед Гриша ещё научил..- Игорь замолчал, переводя свое заплаканное, красноглазое лицо от одного к другому.

— Дай закурить пожалуйста тоже! - наконец попросил он Пашу.

Паша дал, Игорь кое как прикурил дрожащими руками.

— Так, о чем я.. А, на рыбалку приехал, по утрянке короче.. Значит, выгрузился и удочку просто так забросил, прямо с берега, без лодки, а там окунь вдруг как ёбнет, я потащил а он оторвался и убежал возле берега. Я к воде нагнулся посмотреть, бдительность потерял в азарте, тут то меня по голове и стукнули.

Он замолчал и уставился на сигарету.

— Что дальше было? - спросила Марина, у неё в глазах тоже стояли слеза из жалости к Игорю. Он вздрогнул и продолжил.
— Очухался я и слышу голоса вокруг, но вида то подавать сразу не стал, что пришел в себя. Слышу они пиздят что то вроде "он в двадцатых числах всегда поднимается, а сегодня восемнадцатое, этот тут к той поре уже завоняет, а ему живых надо". А другой типа "год горячий, нынче раньше встанет". А я чую что у меня перед носом кто-то пыхтит, ну я подумал собака и чутка так глаза приоткрыл, а там парнишка лет семи на меня вплотную смотрит и как закричит "Щас тебя тролль съест!". Они, понятно, увидели тоже, один подошёл и говорит "Не обижайся, хули, тролля надо кормить, а то он нас всех кончит". Я взмолился, они ноль внимания. А этот мелкий гандон всё вокруг прыгает, хохочет и кричит "Щас тебя тролль съест!". Потом тот, который говорил со мной, перейбал ему по наглой морде за это дело, и они все пошли оттуда. Там всего пять их было, два мужика, две женщины, приятные такие и этот педик. А я глянул назад, на веревки, а они тюковые, ну думаю, я ещё повоюю. Перетеру их об лесину. Начал тереть, про тролля, конечно, значения не придал, там же дурдом в лесу, оттуда наверняка гости. Тёр, тёр, и тут, клянуся вам! - Игорь перекрестился. - Огромадная тень прошла за деревьями и ко мне повернула. Ветками хрустит на весь лес сука! Тереть верёвку уже некогда, я на адреналине так оторвался и убежал! - он показал всем по очереди запястья, которые действительно были красными. - Наебучивал так, что шуба заворачивалась, как говорится. На физкультуре так отродясь не бегал! Бежал, пока к вам под колёса не выскочил... Дай вам Бог здоровья!

Показать весь текст
Ответы25843

# OP 5 1 авг 2024, 15:07 5 425843

>>425841
Наступившую на минуту тишину прервал Лёха.
— Ладно, я верю что тебя ударили и связали, но тролль.. Это со страха померещилось.

Игорь яростно замотал головой.

— Да ты подожди, я не в обиду, - продолжил Лёха, - тут нечего стыдиться, я вон когда ужасы смотрю, то в туалет боюсь идти. Скажи, Марина!
— Боится! - подтвердила та. В её аппетитном теле до того проснулся капитальный материнский дух, что она стала ободряюще тереть Игорёху по спине.
— Нет, ребята. - серьёзно посмотрел он. - Тут вон какая штука - на том озере действительно рыбаки каждый год пропадают. И всегда неместные. И ни одного трупа не нашли. Говорят, конечно, что пьяный там, с лодки упал в болотных сапогах и пиздец. Утащило протокой в коряги, а там сомы быстро дело доделают. А теперь получается - может и сомы, а может и тролль. Чё это вообще за хуйня - тролль?

Паша сбросил оцепенение.

— Ну это типа великан, в североевропейских поверьях.
— Бля, а у нас то они откуда? - Игорь почесал макушку, казалось, он приходит в себя от пережитого шока. - Один наверное сюда приебенил по ошибке в давние времена, да и остался. Они ведь наверное веками ему людей на корм поставляют, зачем бы они этого козла мелкого с собой брали? Наверняка приучают уже.. Дайте телефон, ребята, я ментам позвоню.
— И что ты им скажешь?
— А как есть, так и расскажу.

Оксана протянула ему свой телефон.

— Ой, я в таких блатных не разбираюсь. - вернул Игорь. Она набрала и снова дала.
— Алло, полиция? Да, приезжайте на трассу в сторону Сохондо! Тут человека, то есть меня, в жертву принесли, суки! И "скорую" тоже давайте, этого хуилу мелкого надо наверное в дурку оформлять. В смысле я?.. Тролль!..Севастьянов Игорь Ильич.. семисят первый, апрель - месяц.. Нет, не лежал, я чё, на ибанутого похож что-ли? Ага!.. Все, добро, жду! Я вас тут встречу!

Игорь отдал телефон со вздохом облегчения и взглядом благодарного человека. Марина с улыбкой похлопала его по плечу, пока он повторял просьбы к Богу по части здоровья ребят. Оксана строго сказала, что на озеро не поедет ни за что. Никто не спорил, к тому же Лёха предложил ехать на людное Николаевское озеро, Паша согласился. Они сели в машину и поехали, вскоре остановившись у поворота на федеральную трассу. Игорь вышел, все вышли за ним, он обнял каждого по очереди, перед Пашей даже попытался встать на колени, но тот ловко поймал его под руки. Скоро он остался в зеркале заднего вида, не переставая махать вслед.

— А мы на Новый Год к кому нынче? К твоим или моим? Четыре дня осталось. - громко спросил Лёха, лёжа на диване перед телевизором и листая телефон.

Марина стояла на кухне, помешивая жарившуюся на плите картошку с мясом.

— Не знаю. Может дома посидим? К моим поедем, папа выпьет и снова начнёт песню, как они нас одевают и об...
— Ёбтвою! - не дал ей договорить своим криком Лёха.

Он вскочил и быстро пошагал на кухню.

— Чё орёшь, как ёбнутый?
— Посмотри, не узнаешь? - он протянул ей телефон экраном. Марина прищурилась.
— Кто это?
— Игорь блять! Которого чуть не съели!
— Ааа. А чё орёшь то? Он говорил, что в театре работает.
— Рабочим! А тут написано "актер"! Вот слушай "это первый случай, когда наш земляк получил престижнейшую театральную премию "Золотая маска". Победу ему принесла роль Кайзера Созе из спектакля "Подозрительные лица", которую он блестяще играет на сцене Читинского областного драматического театра уже полгода". Полгода блять! Как раз когда мы его встретили!
— И?
— Не поняла? Он роль тренировал! Спектакль перед нами разыграл!
— Не, не может быть.. - покачала головой Марина с сомнением. Лёха уже уходил из кухни, смеясь.
— Тренировал, сука!

# OP 5 1 авг 2024, 15:07 5 425843

>>425841
Наступившую на минуту тишину прервал Лёха.
— Ладно, я верю что тебя ударили и связали, но тролль.. Это со страха померещилось.

Игорь яростно замотал головой.

— Да ты подожди, я не в обиду, - продолжил Лёха, - тут нечего стыдиться, я вон когда ужасы смотрю, то в туалет боюсь идти. Скажи, Марина!
— Боится! - подтвердила та. В её аппетитном теле до того проснулся капитальный материнский дух, что она стала ободряюще тереть Игорёху по спине.
— Нет, ребята. - серьёзно посмотрел он. - Тут вон какая штука - на том озере действительно рыбаки каждый год пропадают. И всегда неместные. И ни одного трупа не нашли. Говорят, конечно, что пьяный там, с лодки упал в болотных сапогах и пиздец. Утащило протокой в коряги, а там сомы быстро дело доделают. А теперь получается - может и сомы, а может и тролль. Чё это вообще за хуйня - тролль?

Паша сбросил оцепенение.

— Ну это типа великан, в североевропейских поверьях.
— Бля, а у нас то они откуда? - Игорь почесал макушку, казалось, он приходит в себя от пережитого шока. - Один наверное сюда приебенил по ошибке в давние времена, да и остался. Они ведь наверное веками ему людей на корм поставляют, зачем бы они этого козла мелкого с собой брали? Наверняка приучают уже.. Дайте телефон, ребята, я ментам позвоню.
— И что ты им скажешь?
— А как есть, так и расскажу.

Оксана протянула ему свой телефон.

— Ой, я в таких блатных не разбираюсь. - вернул Игорь. Она набрала и снова дала.
— Алло, полиция? Да, приезжайте на трассу в сторону Сохондо! Тут человека, то есть меня, в жертву принесли, суки! И "скорую" тоже давайте, этого хуилу мелкого надо наверное в дурку оформлять. В смысле я?.. Тролль!..Севастьянов Игорь Ильич.. семисят первый, апрель - месяц.. Нет, не лежал, я чё, на ибанутого похож что-ли? Ага!.. Все, добро, жду! Я вас тут встречу!

Игорь отдал телефон со вздохом облегчения и взглядом благодарного человека. Марина с улыбкой похлопала его по плечу, пока он повторял просьбы к Богу по части здоровья ребят. Оксана строго сказала, что на озеро не поедет ни за что. Никто не спорил, к тому же Лёха предложил ехать на людное Николаевское озеро, Паша согласился. Они сели в машину и поехали, вскоре остановившись у поворота на федеральную трассу. Игорь вышел, все вышли за ним, он обнял каждого по очереди, перед Пашей даже попытался встать на колени, но тот ловко поймал его под руки. Скоро он остался в зеркале заднего вида, не переставая махать вслед.

— А мы на Новый Год к кому нынче? К твоим или моим? Четыре дня осталось. - громко спросил Лёха, лёжа на диване перед телевизором и листая телефон.

Марина стояла на кухне, помешивая жарившуюся на плите картошку с мясом.

— Не знаю. Может дома посидим? К моим поедем, папа выпьет и снова начнёт песню, как они нас одевают и об...
— Ёбтвою! - не дал ей договорить своим криком Лёха.

Он вскочил и быстро пошагал на кухню.

— Чё орёшь, как ёбнутый?
— Посмотри, не узнаешь? - он протянул ей телефон экраном. Марина прищурилась.
— Кто это?
— Игорь блять! Которого чуть не съели!
— Ааа. А чё орёшь то? Он говорил, что в театре работает.
— Рабочим! А тут написано "актер"! Вот слушай "это первый случай, когда наш земляк получил престижнейшую театральную премию "Золотая маска". Победу ему принесла роль Кайзера Созе из спектакля "Подозрительные лица", которую он блестяще играет на сцене Читинского областного драматического театра уже полгода". Полгода блять! Как раз когда мы его встретили!
— И?
— Не поняла? Он роль тренировал! Спектакль перед нами разыграл!
— Не, не может быть.. - покачала головой Марина с сомнением. Лёха уже уходил из кухни, смеясь.
— Тренировал, сука!

Показать весь текст

# OP 6 3 авг 2024, 12:52 6 425977

>>425771
Адреналина в теле хватило чтобы пересечь поляну обратно и снова забежать в лес. Кустарная чаша вскоре опять о себе напомнила, пришлось остановиться, Сергей выдохся напрочь. Он аккуратно снял со спины брата, который во время забега как то перелез туда с плеча, и последние сто метров Сергей нёс его на горбушке, точно как Филипп нёс его самого с фермы, когда они были первоклашками. Они после школы бегали туда помогать матери-доярке, вычистить стойла и посыпать их опилком, и однажды Серёже на ногу упал лом, которым подпирали ворота в коровник.

— Ну ты как, братка? - с заботой спросил он, страх от увиденного менялся на тревогу за брата.

Тот сел на корточки, сделал несколько глубоких вдохов.

— Ничего вроде.. Приступы какие то.. Сердце разгоняется, потом отпускает потихоньку. - Голос Филиппа ещё дрожал. - Я подумал, что все, инфаркт, как у дядьки Исая в прошлом году, но он то на боль в груди все жаловался, а у меня ничего не болит...
— Ну слава Богу! - облегчённо вздохнул Сергей, вытирая со лба рукавом пот. - Ты тогда сиди пока, я отойду вон туда, за кустики, обосрался от страха. Может и в брюки дриснул с чайную ложку. Но это нихуя, тут бы и Чапай дриснул..

Филипп улыбнулся, Сергей насчёт него успокоился окончательно и вприпрыжку поскакал за ближнее дерево. Через пару минут они уже уходили подальше от поляны, полушепотом живо обсуждая происходящее. Шли недолго, так как лес вдруг резко кончился и братья оказались на краю обрыва. Метрах в сорока внизу шумела река, в месте где они сейчас стояли лежал корень дерева, которое когда то здесь лежало мостиком на другую сторону, но, видимо сгнило и сломалось. Влево был уклон, и они решили спускаться вниз, параллельно реке. Все так же стояли лёгкие сумерки, кустарника здесь уже не было и братья двигались почти бегом, вскоре оказавшись на берегу. Вода здесь текла уже без шума, медленно, отражая в себе ртутного цвета небо.

— Пить охота! - облизнулся Сергей, он встал на колени, зачерпнул воду ладонями и понюхал. - Вроде нормально.. - сделал глоток, погоняв сперва воду во рту. - Молоком почему-то отдает.

Филипп тоже опустился и припал губами к реке. Напившись, они присели, Сергей закурил.

— Последняя папироса. - с сожалением заявил он. - Хуй его знает, насколько мы тут застряли, Филь, а без курева и серый волк заскучает.. Чё делать то, как выбираться отсюда? И где мы, по-твоему?
— Мне то откуда знать? - оглянулся вокруг Филипп.
— Ну а кто у нас головастый? Ты же девять классов кончил, не я, меня то в пятом тормознули.

Филипп уже не слышал последние слова, он встал и внимательно смотрел вниз по течению. Филипп заметил это.

— Чё там?
— Посмотри туда. - Филипп показал рукой. - Видишь?
— Вроде да. На мост похоже, как будто..
— Вот я тоже так подумал.. - он помолчал. - Надо идти к нему, посмотреть.
— Да ну нахуй! Вдруг там тоже Баба Яга какая! - неуверенно сказал Сергей. Вообще он был рад, что брат потихоньку берёт инициативу, ему нечего больше было предложить.
—Понятно, что разум в этом мире, или как это ещё назвать, есть. Изба, её же кто то построил, теперь мост. Может встретим кого, кто поможет. Выбора особо нет.

Сергей сдался, согласно махнул головой. Они двинулись по берегу дальше, стараясь на всякий случай не шуметь. Незнакомая трава мягко обволакивала ноги, идти было легко. По мере приближения стало ясно что это действительно мост. Серый, огромный - казалось, что его вырубили из цельной скалы руки великана. Братья повернули в сторону от реки, стали подниматься на насыпь и вышли на некое подобие дороги, она выходила из-за лесного поворота на мост. Остановившись посередине, они оглянулись.

— Ну что, пойдем на ту сторону или в лес?
— Да чёрть его знает! - крутил Сергей головой к мосту и обратно в лес. - По моему одна хуйня, что там, что..

Он не успел договорить. Слева, где дорога уходила в лес,
рядом, за поворотом, раздался утробный, протяжный рык. Братья, не сговариваясь, пригнулись и сбежали обратно с насыпи. Спрятавшись за деревом, они, боясь издать хоть малейший звук, стали смотреть, кто оттуда выйдет. Рык сменился шумным частым дыханием, стали слышны тяжёлые шаги, они были все ближе и ближе, и вскоре из леса показалось нечто. Оно было около трёх метров высотой и издалека было похоже на человека, но когда он поравнялся с братьями, они с изумлением рассмотрели его огромную бычью голову. Криворогий, чёрной масти, изо рта висела слюна, он около начала моста встал на четыре ноги, как обычный бык и сошел к воде, подняв пыль.

—Ебать! - не верил глазам Сергей.
— Пить захотел, оттого и орёт. - прошептал Филипп.

# OP 6 3 авг 2024, 12:52 6 425977

>>425771
Адреналина в теле хватило чтобы пересечь поляну обратно и снова забежать в лес. Кустарная чаша вскоре опять о себе напомнила, пришлось остановиться, Сергей выдохся напрочь. Он аккуратно снял со спины брата, который во время забега как то перелез туда с плеча, и последние сто метров Сергей нёс его на горбушке, точно как Филипп нёс его самого с фермы, когда они были первоклашками. Они после школы бегали туда помогать матери-доярке, вычистить стойла и посыпать их опилком, и однажды Серёже на ногу упал лом, которым подпирали ворота в коровник.

— Ну ты как, братка? - с заботой спросил он, страх от увиденного менялся на тревогу за брата.

Тот сел на корточки, сделал несколько глубоких вдохов.

— Ничего вроде.. Приступы какие то.. Сердце разгоняется, потом отпускает потихоньку. - Голос Филиппа ещё дрожал. - Я подумал, что все, инфаркт, как у дядьки Исая в прошлом году, но он то на боль в груди все жаловался, а у меня ничего не болит...
— Ну слава Богу! - облегчённо вздохнул Сергей, вытирая со лба рукавом пот. - Ты тогда сиди пока, я отойду вон туда, за кустики, обосрался от страха. Может и в брюки дриснул с чайную ложку. Но это нихуя, тут бы и Чапай дриснул..

Филипп улыбнулся, Сергей насчёт него успокоился окончательно и вприпрыжку поскакал за ближнее дерево. Через пару минут они уже уходили подальше от поляны, полушепотом живо обсуждая происходящее. Шли недолго, так как лес вдруг резко кончился и братья оказались на краю обрыва. Метрах в сорока внизу шумела река, в месте где они сейчас стояли лежал корень дерева, которое когда то здесь лежало мостиком на другую сторону, но, видимо сгнило и сломалось. Влево был уклон, и они решили спускаться вниз, параллельно реке. Все так же стояли лёгкие сумерки, кустарника здесь уже не было и братья двигались почти бегом, вскоре оказавшись на берегу. Вода здесь текла уже без шума, медленно, отражая в себе ртутного цвета небо.

— Пить охота! - облизнулся Сергей, он встал на колени, зачерпнул воду ладонями и понюхал. - Вроде нормально.. - сделал глоток, погоняв сперва воду во рту. - Молоком почему-то отдает.

Филипп тоже опустился и припал губами к реке. Напившись, они присели, Сергей закурил.

— Последняя папироса. - с сожалением заявил он. - Хуй его знает, насколько мы тут застряли, Филь, а без курева и серый волк заскучает.. Чё делать то, как выбираться отсюда? И где мы, по-твоему?
— Мне то откуда знать? - оглянулся вокруг Филипп.
— Ну а кто у нас головастый? Ты же девять классов кончил, не я, меня то в пятом тормознули.

Филипп уже не слышал последние слова, он встал и внимательно смотрел вниз по течению. Филипп заметил это.

— Чё там?
— Посмотри туда. - Филипп показал рукой. - Видишь?
— Вроде да. На мост похоже, как будто..
— Вот я тоже так подумал.. - он помолчал. - Надо идти к нему, посмотреть.
— Да ну нахуй! Вдруг там тоже Баба Яга какая! - неуверенно сказал Сергей. Вообще он был рад, что брат потихоньку берёт инициативу, ему нечего больше было предложить.
—Понятно, что разум в этом мире, или как это ещё назвать, есть. Изба, её же кто то построил, теперь мост. Может встретим кого, кто поможет. Выбора особо нет.

Сергей сдался, согласно махнул головой. Они двинулись по берегу дальше, стараясь на всякий случай не шуметь. Незнакомая трава мягко обволакивала ноги, идти было легко. По мере приближения стало ясно что это действительно мост. Серый, огромный - казалось, что его вырубили из цельной скалы руки великана. Братья повернули в сторону от реки, стали подниматься на насыпь и вышли на некое подобие дороги, она выходила из-за лесного поворота на мост. Остановившись посередине, они оглянулись.

— Ну что, пойдем на ту сторону или в лес?
— Да чёрть его знает! - крутил Сергей головой к мосту и обратно в лес. - По моему одна хуйня, что там, что..

Он не успел договорить. Слева, где дорога уходила в лес,
рядом, за поворотом, раздался утробный, протяжный рык. Братья, не сговариваясь, пригнулись и сбежали обратно с насыпи. Спрятавшись за деревом, они, боясь издать хоть малейший звук, стали смотреть, кто оттуда выйдет. Рык сменился шумным частым дыханием, стали слышны тяжёлые шаги, они были все ближе и ближе, и вскоре из леса показалось нечто. Оно было около трёх метров высотой и издалека было похоже на человека, но когда он поравнялся с братьями, они с изумлением рассмотрели его огромную бычью голову. Криворогий, чёрной масти, изо рта висела слюна, он около начала моста встал на четыре ноги, как обычный бык и сошел к воде, подняв пыль.

—Ебать! - не верил глазам Сергей.
— Пить захотел, оттого и орёт. - прошептал Филипп.

Показать весь текст
Ответы26005

# OP 7 3 авг 2024, 16:51 7 426005

>>425977
Бык забрёл по живот и жадно глотал воду, когда из глубины на него кинулось животное с схватило за шею крокодильей пастью. Бык взвыл от боли так, что у братьев заложило уши, он выпрямился на задних ногах, передними обхватив тварь и подняв на мгновение её из воды. Но и его хватило увидеть, что животное выглядело так, будто местный Создатель присобачил голову аллигатора к телу бегемота, до кучи снабдив его когтистыми ластами вместо лап. Бык словно борец повалился вместе тварью в воду, огромный фонтан которой с грохотом подлетел вверх, братьям почувствовали, как землю под ними слегка тряхнуло. Секунд через пять бык с ревом снова вытащил крокодилообразного на воздух, пробуя оторвать его пасть от шеи, из которой уже хлестала кровь. Они снова упали, подняв брызги, снова бык поднялся, но вместо рёва теперь смог издать скорее плач, тварь опрокинула его, залезла сверху и, пока он захлёбывался, вырвала кусок шеи. Бык захрипел и забился в конвульсиях, вскоре затихнув насовсем. Речной зубастый демон перехватил его поудобнее за ногу и потащил в глубину.

— Бежим нахуй отсюда! - завопил шепотом Серёга, он повернулся к Филиппу, тот лихорадочно переводил взгляд с места битвы на мост и обратно.
— Что? Чего ты придумал? - Сергей больше всего хотел, чтобы брат что то придумал.

Тот кивнул на мост.

— Это Калинов мост, Серёга! А под ним река Смородина!
— Ты пизданулся от страха что-ли?
— Сказку помнишь? Где Иван Быкович победил Чудо - Юдо?
— Какую сказку, что ты хуйню городишь?
— Ну сказка про трёх братьев, один царевны сын, второй кухаркин, а третьего корова родила.

Серёга хотел снова выругаться, но остановился, умственное превосходство брата заставило его начать думать.

— Ну хуй его знает, вроде припоминаю.. Так мы в сказку попали что-ли? - осенило его?
— Думаю наоборот, - Филипп, казалось, все уже сложил у себя в голове. - Это сказка отсюда к нам попала. Сюда в стародавние времена человек забрёл случайно, как мы с тобой например, выбрался, и рассказал что видел. Ему может никто и не поверил, а история пошла дальше, обрастая по пути. Царевичей да братьев придумали.
— Здесь пёрнул, там говорят - украли.
— Вроде того, со временем всё в сказку превратилось.
— Так Быкович в сказке победил!
— Ну тогда победил, сегодня проиграл, а может и не побеждал никогда, только в сказке.

Серёга помолчал, переваривая, одновременно с этим восхищаясь своим братом.

— Ты говоришь, он выбрался, - сказал он после паузы. - Ну кто попал сюда.
— Я к тому и веду. В сказке Иван по жерди перешёл через болото, или пропасть, не помню уже, и спасся. - Филипп поднялся на колени, посматривая на реку. - Надо обратно, наверх идти, к обрыву.

Сергей округлил глаза.

— Ты чего? Там Баба Яга, здесь эта хуйня в воде, а там, может, быки, но они хотя бы травоядные! Пойдем потиху туда, откуда он шел!
—Да может и нет никакой Бабы Яги, говорю же - сказка. Конечно, есть какая то разумная жизнь, тот кто был здесь избу явно видел тоже.
— Я знаешь что понял сейчас? -перебил Сергей. - Изба была сложена как мы кладём. Тут этот мужичок наверное и подсмотрел и на Русь знание принёс! Может такое быть?
— Конечно! - подтвердил Филипп, от его ободряющего тона Серёга, явно очень довольный своим открытием, был готов теперь делать все как скажет брат в точности.
— Ну так вот, что я предлагаю, - продолжил Филипп. - Там, наверху у обрыва корень, видно дерево лежало через пропасть. Жёрдочка из сеазки. Рядом такое же растёт, мы его и повалим.

Быстрым шагом, стараясь не шуметь, они заспешил наверх, к обрыву. Поднявшись даже быстрее, чем спускались, братья остановились около корня, пытаясь отдышаться.

— Ну теперь за "Дружбами". - успокоив дыхание сказал Сергей. К поляне шли уже обычным шагом, сказался отступивший страх, хотя братья по дороге договорились не смотреть на избу, на всякий случай. Бензопилы стояли на месте, взяв их они пошли назад, к обрыву.

— А пила эту хуйню сюда не привлечет? А то не так уж и далеко, вон он мост, вон место где он вылез. - Сергей "подсасывал" карбюратор, сидя на корточках.
— Даже если и так, должны успеть.

Сергей вставил стартер, согнутой в колене ногой прижал пилу к земле, дёрнул трос. "Дружба" схватила с первого раза, густой бензиновый впервые ворвался в воздух этого мира. Быстро подойдя к дереву, он запилил чуть отступив от корня. Филипп смотрел в сторону моста.

— Вылазит! - закричал он.

Сергей резко повернулся. Пила начала глохнуть, цепь застряла в запиле, он рывками пытался выдернуть пилу из дерева. Филипп непонимающе крутил головой от моста к брату.

—Забыл блять, что обороты не развивает! Давай твою!
— Давай скорее, он на берег вышел, сюда смотрит!

Схватив вторую и быстро глянув к мосту, Сергей начал дергать стартер, но пила молчала.

— Уже не вижу, по лесу к нам поднимается!

— Знаю!

С шестнадцатого раза загудела. Сергей умело воткнул шинку в дерево, мысленно благодаря Бога и брата, за то что вчера почистил воздух, пила вгрызалась в дерево с визгом. Через минуту оно затрещало и наклонилось в сторону пропасти, Сергей навалился на "Дружбу" всем телом, и дерево упало макушкой на другую сторону.

— Побежали!

Они уже аккуратно подходили к концу, когда тварь выскочила к обрыву. Не думая ни секунды она прыгнула на дерево, здорово тряхнув его своим весом. Сергей уже слез на землю, Филипп спрыгнул за ним.

— Дай как сюда, братка! - Филипп сразу сообразил и передал "Дружбу" брату. На этот раз она загудела с четвертого раза.

Кусты снова пошли стеной, братья продирались по ним уже по привычке. Несмотря на жидкую вероятность, оба были уверены, что все будет хорошо и они выйдут.

— Ха, папиросу нашёл! Вывалилась из пачки в карман! Давай присядем, отдохнем..

Они сели друг напротив друга, Сергей с удовольствием курил. Филипп опёрся спиной о
дерево, закрыл глаза и не увидел косой луч солнца, упавший на лицо его брата.

# OP 7 3 авг 2024, 16:51 7 426005

>>425977
Бык забрёл по живот и жадно глотал воду, когда из глубины на него кинулось животное с схватило за шею крокодильей пастью. Бык взвыл от боли так, что у братьев заложило уши, он выпрямился на задних ногах, передними обхватив тварь и подняв на мгновение её из воды. Но и его хватило увидеть, что животное выглядело так, будто местный Создатель присобачил голову аллигатора к телу бегемота, до кучи снабдив его когтистыми ластами вместо лап. Бык словно борец повалился вместе тварью в воду, огромный фонтан которой с грохотом подлетел вверх, братьям почувствовали, как землю под ними слегка тряхнуло. Секунд через пять бык с ревом снова вытащил крокодилообразного на воздух, пробуя оторвать его пасть от шеи, из которой уже хлестала кровь. Они снова упали, подняв брызги, снова бык поднялся, но вместо рёва теперь смог издать скорее плач, тварь опрокинула его, залезла сверху и, пока он захлёбывался, вырвала кусок шеи. Бык захрипел и забился в конвульсиях, вскоре затихнув насовсем. Речной зубастый демон перехватил его поудобнее за ногу и потащил в глубину.

— Бежим нахуй отсюда! - завопил шепотом Серёга, он повернулся к Филиппу, тот лихорадочно переводил взгляд с места битвы на мост и обратно.
— Что? Чего ты придумал? - Сергей больше всего хотел, чтобы брат что то придумал.

Тот кивнул на мост.

— Это Калинов мост, Серёга! А под ним река Смородина!
— Ты пизданулся от страха что-ли?
— Сказку помнишь? Где Иван Быкович победил Чудо - Юдо?
— Какую сказку, что ты хуйню городишь?
— Ну сказка про трёх братьев, один царевны сын, второй кухаркин, а третьего корова родила.

Серёга хотел снова выругаться, но остановился, умственное превосходство брата заставило его начать думать.

— Ну хуй его знает, вроде припоминаю.. Так мы в сказку попали что-ли? - осенило его?
— Думаю наоборот, - Филипп, казалось, все уже сложил у себя в голове. - Это сказка отсюда к нам попала. Сюда в стародавние времена человек забрёл случайно, как мы с тобой например, выбрался, и рассказал что видел. Ему может никто и не поверил, а история пошла дальше, обрастая по пути. Царевичей да братьев придумали.
— Здесь пёрнул, там говорят - украли.
— Вроде того, со временем всё в сказку превратилось.
— Так Быкович в сказке победил!
— Ну тогда победил, сегодня проиграл, а может и не побеждал никогда, только в сказке.

Серёга помолчал, переваривая, одновременно с этим восхищаясь своим братом.

— Ты говоришь, он выбрался, - сказал он после паузы. - Ну кто попал сюда.
— Я к тому и веду. В сказке Иван по жерди перешёл через болото, или пропасть, не помню уже, и спасся. - Филипп поднялся на колени, посматривая на реку. - Надо обратно, наверх идти, к обрыву.

Сергей округлил глаза.

— Ты чего? Там Баба Яга, здесь эта хуйня в воде, а там, может, быки, но они хотя бы травоядные! Пойдем потиху туда, откуда он шел!
—Да может и нет никакой Бабы Яги, говорю же - сказка. Конечно, есть какая то разумная жизнь, тот кто был здесь избу явно видел тоже.
— Я знаешь что понял сейчас? -перебил Сергей. - Изба была сложена как мы кладём. Тут этот мужичок наверное и подсмотрел и на Русь знание принёс! Может такое быть?
— Конечно! - подтвердил Филипп, от его ободряющего тона Серёга, явно очень довольный своим открытием, был готов теперь делать все как скажет брат в точности.
— Ну так вот, что я предлагаю, - продолжил Филипп. - Там, наверху у обрыва корень, видно дерево лежало через пропасть. Жёрдочка из сеазки. Рядом такое же растёт, мы его и повалим.

Быстрым шагом, стараясь не шуметь, они заспешил наверх, к обрыву. Поднявшись даже быстрее, чем спускались, братья остановились около корня, пытаясь отдышаться.

— Ну теперь за "Дружбами". - успокоив дыхание сказал Сергей. К поляне шли уже обычным шагом, сказался отступивший страх, хотя братья по дороге договорились не смотреть на избу, на всякий случай. Бензопилы стояли на месте, взяв их они пошли назад, к обрыву.

— А пила эту хуйню сюда не привлечет? А то не так уж и далеко, вон он мост, вон место где он вылез. - Сергей "подсасывал" карбюратор, сидя на корточках.
— Даже если и так, должны успеть.

Сергей вставил стартер, согнутой в колене ногой прижал пилу к земле, дёрнул трос. "Дружба" схватила с первого раза, густой бензиновый впервые ворвался в воздух этого мира. Быстро подойдя к дереву, он запилил чуть отступив от корня. Филипп смотрел в сторону моста.

— Вылазит! - закричал он.

Сергей резко повернулся. Пила начала глохнуть, цепь застряла в запиле, он рывками пытался выдернуть пилу из дерева. Филипп непонимающе крутил головой от моста к брату.

—Забыл блять, что обороты не развивает! Давай твою!
— Давай скорее, он на берег вышел, сюда смотрит!

Схватив вторую и быстро глянув к мосту, Сергей начал дергать стартер, но пила молчала.

— Уже не вижу, по лесу к нам поднимается!

— Знаю!

С шестнадцатого раза загудела. Сергей умело воткнул шинку в дерево, мысленно благодаря Бога и брата, за то что вчера почистил воздух, пила вгрызалась в дерево с визгом. Через минуту оно затрещало и наклонилось в сторону пропасти, Сергей навалился на "Дружбу" всем телом, и дерево упало макушкой на другую сторону.

— Побежали!

Они уже аккуратно подходили к концу, когда тварь выскочила к обрыву. Не думая ни секунды она прыгнула на дерево, здорово тряхнув его своим весом. Сергей уже слез на землю, Филипп спрыгнул за ним.

— Дай как сюда, братка! - Филипп сразу сообразил и передал "Дружбу" брату. На этот раз она загудела с четвертого раза.

Кусты снова пошли стеной, братья продирались по ним уже по привычке. Несмотря на жидкую вероятность, оба были уверены, что все будет хорошо и они выйдут.

— Ха, папиросу нашёл! Вывалилась из пачки в карман! Давай присядем, отдохнем..

Они сели друг напротив друга, Сергей с удовольствием курил. Филипп опёрся спиной о
дерево, закрыл глаза и не увидел косой луч солнца, упавший на лицо его брата.

Показать весь текст

47 Кб, 825x419
# OP 8 6 авг 2024, 12:49 8 426188

НОЧЬ СТРАХА

Колька Пузырь опытной рукой уверенно водил машинку по телу овцы, постепенно освобождая её от десятисантиметрового слоя потной шерсти. Вообще он здесь, на овцеводческом комплексе, работал сторожем, но во время стрижки его брали в бригаду стригалей, очень уж он был хорош в этом деле, общепризнанно на третьем месте, впереди только Пантелей Эдуардович и тетя Света по прозвищу Ёбана-Ибана. Строго говоря, ему даже не надо было смотреть на овцу, руки сами всё делали. Вот и сейчас он работал на ощупь, рассказывая анекдот соседу.

— ...Ну Сталин его, короче, в жопу долбит, а Ленин охает да приговаривает - "клюй, клюй, мозгоклюй, всё равно до мозгов не достанешь!“.

Гена Карась взорвался от хохота, он любил путёвую шутку. Стригалём он был неважным, но с Колькой они были ровесники и друзья, обоим по восемнадцать лет, и Колька часто помогал ему исправлять помарки. Собственно, он и позвал Карася поработать здесь летом, платили хорошо, а у них была общая мечта - мотоцикл "Восход", в магазине сейчас как раз стояли два таких, светло-зеленый и оранжевый. Они каждый день находили время сходить поглазеть на них, продавщица была не против, клиентов всё равно не было, потому что из товаров кроме мотоциклов были только трёхлитровые банки томатного сока на бакалейной полке. Хлеб бывал редко и разбирался за считанные минуты, остальное время магазин пустовал и Карась с Пузырём, жадно поглядывая на двухколёсную технику, деловито обсуждали её скоростные пределы, чем немного забавляли скучавшую продавщицу. Уходили они с закрытием, отсчитывая дни до расчета, по их прикидкам со всеми премиями им выдадут примерно по пятьсот рублей, как раз стоимость "Восхода".

Сегодня работа спорилась, машинка не ломалась, с утра Колька остриг двадцать три головы, которые уже веселились в большом дворе, чумазые от купания в креолине. Очередная скотинка была уже почти готова, как сзади подошёл Петруха.

— Пузырь!
— А?
— Мужики говорят, мясо давно не ели, сегодня вон опять суп из семи залуп. Ты сделай аккуратно, повариха говорит поз наделает на ужин.

Колька не стал бы убивать овцу, но Петруха был мужик в деревне авторитетный, при случае можно было перед пацанами важно сказать, что с Петрухой разговаривал. И как только достриг, он, оглянувшись, направил нож машинки на горло барашка и надавил всем весом. Хлестнула кровь, не такое уж большое после стрижки тело задёргалось в конвульсиях и скоро обмякло.

— Дернулась, ёбаная! - сообщил Колька работавшим дальше по деревянному настилу людям, те понимающе заулыбались. Он взял овцу за задние ноги, сбросил вниз и потащил по полу в сторону большого барака-склада, где хранилась шерсть. По бокам склад был разбит на отсеки, где любили уединяться парочки во время обеденного перерыва, посредине был большой проезд для пресса. Проволочив по всему проезду к выходу, Колька оказался снаружи. Сам комплекс располагался на опушке леса, на холме, внизу протекала небольшая речушка, усеянная красными и желтыми саранками. Сразу за складом располагался большой двор, сейчас там было около тысячи остриженных овец, тут же было некое подобие физкультурного турника. Колька подтащил к нему овцу, сбегал на кухню за ножом, проткнул голени, продёрнул сквозь них проволоку, валявшуюся тут для таких случаев, и ловко подкинул тушу, примотав проволоку к перекладине. Разделывать он тоже умел отлично и принялся за работу. Он даже не обратил внимания, что обычно без остановки блеящая и бегающая отара замолчала с тех пор как увидела его. Две тысячи немигающих глаз уставились на него взглядом, не предвещавшим ничего хорошего.

47 Кб, 825x419
# OP 8 6 авг 2024, 12:49 8 426188

НОЧЬ СТРАХА

Колька Пузырь опытной рукой уверенно водил машинку по телу овцы, постепенно освобождая её от десятисантиметрового слоя потной шерсти. Вообще он здесь, на овцеводческом комплексе, работал сторожем, но во время стрижки его брали в бригаду стригалей, очень уж он был хорош в этом деле, общепризнанно на третьем месте, впереди только Пантелей Эдуардович и тетя Света по прозвищу Ёбана-Ибана. Строго говоря, ему даже не надо было смотреть на овцу, руки сами всё делали. Вот и сейчас он работал на ощупь, рассказывая анекдот соседу.

— ...Ну Сталин его, короче, в жопу долбит, а Ленин охает да приговаривает - "клюй, клюй, мозгоклюй, всё равно до мозгов не достанешь!“.

Гена Карась взорвался от хохота, он любил путёвую шутку. Стригалём он был неважным, но с Колькой они были ровесники и друзья, обоим по восемнадцать лет, и Колька часто помогал ему исправлять помарки. Собственно, он и позвал Карася поработать здесь летом, платили хорошо, а у них была общая мечта - мотоцикл "Восход", в магазине сейчас как раз стояли два таких, светло-зеленый и оранжевый. Они каждый день находили время сходить поглазеть на них, продавщица была не против, клиентов всё равно не было, потому что из товаров кроме мотоциклов были только трёхлитровые банки томатного сока на бакалейной полке. Хлеб бывал редко и разбирался за считанные минуты, остальное время магазин пустовал и Карась с Пузырём, жадно поглядывая на двухколёсную технику, деловито обсуждали её скоростные пределы, чем немного забавляли скучавшую продавщицу. Уходили они с закрытием, отсчитывая дни до расчета, по их прикидкам со всеми премиями им выдадут примерно по пятьсот рублей, как раз стоимость "Восхода".

Сегодня работа спорилась, машинка не ломалась, с утра Колька остриг двадцать три головы, которые уже веселились в большом дворе, чумазые от купания в креолине. Очередная скотинка была уже почти готова, как сзади подошёл Петруха.

— Пузырь!
— А?
— Мужики говорят, мясо давно не ели, сегодня вон опять суп из семи залуп. Ты сделай аккуратно, повариха говорит поз наделает на ужин.

Колька не стал бы убивать овцу, но Петруха был мужик в деревне авторитетный, при случае можно было перед пацанами важно сказать, что с Петрухой разговаривал. И как только достриг, он, оглянувшись, направил нож машинки на горло барашка и надавил всем весом. Хлестнула кровь, не такое уж большое после стрижки тело задёргалось в конвульсиях и скоро обмякло.

— Дернулась, ёбаная! - сообщил Колька работавшим дальше по деревянному настилу людям, те понимающе заулыбались. Он взял овцу за задние ноги, сбросил вниз и потащил по полу в сторону большого барака-склада, где хранилась шерсть. По бокам склад был разбит на отсеки, где любили уединяться парочки во время обеденного перерыва, посредине был большой проезд для пресса. Проволочив по всему проезду к выходу, Колька оказался снаружи. Сам комплекс располагался на опушке леса, на холме, внизу протекала небольшая речушка, усеянная красными и желтыми саранками. Сразу за складом располагался большой двор, сейчас там было около тысячи остриженных овец, тут же было некое подобие физкультурного турника. Колька подтащил к нему овцу, сбегал на кухню за ножом, проткнул голени, продёрнул сквозь них проволоку, валявшуюся тут для таких случаев, и ловко подкинул тушу, примотав проволоку к перекладине. Разделывать он тоже умел отлично и принялся за работу. Он даже не обратил внимания, что обычно без остановки блеящая и бегающая отара замолчала с тех пор как увидела его. Две тысячи немигающих глаз уставились на него взглядом, не предвещавшим ничего хорошего.

Показать весь текст
Ответы2624326542

# OP 9 7 авг 2024, 09:05 9 426243

>>426188
Ужин как обычно проходил в импровизированной столовой, состоящей из большого навеса и стола с лавками, здесь легко размещались все тридцать рабочих. Сейчас перед ними стояли железные миски с позами и чай без молока, но с сахаром. Бригада ещё не доела, как вдали, на дороге, появилась поднятая пыль.

— Робинзон едет проверять! - резюмировал кто то за столом.
— Щас заебёт. Скорей бы он сдох, сука. - отозвался Петруха.

УАЗик остановился рядом с едоками, заскрипев тормозом. Пассажирская дверь открылась и Робинзон принялся энергично опускать ноги на землю при помощи рук. К своим семидесяти годам он наконец дослужился до должности председателя, но вот только здоровья в не раз и не два битом теле почти не оставалось. Ещё в юности он решил, что положит все силы на карьеру, и по мере продвижения вверх он пережил ряд поджогов и нападений сзади от людей, которым не нравился его характер и методы, а ими были буквально все окружающие. Но вот мечта сбылась, а тело оставляло желать лучшего - глядя на его походку, можно было подумать что он только сегодня впервые получил на складе ноги. Утром подняться с кровати тоже было трудно, благо супруга Сорва Релазьевна по молодости работала плошкотчицей и силу ещё не растеряла. А личному шоферу дела до проблем Робинзона не было, он был племянником Виктора Ильича из райисполкома, поэтому просто привозил председателя на объект и уходил подальше в поле, прихватив из бардачка пакет и тюбик клея. Робинзон однажды попросил водить его под руку, но племянник строго сказал "пошёл нахуй.", более докучать родне важных людей он не решился. В общем - другой бы на его месте сидел дома на лавочке, но Робинзон, как и любой коммунист, командовать любил даже больше, чем пресмыкаться, поэтому оставить руководящую должность не могло быть и речи.

Кое-как он выбрался из авто и начал свой дикий танец по направлению к столу, громко матерясь по ходу.

— Ишь чё, бастуют они там, суки!
— Что случилось, Велорий Палыч? - осведомился Петруха, когда Робинзон подошёл и опёрся о костыль.
— В Москве вышли бастовать, ёбаные! Переворот им подавай, блять! Чего хотят? Всё им партия дала! И работу, и квартиру, и путевку, хули ещё надо?.. Мы не бастовали, всю жизнь въебывали, чтоб партия гордилась! - Робинзон распалился всё сильнее. - А вам товары подавай! Ну будут товары, обязательно! Работайте и все будет! Что, против власти теперь идти что-ли? У вас что в голове, идиоты блять!?

За столом все опустили головы.

— Да мы работаем.. - начал неуверенно Петруха, которому чтобы убить Робинзона хватило бы одного пальца. - Мы же ничего не просим, что, голодные сидим что-ли? Вон, мясо едим! В магазине и сок, и мотоциклы, все есть.
— Конечно! Ещё и огороды есть, ёбана-ибана! - поддержала коллегу тетя Света. Она хоть и недолюбливала Робинзона за донос на её умершую в лагере мать, но судьба страны оставить ее равнодушной не могла.
— Ладно. - успокаивался Робинзон. - Что там, сколько сегодня сделали?
— Двести шестнадцать голов остригли, - почувствовав, что гроза миновала, воодушевился Петруха, бывший бригадиром. - Щас во дворе тыща сто, завтра приедут пастухи, погонят гурт на стоянку.
— Ага, ага, нормально. - Робинзон понял, что будет чем порадовать районное начальство. - А ночью дежурит кто?
— Колька Синетрусов! - Петруха нашёл глазами Пузыря. Робинзон быстро глянул на Кольку, сидевшего в углу стола.
— Смотри у меня! Если хоть одна голова потеряется.. а вы, кстати, где мясо взяли, суки? - Робинзон снова начал краснеть. - Барана зарезали?
— Да несчастный случай, Велорий Палыч! - залебезил Петруха. - Машинки испугался, задёргался, шею себе попортил!

Робинзон хотел заорать, сам хитрил в жизни много и знал ходы, но за столом все закивали согласно с Петрухой, и он решил промолчать. В любом случае, потери всегда закладываются на такие случаи. А работа и план идут неплохо.

— Ладно, - примирительно буркнул он и, махнув на всех рукой, заплясал обратно к машине. Ему ещё двадцать минут пришлось молча ждать, пока племянник появился из за холма и стал приближаться нетвердой походкой.

После ужина работали ещё два часа, к восьми из села приехал Пазик, пока работники его ждали, договорились заехать на озеро по пути, искупаться. Вскоре автобус уехал, Колька проводил его взглядом, сидя один с самокруткой и чаем за, теперь казавшимся таким огромным, столом. Наступившая тишина ему нравилась, он не сообразил, что больше тысячи овец во дворе не издают ни звука.

Солнце пошло на закат.

# OP 9 7 авг 2024, 09:05 9 426243

>>426188
Ужин как обычно проходил в импровизированной столовой, состоящей из большого навеса и стола с лавками, здесь легко размещались все тридцать рабочих. Сейчас перед ними стояли железные миски с позами и чай без молока, но с сахаром. Бригада ещё не доела, как вдали, на дороге, появилась поднятая пыль.

— Робинзон едет проверять! - резюмировал кто то за столом.
— Щас заебёт. Скорей бы он сдох, сука. - отозвался Петруха.

УАЗик остановился рядом с едоками, заскрипев тормозом. Пассажирская дверь открылась и Робинзон принялся энергично опускать ноги на землю при помощи рук. К своим семидесяти годам он наконец дослужился до должности председателя, но вот только здоровья в не раз и не два битом теле почти не оставалось. Ещё в юности он решил, что положит все силы на карьеру, и по мере продвижения вверх он пережил ряд поджогов и нападений сзади от людей, которым не нравился его характер и методы, а ими были буквально все окружающие. Но вот мечта сбылась, а тело оставляло желать лучшего - глядя на его походку, можно было подумать что он только сегодня впервые получил на складе ноги. Утром подняться с кровати тоже было трудно, благо супруга Сорва Релазьевна по молодости работала плошкотчицей и силу ещё не растеряла. А личному шоферу дела до проблем Робинзона не было, он был племянником Виктора Ильича из райисполкома, поэтому просто привозил председателя на объект и уходил подальше в поле, прихватив из бардачка пакет и тюбик клея. Робинзон однажды попросил водить его под руку, но племянник строго сказал "пошёл нахуй.", более докучать родне важных людей он не решился. В общем - другой бы на его месте сидел дома на лавочке, но Робинзон, как и любой коммунист, командовать любил даже больше, чем пресмыкаться, поэтому оставить руководящую должность не могло быть и речи.

Кое-как он выбрался из авто и начал свой дикий танец по направлению к столу, громко матерясь по ходу.

— Ишь чё, бастуют они там, суки!
— Что случилось, Велорий Палыч? - осведомился Петруха, когда Робинзон подошёл и опёрся о костыль.
— В Москве вышли бастовать, ёбаные! Переворот им подавай, блять! Чего хотят? Всё им партия дала! И работу, и квартиру, и путевку, хули ещё надо?.. Мы не бастовали, всю жизнь въебывали, чтоб партия гордилась! - Робинзон распалился всё сильнее. - А вам товары подавай! Ну будут товары, обязательно! Работайте и все будет! Что, против власти теперь идти что-ли? У вас что в голове, идиоты блять!?

За столом все опустили головы.

— Да мы работаем.. - начал неуверенно Петруха, которому чтобы убить Робинзона хватило бы одного пальца. - Мы же ничего не просим, что, голодные сидим что-ли? Вон, мясо едим! В магазине и сок, и мотоциклы, все есть.
— Конечно! Ещё и огороды есть, ёбана-ибана! - поддержала коллегу тетя Света. Она хоть и недолюбливала Робинзона за донос на её умершую в лагере мать, но судьба страны оставить ее равнодушной не могла.
— Ладно. - успокаивался Робинзон. - Что там, сколько сегодня сделали?
— Двести шестнадцать голов остригли, - почувствовав, что гроза миновала, воодушевился Петруха, бывший бригадиром. - Щас во дворе тыща сто, завтра приедут пастухи, погонят гурт на стоянку.
— Ага, ага, нормально. - Робинзон понял, что будет чем порадовать районное начальство. - А ночью дежурит кто?
— Колька Синетрусов! - Петруха нашёл глазами Пузыря. Робинзон быстро глянул на Кольку, сидевшего в углу стола.
— Смотри у меня! Если хоть одна голова потеряется.. а вы, кстати, где мясо взяли, суки? - Робинзон снова начал краснеть. - Барана зарезали?
— Да несчастный случай, Велорий Палыч! - залебезил Петруха. - Машинки испугался, задёргался, шею себе попортил!

Робинзон хотел заорать, сам хитрил в жизни много и знал ходы, но за столом все закивали согласно с Петрухой, и он решил промолчать. В любом случае, потери всегда закладываются на такие случаи. А работа и план идут неплохо.

— Ладно, - примирительно буркнул он и, махнув на всех рукой, заплясал обратно к машине. Ему ещё двадцать минут пришлось молча ждать, пока племянник появился из за холма и стал приближаться нетвердой походкой.

После ужина работали ещё два часа, к восьми из села приехал Пазик, пока работники его ждали, договорились заехать на озеро по пути, искупаться. Вскоре автобус уехал, Колька проводил его взглядом, сидя один с самокруткой и чаем за, теперь казавшимся таким огромным, столом. Наступившая тишина ему нравилась, он не сообразил, что больше тысячи овец во дворе не издают ни звука.

Солнце пошло на закат.

Показать весь текст
Ответы26393

# OP 10 10 авг 2024, 08:43 10 426393

>>426243
Один он остался в ночную смену впервые в жизни. Внезапно осознав это, Колька вдруг почувствовал возбуждение во всём теле, сидеть уже не было сил, он вскочил из-за стола и принялся расхаживать вокруг, вспоминая, что делать дальше. Солнце уже скрылось за лесом, вдруг сделав этим всё вокруг красивее, и Колька пошёл к сторожке. Она представляла собой старую избушку три на четыре, сложенную из кругляка ещё в начале века, поставив комплекс строители забыли про жильё для пастухов, но они были армяне, поэтому баловать русских отдельным срубом не стали и притащили из соседнего села ненужную старую баню. Здесь была небольшая печь в углу, две железных койки, застеленные засаленными армейскими покрывалами, столик у окна, на нём эмалированный чайник, кружка - трёхсотка, внутри уже почти чёрная от чифира. У края стояла импровизированная плитка - просто взяли спираль и положили на пару красных кирпичей. На стенах и потолке пыль уже почти скрыла под собой следы давнишней побелки. Но несмотря на всё это жалкое убранство, здесь было по странному уютно, как бывает когда за бутылкой слушаешь росказни одинокого алкаша - соседа, сидя у него дома.

Колька зашёл, взял чайник и пошёл вниз, к ключу. Сумерки уже опускались, поэтому его шаг непроизвольно становился чаще. Вернувшись уже стилем спортивной хотьбы, он включил свет, в окне тот час потемнело окончательно. Воткнул в тройник самодельный кипятильник, скустарённый из консервной банки, щепки и бечёвки, сюда же добавил и вилку висевшего на стене радиоприемника "Альпинист", из динамика которого захрипело "там, где лошади отдельно, там, где яблоки одни". Колька выдал несколько танцевальных па, он уже был уверен, что не уснёт от адреналина, который ныл в ногах, как только он вспоминал, что остался один в двухстах метрах от леса и в восьми километрах от села. Сюда же добавлялось чувство своей важности от ответственности за всё, что тут есть. Чайник закипел, Колька насыпал сахар в кружку, плитку грузинского чая размял в руке и бросил в кипяток, в избушке поплыл запах прелой травы. Достав из кармана пачку "Примы", он закурил, бросив её на стол. На подоконнике лежала книга, Колька, взяв её в руки, завалился на одну из коек.

— Так, посмотрим.. Э Сетон-Томпсон. "Маленькие дикари".. Наверное хуйня какая-нибудь.. Ладно, щас..

Колька встал, налил в кружку чай, взял пепельницу-банку из под кильки, поставил всё это на пол, чтоб лёжа можно было дотянуться рукой и начал читать, изредка прихлёбывая чаесодержащий напиток. Чтение неожиданно увлекло, гудение в теле сошло на нет, спохватился он только через два часа.

— Ёбтвою, уже без пяти, как спиздили.. - удивился Колька, глянув на руку. - Надо завести, кстати..

За несколько часов он уже обвыкся здесь один и чувствовал себя как дома. Чего бояться? Сейчас ляжешь, закроешь глаза и в следующий миг уже утро, солнечный луч бьёт в окошко, как в бойницу. Колька выключил свет, дома он тоже не мог с ним уснуть, полежал в темноте минут десять, прислушиваясь на всякий случай. Но вокруг было тихо и он, вконец расслабившись, задремал, вскоре совсем захрапев, и уже не услышав, как в стороне двора, где ночевали овцы, затрещали ломающиеся доски.

# OP 10 10 авг 2024, 08:43 10 426393

>>426243
Один он остался в ночную смену впервые в жизни. Внезапно осознав это, Колька вдруг почувствовал возбуждение во всём теле, сидеть уже не было сил, он вскочил из-за стола и принялся расхаживать вокруг, вспоминая, что делать дальше. Солнце уже скрылось за лесом, вдруг сделав этим всё вокруг красивее, и Колька пошёл к сторожке. Она представляла собой старую избушку три на четыре, сложенную из кругляка ещё в начале века, поставив комплекс строители забыли про жильё для пастухов, но они были армяне, поэтому баловать русских отдельным срубом не стали и притащили из соседнего села ненужную старую баню. Здесь была небольшая печь в углу, две железных койки, застеленные засаленными армейскими покрывалами, столик у окна, на нём эмалированный чайник, кружка - трёхсотка, внутри уже почти чёрная от чифира. У края стояла импровизированная плитка - просто взяли спираль и положили на пару красных кирпичей. На стенах и потолке пыль уже почти скрыла под собой следы давнишней побелки. Но несмотря на всё это жалкое убранство, здесь было по странному уютно, как бывает когда за бутылкой слушаешь росказни одинокого алкаша - соседа, сидя у него дома.

Колька зашёл, взял чайник и пошёл вниз, к ключу. Сумерки уже опускались, поэтому его шаг непроизвольно становился чаще. Вернувшись уже стилем спортивной хотьбы, он включил свет, в окне тот час потемнело окончательно. Воткнул в тройник самодельный кипятильник, скустарённый из консервной банки, щепки и бечёвки, сюда же добавил и вилку висевшего на стене радиоприемника "Альпинист", из динамика которого захрипело "там, где лошади отдельно, там, где яблоки одни". Колька выдал несколько танцевальных па, он уже был уверен, что не уснёт от адреналина, который ныл в ногах, как только он вспоминал, что остался один в двухстах метрах от леса и в восьми километрах от села. Сюда же добавлялось чувство своей важности от ответственности за всё, что тут есть. Чайник закипел, Колька насыпал сахар в кружку, плитку грузинского чая размял в руке и бросил в кипяток, в избушке поплыл запах прелой травы. Достав из кармана пачку "Примы", он закурил, бросив её на стол. На подоконнике лежала книга, Колька, взяв её в руки, завалился на одну из коек.

— Так, посмотрим.. Э Сетон-Томпсон. "Маленькие дикари".. Наверное хуйня какая-нибудь.. Ладно, щас..

Колька встал, налил в кружку чай, взял пепельницу-банку из под кильки, поставил всё это на пол, чтоб лёжа можно было дотянуться рукой и начал читать, изредка прихлёбывая чаесодержащий напиток. Чтение неожиданно увлекло, гудение в теле сошло на нет, спохватился он только через два часа.

— Ёбтвою, уже без пяти, как спиздили.. - удивился Колька, глянув на руку. - Надо завести, кстати..

За несколько часов он уже обвыкся здесь один и чувствовал себя как дома. Чего бояться? Сейчас ляжешь, закроешь глаза и в следующий миг уже утро, солнечный луч бьёт в окошко, как в бойницу. Колька выключил свет, дома он тоже не мог с ним уснуть, полежал в темноте минут десять, прислушиваясь на всякий случай. Но вокруг было тихо и он, вконец расслабившись, задремал, вскоре совсем захрапев, и уже не услышав, как в стороне двора, где ночевали овцы, затрещали ломающиеся доски.

Показать весь текст
Ответы26441

# OP 11 11 авг 2024, 09:36 11 426441

>>426393
Удар в дверь был такой силы, что она едва не открылась внутрь, хотя обычно делала это наружу. Колька на койке подпрыгнул почти до потолка, а его сердце ещё выше. Он упал на пол, ноги подкосились.

— Аааааа блять! Кто там долбит!? - он хотел прокричать, но смог только просипеть. Закашлявшись, он все же смог выдавить звук. - Я уже ментам звоню, бля! У меня телефон тут есть! Я щас уже...

Повторный удар не дал договорить.

— Я щас уже ружьё взял! Сломаете дверь я сразу с двенадцатого ёбну! - блефовал Колька, входя уже в истерику. Он мельком глянул на время - двадцать минут второго.
— Уходите по-хорошему! - прохрипел он, прислушиваясь. Несколько мгновений стояла мертвая тишина, которая вдруг прервалась резко начавшимся громким блеянием двенадцати сотен овец. Гул был такой, что Колька закрыл уши и присел на корточки. Продолжалось это около тридцати секунд, затем прервалось внезапно, как по команде. Колька медленно убрал ладошки от ушей, оглядываясь. Теперь он понял, что отара выломила прясло и ходила вокруг. Он осмелел, включил, наконец, свет, подошёл к двери и открыл ее, но сразу не вышел, а только высунул голову. Вокруг сторожки неподвижно стояло чумазое, после дневного купания в обработке, море. В ярком лунном свете они, обритые, выглядели почти как гиены. Колька, постепенно успокаиваясь, сошёл с крыльца и забрёл в стадо.

— Вылезли, ёбаные! - хохотнул он. - А ну пошли обратно, блять! - он побрел сквозь них, почувствовав облегчение. Он попытался погнать их обратно во двор, но они и не думали двигаться с места. Колька окончательно отошёл от страха и с криками и проклятиями стал бить ближайших овец пинками.

Он успел ударить раза четыре или пять, как вдруг его ноги взлетели выше головы, спиной он почувствовал овечью спину, кроме неё сильную боль в копчике и, сделав сальто назад, приземлился лицом в землю. Баран пробежал вперёд и уже разворачивался для второй атаки. Колька едва успел встать, как кручёные рога втаранились ему в живот и сбили с ног. Он упал на спину, баран проскакал по груди, Кольке показалось что у него хрустнули рёбра. Несмотря на это он вскочил на ноги когда баран выруливал на очередной заход. "Если бы их в отаре было два, мне бы уже пришёл пиздец.." - пронеслось в голове. Но тут остальные, как будто услышав его мысли, снова все как один заблеяли и кинулись на него, опустив головы для удара. Колька завизжал и кинулся бежать к избушке, благодаря всех святых, что не отошёл от неё далеко. Но и эти тридцать метров преодолеть было непросто, он прыгал по овечьим спинам, которые прогибались и резко рвали вперёд под его ногами, несколько раз упал, моментально вскакивая на ноги, параллельно отслеживая барана и стараясь держаться подальше. Он ничего не соображал, тело само делало то, что нужно для своего спасения, как и всегда бывает в таких случаях. Всё, чего он хотел, это поскорее бы оказаться у распахнутой настежь двери, из которой бил наружу электрический свет.

Через несколько прыжков и падений он смог добраться до крыльца быстрее, чем его настиг баран. Перескакивая через порог, он сумел схватить на ходу дверную ручку, параллельно выгибаясь в пояснице для спасения жопы от рогов. Захлопнув с грохотом дверь, он закрыл её на крючок.

Немного отдышавшись, он только сейчас почувствовал боль во всём теле. Намяли они его прилично, но сильнее всего болели копчик, грудь и ноги. Колька аккуратно сел на стул и стал несильно тереть необходимые места, разум постепенно возвращался.
"Что за хуйня с ними? Чуть не задавили.. Может на полнолуние с ума сошли?". Он подался к окну и прислушался. Снаружи частое, отрывистое общее дыхание заполонило воздух, Колька выключил свет и глянул через стекло - стадо окружило дом.

# OP 11 11 авг 2024, 09:36 11 426441

>>426393
Удар в дверь был такой силы, что она едва не открылась внутрь, хотя обычно делала это наружу. Колька на койке подпрыгнул почти до потолка, а его сердце ещё выше. Он упал на пол, ноги подкосились.

— Аааааа блять! Кто там долбит!? - он хотел прокричать, но смог только просипеть. Закашлявшись, он все же смог выдавить звук. - Я уже ментам звоню, бля! У меня телефон тут есть! Я щас уже...

Повторный удар не дал договорить.

— Я щас уже ружьё взял! Сломаете дверь я сразу с двенадцатого ёбну! - блефовал Колька, входя уже в истерику. Он мельком глянул на время - двадцать минут второго.
— Уходите по-хорошему! - прохрипел он, прислушиваясь. Несколько мгновений стояла мертвая тишина, которая вдруг прервалась резко начавшимся громким блеянием двенадцати сотен овец. Гул был такой, что Колька закрыл уши и присел на корточки. Продолжалось это около тридцати секунд, затем прервалось внезапно, как по команде. Колька медленно убрал ладошки от ушей, оглядываясь. Теперь он понял, что отара выломила прясло и ходила вокруг. Он осмелел, включил, наконец, свет, подошёл к двери и открыл ее, но сразу не вышел, а только высунул голову. Вокруг сторожки неподвижно стояло чумазое, после дневного купания в обработке, море. В ярком лунном свете они, обритые, выглядели почти как гиены. Колька, постепенно успокаиваясь, сошёл с крыльца и забрёл в стадо.

— Вылезли, ёбаные! - хохотнул он. - А ну пошли обратно, блять! - он побрел сквозь них, почувствовав облегчение. Он попытался погнать их обратно во двор, но они и не думали двигаться с места. Колька окончательно отошёл от страха и с криками и проклятиями стал бить ближайших овец пинками.

Он успел ударить раза четыре или пять, как вдруг его ноги взлетели выше головы, спиной он почувствовал овечью спину, кроме неё сильную боль в копчике и, сделав сальто назад, приземлился лицом в землю. Баран пробежал вперёд и уже разворачивался для второй атаки. Колька едва успел встать, как кручёные рога втаранились ему в живот и сбили с ног. Он упал на спину, баран проскакал по груди, Кольке показалось что у него хрустнули рёбра. Несмотря на это он вскочил на ноги когда баран выруливал на очередной заход. "Если бы их в отаре было два, мне бы уже пришёл пиздец.." - пронеслось в голове. Но тут остальные, как будто услышав его мысли, снова все как один заблеяли и кинулись на него, опустив головы для удара. Колька завизжал и кинулся бежать к избушке, благодаря всех святых, что не отошёл от неё далеко. Но и эти тридцать метров преодолеть было непросто, он прыгал по овечьим спинам, которые прогибались и резко рвали вперёд под его ногами, несколько раз упал, моментально вскакивая на ноги, параллельно отслеживая барана и стараясь держаться подальше. Он ничего не соображал, тело само делало то, что нужно для своего спасения, как и всегда бывает в таких случаях. Всё, чего он хотел, это поскорее бы оказаться у распахнутой настежь двери, из которой бил наружу электрический свет.

Через несколько прыжков и падений он смог добраться до крыльца быстрее, чем его настиг баран. Перескакивая через порог, он сумел схватить на ходу дверную ручку, параллельно выгибаясь в пояснице для спасения жопы от рогов. Захлопнув с грохотом дверь, он закрыл её на крючок.

Немного отдышавшись, он только сейчас почувствовал боль во всём теле. Намяли они его прилично, но сильнее всего болели копчик, грудь и ноги. Колька аккуратно сел на стул и стал несильно тереть необходимые места, разум постепенно возвращался.
"Что за хуйня с ними? Чуть не задавили.. Может на полнолуние с ума сошли?". Он подался к окну и прислушался. Снаружи частое, отрывистое общее дыхание заполонило воздух, Колька выключил свет и глянул через стекло - стадо окружило дом.

Показать весь текст
Ответы26676

Наглый Иван Сученко 12 11 авг 2024, 23:12 12 426542

>>426188
Вот это зашло чёт прям

Ответы26574

# OP 13 12 авг 2024, 13:52 13 426574

>>426542
Спасибо.

# OP 14 13 авг 2024, 07:15 14 426676

>>426441
"Это полтергейст наверное, как в журнале писали про космонавта в скафандре, висел за окном в Москве, та же хуйня, только с баранами" - догадывался Колька.

— Э, вы чё, тоже митинг аль забастовку собрали что-ли? - неуверенно крикнул он, хохотнув.

Отара тут же пришла в движение - они стали пятиться назад, как будто для разгона, не сводя две с лишним тысячи глаз со сторожки. Отойдя шагов двадцать, они резко рванули вперёд, сжимая кольцо. Бывшую баню хоть и сложили до революции из толстых капитальных брёвен, но её тряхнуло от удара так, что Колька не смог устоять и на него, лежачего, полетели со стен и потолка куски грязной извёстки, стекло в окне раскололось на три больших куска и тоже упало внутрь, на пол. Он вскочил, ошалело оглядываясь и пригнувшись подкрался к разбитому окну, аккуратно выглянув одним глазом.

Овцы снова начали медленно разжимать кольцо, под окном был слышен хрип и блеянье, Колька высунул голову и увидел внизу с десяток серых тел с разбитыми головами, лежащих вокруг избушки и доживающих свои последние минуты. Колька поднял голову на стадо и сразу увидел барана, который едва его не убил. Он стоял впереди своего бритого войска, глядя исподлобья на окно, по морде его стекала кровь с разбитого лба.

— Перестаньте пожалуйста! - зачем то закричал Колька, его слова снова были словно команда, кольцо резко сжалось, опять сторожку тряхнуло. Колька в этот раз был готов и устоял на слабеющих ногах, он пока ещё мог соображать и понял, что дверь вот вот слетит с петель. Он схватил койку и подтащил для упора, для верности подвинув и вторую. В окно он не сразу решился посмотреть, догадывался, что там по увеличившемуся булькающему хрипу, этот звук был ему хорошо знаком. Внезапно его осенило и он подскочил к окну.

— Извините меня, что я барана зарезал, друга вашего! - закричал Колька хриплым голосом. - Я больше не буду!

Овцы рванули с места, Колька увидел это и отпрыгнул на середину, присев на корточки и упёршись ладонями в пол для равновесия. От удара он чуть подпрыгнул, тут же грудью кинулся на изголовье отошедшей от двери койки и придавил ее обратно. Отара только начала расходиться для следующей попытки, как Колька уже был у окна.

— Простите меня пожалуйста! - слезы страха давили на горло. - Я не буду больше вас резать, милые мои! И мясо ваше жрать никогда не буду тоже, клянуся вам!... Помогите, люди добрые! - закричал он что было сил в конце.

Внизу, вдоль стен лежали дохлыми или подыхали по меньшей мере сотня голов. В лунном свете нельзя было уже сказать, где на их шкурах следы обработки, а где кровь. Умерших в первых рядах сменяли другие, последние минуты своих жизней стоявшие на ногах с окровавленными мордами. Серое кольцо снова сжалось, Колька уже не был уверен, выдержит ли сруб. Чтобы ударить лбом, овцы теперь запрыгивали на своих погибших товарищей, Колька понял что в свой следующий заход они достанут до окна.

— Не убивайте меня! - крикнул он сквозь слезы в окно. - Что мне делать то, мама моя..
Колька тихо заплакал от мысли, что эту ночь ему не пережить. Он услышал приближающийся грохот сотен ног и в доли секунды схватил стол и прижал его к окну своим телом.

Он плечом почувствовал хруст черепа с той стороны, его отбросило к противоположной стене, но он сразу вскочил на ноги из-под придавившего стола - про боль уже не было и мысли. Овца свешивала мертвую голову с подоконника внутрь, её кровь текла на пол. Колька вытолкнул её обратно, но она не упала на землю, некуда было падать - мертвые туши уже лежали вровень с окном. Он, плача, снова поднял стол как щит и закрыл окно, ожидая неминуемого.

В следующий удар Колька остался на месте, в окно из животных никто не попал, но он по звуку определил, что они уже бились в стены даже выше окна. Он опустил свою защиту, узкое окно уже перекрывала спина, под ней всё так же свисала окровавленная голова сородича, погибшего минутой ранее.

Колька отошёл от окна устало сел, обняв руками поднятые колени и прислонившись спиной к печке.

—Всё, пиздец мне.. - сказал он и тихо завыл, опустив голову.

# OP 14 13 авг 2024, 07:15 14 426676

>>426441
"Это полтергейст наверное, как в журнале писали про космонавта в скафандре, висел за окном в Москве, та же хуйня, только с баранами" - догадывался Колька.

— Э, вы чё, тоже митинг аль забастовку собрали что-ли? - неуверенно крикнул он, хохотнув.

Отара тут же пришла в движение - они стали пятиться назад, как будто для разгона, не сводя две с лишним тысячи глаз со сторожки. Отойдя шагов двадцать, они резко рванули вперёд, сжимая кольцо. Бывшую баню хоть и сложили до революции из толстых капитальных брёвен, но её тряхнуло от удара так, что Колька не смог устоять и на него, лежачего, полетели со стен и потолка куски грязной извёстки, стекло в окне раскололось на три больших куска и тоже упало внутрь, на пол. Он вскочил, ошалело оглядываясь и пригнувшись подкрался к разбитому окну, аккуратно выглянув одним глазом.

Овцы снова начали медленно разжимать кольцо, под окном был слышен хрип и блеянье, Колька высунул голову и увидел внизу с десяток серых тел с разбитыми головами, лежащих вокруг избушки и доживающих свои последние минуты. Колька поднял голову на стадо и сразу увидел барана, который едва его не убил. Он стоял впереди своего бритого войска, глядя исподлобья на окно, по морде его стекала кровь с разбитого лба.

— Перестаньте пожалуйста! - зачем то закричал Колька, его слова снова были словно команда, кольцо резко сжалось, опять сторожку тряхнуло. Колька в этот раз был готов и устоял на слабеющих ногах, он пока ещё мог соображать и понял, что дверь вот вот слетит с петель. Он схватил койку и подтащил для упора, для верности подвинув и вторую. В окно он не сразу решился посмотреть, догадывался, что там по увеличившемуся булькающему хрипу, этот звук был ему хорошо знаком. Внезапно его осенило и он подскочил к окну.

— Извините меня, что я барана зарезал, друга вашего! - закричал Колька хриплым голосом. - Я больше не буду!

Овцы рванули с места, Колька увидел это и отпрыгнул на середину, присев на корточки и упёршись ладонями в пол для равновесия. От удара он чуть подпрыгнул, тут же грудью кинулся на изголовье отошедшей от двери койки и придавил ее обратно. Отара только начала расходиться для следующей попытки, как Колька уже был у окна.

— Простите меня пожалуйста! - слезы страха давили на горло. - Я не буду больше вас резать, милые мои! И мясо ваше жрать никогда не буду тоже, клянуся вам!... Помогите, люди добрые! - закричал он что было сил в конце.

Внизу, вдоль стен лежали дохлыми или подыхали по меньшей мере сотня голов. В лунном свете нельзя было уже сказать, где на их шкурах следы обработки, а где кровь. Умерших в первых рядах сменяли другие, последние минуты своих жизней стоявшие на ногах с окровавленными мордами. Серое кольцо снова сжалось, Колька уже не был уверен, выдержит ли сруб. Чтобы ударить лбом, овцы теперь запрыгивали на своих погибших товарищей, Колька понял что в свой следующий заход они достанут до окна.

— Не убивайте меня! - крикнул он сквозь слезы в окно. - Что мне делать то, мама моя..
Колька тихо заплакал от мысли, что эту ночь ему не пережить. Он услышал приближающийся грохот сотен ног и в доли секунды схватил стол и прижал его к окну своим телом.

Он плечом почувствовал хруст черепа с той стороны, его отбросило к противоположной стене, но он сразу вскочил на ноги из-под придавившего стола - про боль уже не было и мысли. Овца свешивала мертвую голову с подоконника внутрь, её кровь текла на пол. Колька вытолкнул её обратно, но она не упала на землю, некуда было падать - мертвые туши уже лежали вровень с окном. Он, плача, снова поднял стол как щит и закрыл окно, ожидая неминуемого.

В следующий удар Колька остался на месте, в окно из животных никто не попал, но он по звуку определил, что они уже бились в стены даже выше окна. Он опустил свою защиту, узкое окно уже перекрывала спина, под ней всё так же свисала окровавленная голова сородича, погибшего минутой ранее.

Колька отошёл от окна устало сел, обняв руками поднятые колени и прислонившись спиной к печке.

—Всё, пиздец мне.. - сказал он и тихо завыл, опустив голову.

Показать весь текст
Ответы26677

# OP 15 13 авг 2024, 08:49 15 426677

>>426676
Минуту он плакал молча, затем постепенно заголосил, то ли как ребёнок, то ли как старуха.

— Ой тварь я ибанаяяяя.. И чё я жил? Мать в могилу свёл..

Изба в очередной раз вздрогнула, Колька уже не обратил внимания. От сыпавшейся извести он уже был похож на мумию, только слезы, сопли и слюни, текущие одним ручьем вниз давали знать что он ещё жив.

— Прости мама, ты мной вон как гордилась, когда я отличник был в первых классах... Потом с этим Гусём ебучим связался.. На химии он подговорил спирт из мензурок выпить, тебя вызывали потом к директору, ты дома плакала...

Сверху затрещал шифер.

— А Гусь потом говорит, давай в школу залезем, обворуем.. Он окно разбил, я побоялся лезть тоже, а он говорит что я пидар заменёханый буду, если не полезу. Он там в глобус насрал и меня заставил тоже, потом на географии никто не понимал, где воняет. Он потом ментам сказал, что это я его подговорил, а тебя в больницу увезли с сердцем и ты померла, мамочка моя роднаяяяя...Помоги мне пожалуйстаааааааа...

Грохот раздался сверху, это овцы проломили шифер и рухнули с ним на потолок, сквозь щели посыпалась земля.

— Бабушке я не помогаю тоже, пью да клей нюхаю, радиолу тогда пропил... Бабушка пошла обратно выкупить, а я деньги отобрал и обматерил ее, сказал "пошла нахуй", а она заплакала.. Прости меня бабушка тоже, гниду ебучуююююю!..

Овцы начали бить лбами, пытаясь проломить потолок. Колька поднял глаза вверх, вздохнул и потянулся рукой к куску стекла. Спокойно взяв подходящий, он приставил его к запястью и закрыл глаза.

— Сына, ну надо уже домой собираться. Время пятый час, мне уже на дойку скоро.
Колька оторвал взгляд от поплавка и повернулся к матери. Она сидела рядом, на берегу и поправляла платье на коленях.
— Щас, - серьёзно ответил он. - Ещё двух поймаю, а то мало.
Он кивнул на стеклянную литровую банку с несколькими мелкими рыбешками, стоявшую возле неё.
— Там тринадцать всего, десять гольянов и три пескаря!
— А мы их вместе с яйцами пожарим! - весело ответила мама, улыбаясь. - Тогда всем хватит, и тебе, и мне, и бабушке.
Колька раздумывал секунд десять.
— Ну ладно, - нехотя сказал он и принялся сматывать леску на удочке, которую он срубил перочинником тут же, в кустах.
Скоро он уже шагал вместе с ней по улице в сторону дома, Колька несколько раз брал маму за руку, но каждый раз вспоминал, что завтра идти в первый класс, вдруг кто из будущих одноклассников увидит, будут дразнить маменькиным сынком.

Встретился дядя Ваня.

— Ну что, много наловил, Колька? - осведомился он, проходя мимо.
— Тринадцать штук! - Колька показал банку.
— Путём! А ты где ловил?
— На протоке.
— На протоке одни чины ловятся! - со знанием сказал дядя Ваня.
— Ну всякие ловятся.. - крикнул Колька на бегу, догоняя маму.

Догнав, он забылся и взял ее за тёплую руку.

— Мам, а я завтра в школу цветы по улице не понесу, сама неси. Что я, девчонка что-ли?
— А что, только девчонки цветы носят? - засмеялась мама. - Ты же их первому учителю несёшь.
— Что, и сам должен подарить? - спросил Колька с сомнением.
— Конечно.
— Ну тогда ладно. А мы во дворе их сорвём или которые в садике?
— И там и там, выберем только самые красивые, ты только хорошо учись.

В салоне автобуса уже с утра было жарко. На сиденье возле дверей сидела женщина, рядом вокруг поручня крутился её сын.
— Денис, не балуйся!
Мальчик послушался и сел рядом с ней.
— Мам, а я работать тоже буду? - спросил он ее.
— А как же! - откликнулся сзади Петруха. - Руно будешь таскать на весы помаленьку!

Мальчик обернулся.

—А там его много?
— Ой дохуя! Таскать не перетаскать! - захохотал басом Петруха, он весело посмотрел на его мать. - Правильно говорю, Танюха?

Уже подъезжали, вдалеке из за кошары показалась сторожка. Водитель прищурился.

— А это там что такое?

Пассажиры уставились в окна.
Автобус подъехал. Первым вылез Петруха, он встал и скрестив ладони за затылком, глядя на бархан из мертвых овец.

— Ёбтвоюмать! - медленно, с изумлением протянул он. - Ёбтвоюмать!

Остальные тоже осмелели и начали вылезать из дверей. Петруха покрутил головой по сторонам, будто потерял что то.

— А Колька то где, ёбана-ибана? - вспомнила, чья смена, тетя Света.

Петруха не ответил и пошёл вокруг закрытой телами почти полностью сторожки. Вскоре он скрылся за углом и через пару мгновений показался с другой стороны.

— Дверь открыта!

Он скрылся внутри.

— А вон там, видите, около столба светового лежит что то? - тетя Света приставила ладонь ко лбу, как козырёк от солнца.

Петруха вышел и смотрел куда она показывает. Он пошел к столбу и все двинулись следом.

Колька сидел прислонившись к бетонному пасынку спиной и вытянув ноги. Он не шевелился, уставившись мокрыми, пустыми глазами вдаль, подошедшие не сразу узнали его лицо из за слоя извести. Бригада молча окружила его, женщины прикрыли ладонями рты, Петруха опустился рядом с ним на корточки и аккуратно потряс за плечо.

— Коля! Ты живой?

Колька перевёл взгляд на него, Петруха вздрогнул.

— Коля, что тут было?

Да так, - не сразу ответил Пузырь. - было... Кое-что..

И заплакал.

Конец.

# OP 15 13 авг 2024, 08:49 15 426677

>>426676
Минуту он плакал молча, затем постепенно заголосил, то ли как ребёнок, то ли как старуха.

— Ой тварь я ибанаяяяя.. И чё я жил? Мать в могилу свёл..

Изба в очередной раз вздрогнула, Колька уже не обратил внимания. От сыпавшейся извести он уже был похож на мумию, только слезы, сопли и слюни, текущие одним ручьем вниз давали знать что он ещё жив.

— Прости мама, ты мной вон как гордилась, когда я отличник был в первых классах... Потом с этим Гусём ебучим связался.. На химии он подговорил спирт из мензурок выпить, тебя вызывали потом к директору, ты дома плакала...

Сверху затрещал шифер.

— А Гусь потом говорит, давай в школу залезем, обворуем.. Он окно разбил, я побоялся лезть тоже, а он говорит что я пидар заменёханый буду, если не полезу. Он там в глобус насрал и меня заставил тоже, потом на географии никто не понимал, где воняет. Он потом ментам сказал, что это я его подговорил, а тебя в больницу увезли с сердцем и ты померла, мамочка моя роднаяяяя...Помоги мне пожалуйстаааааааа...

Грохот раздался сверху, это овцы проломили шифер и рухнули с ним на потолок, сквозь щели посыпалась земля.

— Бабушке я не помогаю тоже, пью да клей нюхаю, радиолу тогда пропил... Бабушка пошла обратно выкупить, а я деньги отобрал и обматерил ее, сказал "пошла нахуй", а она заплакала.. Прости меня бабушка тоже, гниду ебучуююююю!..

Овцы начали бить лбами, пытаясь проломить потолок. Колька поднял глаза вверх, вздохнул и потянулся рукой к куску стекла. Спокойно взяв подходящий, он приставил его к запястью и закрыл глаза.

— Сына, ну надо уже домой собираться. Время пятый час, мне уже на дойку скоро.
Колька оторвал взгляд от поплавка и повернулся к матери. Она сидела рядом, на берегу и поправляла платье на коленях.
— Щас, - серьёзно ответил он. - Ещё двух поймаю, а то мало.
Он кивнул на стеклянную литровую банку с несколькими мелкими рыбешками, стоявшую возле неё.
— Там тринадцать всего, десять гольянов и три пескаря!
— А мы их вместе с яйцами пожарим! - весело ответила мама, улыбаясь. - Тогда всем хватит, и тебе, и мне, и бабушке.
Колька раздумывал секунд десять.
— Ну ладно, - нехотя сказал он и принялся сматывать леску на удочке, которую он срубил перочинником тут же, в кустах.
Скоро он уже шагал вместе с ней по улице в сторону дома, Колька несколько раз брал маму за руку, но каждый раз вспоминал, что завтра идти в первый класс, вдруг кто из будущих одноклассников увидит, будут дразнить маменькиным сынком.

Встретился дядя Ваня.

— Ну что, много наловил, Колька? - осведомился он, проходя мимо.
— Тринадцать штук! - Колька показал банку.
— Путём! А ты где ловил?
— На протоке.
— На протоке одни чины ловятся! - со знанием сказал дядя Ваня.
— Ну всякие ловятся.. - крикнул Колька на бегу, догоняя маму.

Догнав, он забылся и взял ее за тёплую руку.

— Мам, а я завтра в школу цветы по улице не понесу, сама неси. Что я, девчонка что-ли?
— А что, только девчонки цветы носят? - засмеялась мама. - Ты же их первому учителю несёшь.
— Что, и сам должен подарить? - спросил Колька с сомнением.
— Конечно.
— Ну тогда ладно. А мы во дворе их сорвём или которые в садике?
— И там и там, выберем только самые красивые, ты только хорошо учись.

В салоне автобуса уже с утра было жарко. На сиденье возле дверей сидела женщина, рядом вокруг поручня крутился её сын.
— Денис, не балуйся!
Мальчик послушался и сел рядом с ней.
— Мам, а я работать тоже буду? - спросил он ее.
— А как же! - откликнулся сзади Петруха. - Руно будешь таскать на весы помаленьку!

Мальчик обернулся.

—А там его много?
— Ой дохуя! Таскать не перетаскать! - захохотал басом Петруха, он весело посмотрел на его мать. - Правильно говорю, Танюха?

Уже подъезжали, вдалеке из за кошары показалась сторожка. Водитель прищурился.

— А это там что такое?

Пассажиры уставились в окна.
Автобус подъехал. Первым вылез Петруха, он встал и скрестив ладони за затылком, глядя на бархан из мертвых овец.

— Ёбтвоюмать! - медленно, с изумлением протянул он. - Ёбтвоюмать!

Остальные тоже осмелели и начали вылезать из дверей. Петруха покрутил головой по сторонам, будто потерял что то.

— А Колька то где, ёбана-ибана? - вспомнила, чья смена, тетя Света.

Петруха не ответил и пошёл вокруг закрытой телами почти полностью сторожки. Вскоре он скрылся за углом и через пару мгновений показался с другой стороны.

— Дверь открыта!

Он скрылся внутри.

— А вон там, видите, около столба светового лежит что то? - тетя Света приставила ладонь ко лбу, как козырёк от солнца.

Петруха вышел и смотрел куда она показывает. Он пошел к столбу и все двинулись следом.

Колька сидел прислонившись к бетонному пасынку спиной и вытянув ноги. Он не шевелился, уставившись мокрыми, пустыми глазами вдаль, подошедшие не сразу узнали его лицо из за слоя извести. Бригада молча окружила его, женщины прикрыли ладонями рты, Петруха опустился рядом с ним на корточки и аккуратно потряс за плечо.

— Коля! Ты живой?

Колька перевёл взгляд на него, Петруха вздрогнул.

— Коля, что тут было?

Да так, - не сразу ответил Пузырь. - было... Кое-что..

И заплакал.

Конец.

Показать весь текст

150 Кб, 1600x1066
# OP 16 17 авг 2024, 13:29 16 426978

ПЕРЕХВАТЧИК

Солнце уже поднялось к полудню, когда в мираже горячего асфальта появился велосипедист. Он крутил педали мерно, не торопясь, зная цену своим ногам, было сразу понятно, что едет он не первый год. Велосипед был плотно и с умом загружен скарбом, словно верблюд у путёвого бедуина - впереди в корзине покоился аккумулятор, пучок проводов от которого шёл к миниатюрному генератору на колесе, сверху на нём плашмя лежал лист солнечной панели от уличного фонаря, сейчас изредка бивший отражённым лучом в лицо ездока. Сзади, на багажнике, ехал набитый чем-то полосатый баул, опытно перемотанный верёвкой. Кроме этого ещё большой туристический рюкзак заставлял потеть спину, очевидно, самое ценное для себя человек хранил в нём.

Сам мужчина был одет в чёрную футболку с почти затертым портретом Марго Робби, камуфляжные штаны от "флоры" и китайские резиновые шлепки на босых ногах, носки он снял и положил в карман на прошлой стоянке, где ночевал. На голове красовалась бейсболка с надписью "California 555", невесть как дожившая до наших дней, из под которой будто пытались сбежать пучки длинных, косматых волос.

Пустынная трасса шла по берегу искрящегося в июльском свете Байкала, раньше здесь сновали по своим делам тысячи автомобилей, но сейчас, когда все разбежались кто куда, это место было чистым раем для велосипедиста. Дорогу хорошо отремонтировали ещё перед войной и теперь помогать педалями приходилось только в горку, пологие километры или спуски пролетали почти без работы ног. Вообще, мужчина мог взять брошенный мотоцикл или машину, коих хватало и в населенных пунктах, и вдоль дороги, но не хотел. Во-первых лишний шум и поиск топлива, во-вторых для маскировки, если его и увидят сверху, то подумают, что он просто ещё один из последних местных бедолаг, убегающих из зоны боевых действий, как и многие тысячи до него.

Мужчина не спеша остановился, ловко перебросив перед собой правую ногу через раму, и, как часто бывало, чуть не упал из-за ещё не верных от долгой езды ног. Он снял обувь и постоял посреди трассы минуту, оглядываясь по пустым сторонам и с удовольствием впитывая ступнями асфальтовый жар, затем прошёл с велосипедом вперёд, заглядывая за обочину вниз и ища место для спуска. Оно нашлось недалеко, мужчина снова надел шлепки и аккуратно скатил свой транспорт с насыпи. Озеро начиналось метров через триста, мужчина прошагал к нему через поле, выйдя к берегу он посмотрел наверх, что то прикинул про себя и пошёл вдоль воды, вскоре скрывшись в кустах черемухи.

Выбрав подходящую полянку он поставил велосипед на подножку, снял со вздохом рюкзак со спины и принялся не торопясь выгружаться. Сняв баул, он вытащил из него маленький рыбацкий стульчик с матерчатым сиденьем. Разложив его на траве, он аккуратно достал из рюкзака завёрнутый в пуховый платок ноутбук, открыл его и бережно поставил на стул, затем оттуда же вынул маленькую спутниковую тарелку с надписью "Триколор", которую он уверенными движениями закрепил в специальные хомуты на руле. Последнее, что было в рюкзаке, радиолу "Илга 301", мужчина поставил на траву рядом со ноутбуком.
Вынув из колёсного генератора конец провода, он размотал остальной пучок, лежавший у аккумулятора, протянул его дальше к ноутбуку, затем к радиоле, и, наконец, к тарелке. Вставив отходящие мелкие штекеры в нужные выходы во всех устройствах, он нажал на ноутбуке клавишу и вся эта странная конструкция будто ожила - радиола замигала огоньками, как будто радуясь, что снова спустя пятьдесят лет служит человеку, тарелка закрутилась, отыскивая в небе нужный ей кусок и посылая его на экран монитора, и только аккумулятор деловито оставался тихим, словно родитель, снисходительно поглядывающий на балующихся детей, которым он дал жизнь.

Мужчина удовлетворённо осмотрел своё дело и, убедившись, что всё работает как надо, достал из кармана брюк сигареты, закурив одну с удовольствием. Он залез руками в баул и вынул две банки тушёнки. Почитав состав он поставил их на землю, достал там же небольшую сковородку, наломал сухих веточек с кустов и когда белый жир только начал таять от огня, мужчина уже успел набрать в чайник воды и приставить к костру рядом.

Он уже доедал, поглядывая вверх и по сторонам, особенно сквозь кусты в сторону трассы, откуда он пришел, как вдруг ровный шум радиолы сменился звуками неведомого космического сражения лазерами, сквозь который вскоре всё отчётливее стал проступать разборчивый человеческий голос.

— Газон вызывает Филадельфию! Повторяю! Газон вызывает Филадельфию! Прием! - донеслось из хрипатого динамика.
Мужчина резко встал, отряхнулся, подошёл к голосу, присел на корточки, нажал кнопку на радиоле.
— Филадельфия на связи. Приём.

150 Кб, 1600x1066
# OP 16 17 авг 2024, 13:29 16 426978

ПЕРЕХВАТЧИК

Солнце уже поднялось к полудню, когда в мираже горячего асфальта появился велосипедист. Он крутил педали мерно, не торопясь, зная цену своим ногам, было сразу понятно, что едет он не первый год. Велосипед был плотно и с умом загружен скарбом, словно верблюд у путёвого бедуина - впереди в корзине покоился аккумулятор, пучок проводов от которого шёл к миниатюрному генератору на колесе, сверху на нём плашмя лежал лист солнечной панели от уличного фонаря, сейчас изредка бивший отражённым лучом в лицо ездока. Сзади, на багажнике, ехал набитый чем-то полосатый баул, опытно перемотанный верёвкой. Кроме этого ещё большой туристический рюкзак заставлял потеть спину, очевидно, самое ценное для себя человек хранил в нём.

Сам мужчина был одет в чёрную футболку с почти затертым портретом Марго Робби, камуфляжные штаны от "флоры" и китайские резиновые шлепки на босых ногах, носки он снял и положил в карман на прошлой стоянке, где ночевал. На голове красовалась бейсболка с надписью "California 555", невесть как дожившая до наших дней, из под которой будто пытались сбежать пучки длинных, косматых волос.

Пустынная трасса шла по берегу искрящегося в июльском свете Байкала, раньше здесь сновали по своим делам тысячи автомобилей, но сейчас, когда все разбежались кто куда, это место было чистым раем для велосипедиста. Дорогу хорошо отремонтировали ещё перед войной и теперь помогать педалями приходилось только в горку, пологие километры или спуски пролетали почти без работы ног. Вообще, мужчина мог взять брошенный мотоцикл или машину, коих хватало и в населенных пунктах, и вдоль дороги, но не хотел. Во-первых лишний шум и поиск топлива, во-вторых для маскировки, если его и увидят сверху, то подумают, что он просто ещё один из последних местных бедолаг, убегающих из зоны боевых действий, как и многие тысячи до него.

Мужчина не спеша остановился, ловко перебросив перед собой правую ногу через раму, и, как часто бывало, чуть не упал из-за ещё не верных от долгой езды ног. Он снял обувь и постоял посреди трассы минуту, оглядываясь по пустым сторонам и с удовольствием впитывая ступнями асфальтовый жар, затем прошёл с велосипедом вперёд, заглядывая за обочину вниз и ища место для спуска. Оно нашлось недалеко, мужчина снова надел шлепки и аккуратно скатил свой транспорт с насыпи. Озеро начиналось метров через триста, мужчина прошагал к нему через поле, выйдя к берегу он посмотрел наверх, что то прикинул про себя и пошёл вдоль воды, вскоре скрывшись в кустах черемухи.

Выбрав подходящую полянку он поставил велосипед на подножку, снял со вздохом рюкзак со спины и принялся не торопясь выгружаться. Сняв баул, он вытащил из него маленький рыбацкий стульчик с матерчатым сиденьем. Разложив его на траве, он аккуратно достал из рюкзака завёрнутый в пуховый платок ноутбук, открыл его и бережно поставил на стул, затем оттуда же вынул маленькую спутниковую тарелку с надписью "Триколор", которую он уверенными движениями закрепил в специальные хомуты на руле. Последнее, что было в рюкзаке, радиолу "Илга 301", мужчина поставил на траву рядом со ноутбуком.
Вынув из колёсного генератора конец провода, он размотал остальной пучок, лежавший у аккумулятора, протянул его дальше к ноутбуку, затем к радиоле, и, наконец, к тарелке. Вставив отходящие мелкие штекеры в нужные выходы во всех устройствах, он нажал на ноутбуке клавишу и вся эта странная конструкция будто ожила - радиола замигала огоньками, как будто радуясь, что снова спустя пятьдесят лет служит человеку, тарелка закрутилась, отыскивая в небе нужный ей кусок и посылая его на экран монитора, и только аккумулятор деловито оставался тихим, словно родитель, снисходительно поглядывающий на балующихся детей, которым он дал жизнь.

Мужчина удовлетворённо осмотрел своё дело и, убедившись, что всё работает как надо, достал из кармана брюк сигареты, закурив одну с удовольствием. Он залез руками в баул и вынул две банки тушёнки. Почитав состав он поставил их на землю, достал там же небольшую сковородку, наломал сухих веточек с кустов и когда белый жир только начал таять от огня, мужчина уже успел набрать в чайник воды и приставить к костру рядом.

Он уже доедал, поглядывая вверх и по сторонам, особенно сквозь кусты в сторону трассы, откуда он пришел, как вдруг ровный шум радиолы сменился звуками неведомого космического сражения лазерами, сквозь который вскоре всё отчётливее стал проступать разборчивый человеческий голос.

— Газон вызывает Филадельфию! Повторяю! Газон вызывает Филадельфию! Прием! - донеслось из хрипатого динамика.
Мужчина резко встал, отряхнулся, подошёл к голосу, присел на корточки, нажал кнопку на радиоле.
— Филадельфия на связи. Приём.

Показать весь текст
Ответы27241

# OP 17 22 авг 2024, 08:08 17 427241

>>426978
— В квадрате 67-80 фиксируется подготовка к пуску! Как поняли? Прием!
— Понял. - по мере улучшения связи мужчина с всё большим недоверием смотрел на радиолу.
— Этот квадрат всего в двухстах километрах от меня! - сообщил он и замолчал. - Газон, что то я ваш голос не узнаю.. А где Фёдор? - наконец спросил он после паузы.

Динамик молчал секунд десять.

— Фёдор не вышел на смену, наверное сбежал, как все остальные. Я один тут на всей базе.
— Как же так? Федя не должен бы вот так поступить.. - не спешил верить мужчина. - Мы с ним уже почти полгода работали..
— Никого нет. - голос помолчал. - Я не знаю, зачем я тут сижу до сих пор.
— Ну как зачем, - помолчав, мужчина почесал макушку. - Нам главнокомандующий задачу поставил стоять до последнего, вот мы и должны.
— Сам то он в Китай съебал со всей верхушкой.. - съиронизировал голос.
— Ну он же вернётся, если мы победим, руководить страной то кому то надо будет.. - неуверенно предсказал будущее мужчина. - А вас, кстати, как зовут?
— Цезарь.
— А меня Виктор. - представился мужчина, удивившись от необычного имени собеседника.

Наступило молчание. Виктор всё ещё был расстроен из за Федора, они успевали во время сеансов связи о многом поговорить, пока ждали ракеты, например о рыбалке или разрушении колхозов демократами, сейчас же он не знал, с чего начать разговор.

— Извините, а почему у вас такое имя интересное? - наконец начал он.
— А это.. - помолчав, ответил голос. - У меня отец армян, такое имя выдумал, мать-то хотела Борисом назвать, в честь дяди Бори. Я потом в пятнадцать лет хотел имя сменить, заебали ребята дразнить, так он сказал, типа, если сменю он меня отпиздит и сам поедет и поменяет Цезарь на Пизду Ивановну. Я больше и не поднимал тему, чурки, хули..

Виктор улыбнулся и почесал макушку.

Дааа, - протянул он. - А мне кажется, Цезарь хорошее имя.

Цезарь промолчал.

— А я тут только пообедал, и вы выходите на связь.. - неловко продолжил знакомство Виктор. - Ну, думаю, началось в деревне утро, сейчас "томагавки" пойдут. Мы с Федей только к "атакамсам" приноровились, семь из десятка тормозили, так оно вон как, Настя Каменских у Трампа "томагавки" выпросила, скоро ей ещё и списанные "минитмены" обещали. Работёнки нам хватит!

Виктор рассмеялся в конце.

— Да, вот тебе и заключила мир, ещё больше хуярить начала, проститутка. - тяжким тоном отозвался Цезарь в сторону бывшей певицы.

Виктор, несмотря на явный пессимизм коллеги, приободрился, главное что тот общается.

— Цезарь, а вы давно на локаторе трудитесь? - вежливо поинтересовался он.
— Первый день. - Цезарь не хотел разговаривать, но приходилось. - Я на станции пятый год, электриком был, но вот рядом с локаторными посидел, покурил, да и научился цели определять.
— А я тоже самоучка. - вспомнил Виктор. - А на фронт как попал - когда всех электроремонтников в стране мобилизовали в двадцать пятом, а я на телемастера учился от биржи, до войны ещё, ну и меня пригласили повесткой тоже. Я когда на фронт приехал, за голову схватился - у всех ребят компьютеры да ноутбуки, а я и не знал с какой стороны их открывать. Но ничего, тоже научился, через месяц пальцы по кнопкам уже как мыши бегали.. Потом когда они попёрли к Москве, меня в перехватчики определили, тоже поначалу все пропускал, но потом привык, сбивать начал. Оборудование вон даже усовершенствовал - когда учёные придумали радиолы для закрытой связи использовать, я свою ещё и как усилитель сигнала подсоединил, вспомнил как старшеклассники в школе делали дискотеку с такими. Сейчас вот все ребята-перехватчики повторяют за мной.

Цезарь молчал.

— Нахуй это все! Какой смысл, если и так уже всё ясно, что пиздец? - наконец выругался он. - Там ты один на сотню километров, я здесь, и хули?
— Ну надо кому-то работу делать..- неуверенно начал Виктор.
— Да нахуй она кому нужна, наша работа? Да и ни один "томагавк" ещё нигде не сбили, невозможно это. А у них их тыщи, закидают нас по самую шею! Ты на меня даже и не рассчитывай, я сегодня уеду отсюда тоже, нахуй. Мне больше всех надо что-ли? Они кричали, а я молчал, и теперь отдуваться за них что-ли? Нахуй они нужны!

Виктор не знал, что ответить, Цезарь был прав насчёт "томагавков", они с Федором имели уже четыре безрезультативные попытки в схватке с американским военно-техническим умом. Но и Цезаря он перебивать не стал, пусть выговорит своё переходящее в равнодушие отчаяние, может ему полегчает.

— Все орали, а теперь все съебались! - возбуждённо продолжал самоназначенный локаторный, - они только языком на Берлин блять! А теперь в полях с тяпками в Китае! Как наш бывший полковник Мельников, ходил тут по базе как гусь, теперь в Харбине в теплице работает, блять! Марченко тоже, пидарас ёб.. Пуск! - прокричал он последнее слово.

Виктор прыгнул к монитору.

— Пока не вижу! А вот! Теперь вижу, летит!
— Томагавк блять! - обречённо сообщил Цезарь.

Виктор стучал по клавишам, хоть и догадывался, что это бесполезно.

— На Читу летит. - уже безучастно продолжал Цезарь.

Виктор продолжал свою работу, как вдруг резкое шипение позади заставило его подпрыгнуть от неожиданности. Он обернулся - это уже гасший постепенно костёр всё таки смог довести чайник и тот слил лишнюю воду из-под крышки на угли. Руки перехватчика машинально продолжали бить по клавиатуре, он резко отдернул взгляд от чайника и вперил его обратно в монитор.

— Разворачивается.. Что это за хуйня? - из радиолы послышался удивлённый голос.

Виктор встал с корточек, отошёл от стульчика с ноутбуком и, приставив козырьком ладонь ко лбу, стал смотреть в небо. Ему мешали высокие кусты и он кинулся через них со своей полянки на открытый берег. Выбежав, он сразу увидел ракету, ровно закладывающую вираж и возвращающуюся обратно к началу своего белого следа. Через минуту она исчезла за лесом, из-за которого и появлялась.

Виктор услышал слабые крики динамика и побежал назад.

— Виктор! Ты где? Ты что там сделал? - возбуждённо кричал Цезарь.
— Да я сам не понял! - ответил с растерянной улыбкой Виктор, почесал затылок. - Я на чайник отвлёкся и, наверное, не ту клавишу нажал...
— Она к месту запуска летит!
— Я её обратно наладил, видимо.

Цезарь радостно захохотал.

— Витя, ты скорее беги оттуда, щас вычислят и накроют! - опомнился он.

Виктор бросился собирать свои пожитки.

— Ну ладно, все, конец связи! Завтра подключай, будем выяснять, как у тебя это получилось! Ну теперь мы на них выспимся, блять! - верещал воодушевленный Цезарь.

Виктор со смехом снял провода с аккумулятора, довольный собой, но ещё больше тем, что нашел нового друга.

# OP 17 22 авг 2024, 08:08 17 427241

>>426978
— В квадрате 67-80 фиксируется подготовка к пуску! Как поняли? Прием!
— Понял. - по мере улучшения связи мужчина с всё большим недоверием смотрел на радиолу.
— Этот квадрат всего в двухстах километрах от меня! - сообщил он и замолчал. - Газон, что то я ваш голос не узнаю.. А где Фёдор? - наконец спросил он после паузы.

Динамик молчал секунд десять.

— Фёдор не вышел на смену, наверное сбежал, как все остальные. Я один тут на всей базе.
— Как же так? Федя не должен бы вот так поступить.. - не спешил верить мужчина. - Мы с ним уже почти полгода работали..
— Никого нет. - голос помолчал. - Я не знаю, зачем я тут сижу до сих пор.
— Ну как зачем, - помолчав, мужчина почесал макушку. - Нам главнокомандующий задачу поставил стоять до последнего, вот мы и должны.
— Сам то он в Китай съебал со всей верхушкой.. - съиронизировал голос.
— Ну он же вернётся, если мы победим, руководить страной то кому то надо будет.. - неуверенно предсказал будущее мужчина. - А вас, кстати, как зовут?
— Цезарь.
— А меня Виктор. - представился мужчина, удивившись от необычного имени собеседника.

Наступило молчание. Виктор всё ещё был расстроен из за Федора, они успевали во время сеансов связи о многом поговорить, пока ждали ракеты, например о рыбалке или разрушении колхозов демократами, сейчас же он не знал, с чего начать разговор.

— Извините, а почему у вас такое имя интересное? - наконец начал он.
— А это.. - помолчав, ответил голос. - У меня отец армян, такое имя выдумал, мать-то хотела Борисом назвать, в честь дяди Бори. Я потом в пятнадцать лет хотел имя сменить, заебали ребята дразнить, так он сказал, типа, если сменю он меня отпиздит и сам поедет и поменяет Цезарь на Пизду Ивановну. Я больше и не поднимал тему, чурки, хули..

Виктор улыбнулся и почесал макушку.

Дааа, - протянул он. - А мне кажется, Цезарь хорошее имя.

Цезарь промолчал.

— А я тут только пообедал, и вы выходите на связь.. - неловко продолжил знакомство Виктор. - Ну, думаю, началось в деревне утро, сейчас "томагавки" пойдут. Мы с Федей только к "атакамсам" приноровились, семь из десятка тормозили, так оно вон как, Настя Каменских у Трампа "томагавки" выпросила, скоро ей ещё и списанные "минитмены" обещали. Работёнки нам хватит!

Виктор рассмеялся в конце.

— Да, вот тебе и заключила мир, ещё больше хуярить начала, проститутка. - тяжким тоном отозвался Цезарь в сторону бывшей певицы.

Виктор, несмотря на явный пессимизм коллеги, приободрился, главное что тот общается.

— Цезарь, а вы давно на локаторе трудитесь? - вежливо поинтересовался он.
— Первый день. - Цезарь не хотел разговаривать, но приходилось. - Я на станции пятый год, электриком был, но вот рядом с локаторными посидел, покурил, да и научился цели определять.
— А я тоже самоучка. - вспомнил Виктор. - А на фронт как попал - когда всех электроремонтников в стране мобилизовали в двадцать пятом, а я на телемастера учился от биржи, до войны ещё, ну и меня пригласили повесткой тоже. Я когда на фронт приехал, за голову схватился - у всех ребят компьютеры да ноутбуки, а я и не знал с какой стороны их открывать. Но ничего, тоже научился, через месяц пальцы по кнопкам уже как мыши бегали.. Потом когда они попёрли к Москве, меня в перехватчики определили, тоже поначалу все пропускал, но потом привык, сбивать начал. Оборудование вон даже усовершенствовал - когда учёные придумали радиолы для закрытой связи использовать, я свою ещё и как усилитель сигнала подсоединил, вспомнил как старшеклассники в школе делали дискотеку с такими. Сейчас вот все ребята-перехватчики повторяют за мной.

Цезарь молчал.

— Нахуй это все! Какой смысл, если и так уже всё ясно, что пиздец? - наконец выругался он. - Там ты один на сотню километров, я здесь, и хули?
— Ну надо кому-то работу делать..- неуверенно начал Виктор.
— Да нахуй она кому нужна, наша работа? Да и ни один "томагавк" ещё нигде не сбили, невозможно это. А у них их тыщи, закидают нас по самую шею! Ты на меня даже и не рассчитывай, я сегодня уеду отсюда тоже, нахуй. Мне больше всех надо что-ли? Они кричали, а я молчал, и теперь отдуваться за них что-ли? Нахуй они нужны!

Виктор не знал, что ответить, Цезарь был прав насчёт "томагавков", они с Федором имели уже четыре безрезультативные попытки в схватке с американским военно-техническим умом. Но и Цезаря он перебивать не стал, пусть выговорит своё переходящее в равнодушие отчаяние, может ему полегчает.

— Все орали, а теперь все съебались! - возбуждённо продолжал самоназначенный локаторный, - они только языком на Берлин блять! А теперь в полях с тяпками в Китае! Как наш бывший полковник Мельников, ходил тут по базе как гусь, теперь в Харбине в теплице работает, блять! Марченко тоже, пидарас ёб.. Пуск! - прокричал он последнее слово.

Виктор прыгнул к монитору.

— Пока не вижу! А вот! Теперь вижу, летит!
— Томагавк блять! - обречённо сообщил Цезарь.

Виктор стучал по клавишам, хоть и догадывался, что это бесполезно.

— На Читу летит. - уже безучастно продолжал Цезарь.

Виктор продолжал свою работу, как вдруг резкое шипение позади заставило его подпрыгнуть от неожиданности. Он обернулся - это уже гасший постепенно костёр всё таки смог довести чайник и тот слил лишнюю воду из-под крышки на угли. Руки перехватчика машинально продолжали бить по клавиатуре, он резко отдернул взгляд от чайника и вперил его обратно в монитор.

— Разворачивается.. Что это за хуйня? - из радиолы послышался удивлённый голос.

Виктор встал с корточек, отошёл от стульчика с ноутбуком и, приставив козырьком ладонь ко лбу, стал смотреть в небо. Ему мешали высокие кусты и он кинулся через них со своей полянки на открытый берег. Выбежав, он сразу увидел ракету, ровно закладывающую вираж и возвращающуюся обратно к началу своего белого следа. Через минуту она исчезла за лесом, из-за которого и появлялась.

Виктор услышал слабые крики динамика и побежал назад.

— Виктор! Ты где? Ты что там сделал? - возбуждённо кричал Цезарь.
— Да я сам не понял! - ответил с растерянной улыбкой Виктор, почесал затылок. - Я на чайник отвлёкся и, наверное, не ту клавишу нажал...
— Она к месту запуска летит!
— Я её обратно наладил, видимо.

Цезарь радостно захохотал.

— Витя, ты скорее беги оттуда, щас вычислят и накроют! - опомнился он.

Виктор бросился собирать свои пожитки.

— Ну ладно, все, конец связи! Завтра подключай, будем выяснять, как у тебя это получилось! Ну теперь мы на них выспимся, блять! - верещал воодушевленный Цезарь.

Виктор со смехом снял провода с аккумулятора, довольный собой, но ещё больше тем, что нашел нового друга.

Показать весь текст

46 Кб, 499x400
# OP 18 27 авг 2024, 10:28 18 427552

ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ

— Гриша, вставай, там опять авария какая-то. - Мэрилин, наклонившись, мягко поцеловала его в щеку. - Капитан передал тебе, что в электронном зале проблемы.
Он открыл глаза, увидел ее лицо над собой и в сотый раз мысленно поблагодарил Бога за то, что полгода назад, в комнате отдыха, он пролил брагу на пульт и телевизор случайно выбрал фильм "Зуд седьмого года". Тогда то он и увидел её и через минуту мчался к себе в каюту чтобы связаться с китайцами и поменять внешность заказанного андроида. Сначала он хотел такую же, как у капитана - копию популярной модели и певицы Брачохи, но один взгляд на Мэрилин Монро заставил его понять, что с этой женщиной он бы хотел прожить остаток жизни.

Григорий, гладя плешивую макушку и зевая, сел на край постели. Мэрилин уже суетилась у плиты, одетая в короткий голубой халатик с белой окантовкой, платиновые локоны, макияж, пухлые губы, белые пышные бёдра и высокая грудь - она всегда выглядела точно так, как в том фильме. Гриша за полгода владения ею никак не мог к этому привыкнуть и всё время пытался скрыть постоянную эрекцию. Мэрилин это конечно замечала, но не подавала вида.

— Суп с мясом варить ставлю! - сообщила она серьёзно. - Пусть вода закипает, а я с тобой схожу на поломку.

Гриша сидя надел под одеялом штаны, он до сих пор её стеснялся, умом понимал, что она ненастоящая, но сделать с собой ничего не мог. Он в свои 54 года наконец был с женщиной, хоть и искусственно выращенной, а застенчивость, приобретённая с одинокой жизнью, уже никуда не уйдёт. "Но это и хорошо, - думал Гриша. - Как пацан зато волнуюсь, в мои-то годы, блять!".

Корабль качнуло в пустоте космоса и Гриша засуетился - накинул спецовку, Мэрилин уже надела белые сапожки на каблуках и ждала его у дверей с чемоданчиком с инструментами.

— Шапка вот, на вешалке, - показала она кивком, увидев что он ищет.
— Ага.. - Гриша нацепил на макушку шапку - "пидарку", он не выходил из комнаты без неё. Однажды он отморозил голову, пока варил пробитый метеоритом тендер, тогда пришлось сесть для ремонта на "Посох", на этой планете хоть и был воздух, но постоянный мороз в минус 80 шанса жизни не давал. А скафандр протекал и пока Гриша 40 минут приваривал снаружи корпуса заплатку, голова успела покрыться инеем.

Она взяла его за руку, он как и всегда почувствовал от этого дрожь в теле и нытьё внизу живота, и они пошли по пустому коридору. Скоро они остановились у двери, он передал ей чемоданчик, сам прислонил руку к сенсору. Дверь отъехала и они прошли внутрь. Отсек был похож на библиотеку и до потолка заставлен ровными полками, только вместо книг на них были закреплены платы с гроздьями проводов и диодов. В середине раздавался электрический треск и сине-белые вспышки и Гриша с Мэрилин направились туда. Подойдя к искрившей проблеме, он присел на корточки, достал из внутреннего кармана куртки очки, надел их на край переносицы, открыл перед собой чемоданчик и достал паяльник. Мэрилин села рядом, и так короткий халат стал ещё короче и Гриша мельком увидел её белоснежные трусики. Она его взгляд не заметила, обратив всё внимание на поломку. "Опять встаёт! - пронеслось у него в голове. - Ну что за баба! Какая тут нахуй Брачоха, и капитан уже вчера типа этого что-то сказал, что поспешил.. Ну подкатывать то будет, Мэрлин его сразу нахуй пошлёт, как деда Ваню тогда. Тоже охуевшая морда, как увидел мою Мэрлин, когда она только пришла в упаковке, и говорит, мол, Гриня дай я разок на нее залезу, она резко повернулась к нему и говорит - ты за меня 167 листов отдал что-ли, пенсия? Он на коленки рухнул от неожиданности и страха, вот ржач то был".

Пока эти мысли летали у него в голове, руки делали своё дело - отпаивали сгоревшие провода и диоды. Мэрилин смотрела то на них, то Грише в лицо, при этом её взгляд менялся с внимательного и изучающего на томный и с фирменной поволокой, доставшейся ей от актрисы, Гриша всегда в такие моменты хотел бегать и прыгать от счастья, адреналина и похоти.

— Ты их "идиоты" называешь. - она кивнула на диоды.
— Ага, сейчас переставим. - Гриша собрался и принялся менять почерневшие на зелёные.
— Мы после этой партии в деревню ко мне поедем. - повернувшись к ней сказал он после паузы, глядя поверх очков. Она кивнула и аккуратно зацепила пальцами кусочек гари, отлетевший ему в густые усы.
— Хватит, поработал за жизнь достаточно. Хоть меня и зовут на "Дружбу", откажусь, там капитан хохол к тому же, сто лет прошло, а они ещё не остыли. Так и здоровье все оставлю, а мне хочется с тобой пожить подольше.
— А на что жить будем? Ты же за меня всё отдал, что накопил за жизнь. Нам с тобой и тут хорошо, своя каюта, еда.
— Надоело мне в этой консервной банке. Хочу на родину, в деревню. У меня ведь и мама ещё жива, тебя ей покажу, вот она порадуется. Она же в технике не понимает, подумает что такая красивая женщина сама меня полюбила, гордиться будет. А работы и там много, хороший техник везде нужен. Я же всё умею, всю жизнь учился.
— Ну как скажешь. - мягко сказала Мэрилин.

Вскоре он воткнул на место последний провод, отсек ожил и плавно загудел. Они пошли назад, к себе, там они обнаружили закипевшую воду, Мэрилин сноровисто побросала в неё картошку, мясо и лук. Гриша занялся своим любимым делом - сел за стол, положив подбородок на кулак, и стал смотреть на неё.

— Спой мне, как ты президенту пела, только мою любимую. - попросил он.

Она с улыбкой подошла, села напротив, взяла его за руки и запела своим голосом чуть хриплого ангела "сам себя считааааююю городским тепеееерь яяяя, здесь моя работа, здесь мои друзья, но всё так же нооочьююю сниииится мне дереееевня, отпустить меня не хочет родина моя..."

КОНЕЦ

46 Кб, 499x400
# OP 18 27 авг 2024, 10:28 18 427552

ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ

— Гриша, вставай, там опять авария какая-то. - Мэрилин, наклонившись, мягко поцеловала его в щеку. - Капитан передал тебе, что в электронном зале проблемы.
Он открыл глаза, увидел ее лицо над собой и в сотый раз мысленно поблагодарил Бога за то, что полгода назад, в комнате отдыха, он пролил брагу на пульт и телевизор случайно выбрал фильм "Зуд седьмого года". Тогда то он и увидел её и через минуту мчался к себе в каюту чтобы связаться с китайцами и поменять внешность заказанного андроида. Сначала он хотел такую же, как у капитана - копию популярной модели и певицы Брачохи, но один взгляд на Мэрилин Монро заставил его понять, что с этой женщиной он бы хотел прожить остаток жизни.

Григорий, гладя плешивую макушку и зевая, сел на край постели. Мэрилин уже суетилась у плиты, одетая в короткий голубой халатик с белой окантовкой, платиновые локоны, макияж, пухлые губы, белые пышные бёдра и высокая грудь - она всегда выглядела точно так, как в том фильме. Гриша за полгода владения ею никак не мог к этому привыкнуть и всё время пытался скрыть постоянную эрекцию. Мэрилин это конечно замечала, но не подавала вида.

— Суп с мясом варить ставлю! - сообщила она серьёзно. - Пусть вода закипает, а я с тобой схожу на поломку.

Гриша сидя надел под одеялом штаны, он до сих пор её стеснялся, умом понимал, что она ненастоящая, но сделать с собой ничего не мог. Он в свои 54 года наконец был с женщиной, хоть и искусственно выращенной, а застенчивость, приобретённая с одинокой жизнью, уже никуда не уйдёт. "Но это и хорошо, - думал Гриша. - Как пацан зато волнуюсь, в мои-то годы, блять!".

Корабль качнуло в пустоте космоса и Гриша засуетился - накинул спецовку, Мэрилин уже надела белые сапожки на каблуках и ждала его у дверей с чемоданчиком с инструментами.

— Шапка вот, на вешалке, - показала она кивком, увидев что он ищет.
— Ага.. - Гриша нацепил на макушку шапку - "пидарку", он не выходил из комнаты без неё. Однажды он отморозил голову, пока варил пробитый метеоритом тендер, тогда пришлось сесть для ремонта на "Посох", на этой планете хоть и был воздух, но постоянный мороз в минус 80 шанса жизни не давал. А скафандр протекал и пока Гриша 40 минут приваривал снаружи корпуса заплатку, голова успела покрыться инеем.

Она взяла его за руку, он как и всегда почувствовал от этого дрожь в теле и нытьё внизу живота, и они пошли по пустому коридору. Скоро они остановились у двери, он передал ей чемоданчик, сам прислонил руку к сенсору. Дверь отъехала и они прошли внутрь. Отсек был похож на библиотеку и до потолка заставлен ровными полками, только вместо книг на них были закреплены платы с гроздьями проводов и диодов. В середине раздавался электрический треск и сине-белые вспышки и Гриша с Мэрилин направились туда. Подойдя к искрившей проблеме, он присел на корточки, достал из внутреннего кармана куртки очки, надел их на край переносицы, открыл перед собой чемоданчик и достал паяльник. Мэрилин села рядом, и так короткий халат стал ещё короче и Гриша мельком увидел её белоснежные трусики. Она его взгляд не заметила, обратив всё внимание на поломку. "Опять встаёт! - пронеслось у него в голове. - Ну что за баба! Какая тут нахуй Брачоха, и капитан уже вчера типа этого что-то сказал, что поспешил.. Ну подкатывать то будет, Мэрлин его сразу нахуй пошлёт, как деда Ваню тогда. Тоже охуевшая морда, как увидел мою Мэрлин, когда она только пришла в упаковке, и говорит, мол, Гриня дай я разок на нее залезу, она резко повернулась к нему и говорит - ты за меня 167 листов отдал что-ли, пенсия? Он на коленки рухнул от неожиданности и страха, вот ржач то был".

Пока эти мысли летали у него в голове, руки делали своё дело - отпаивали сгоревшие провода и диоды. Мэрилин смотрела то на них, то Грише в лицо, при этом её взгляд менялся с внимательного и изучающего на томный и с фирменной поволокой, доставшейся ей от актрисы, Гриша всегда в такие моменты хотел бегать и прыгать от счастья, адреналина и похоти.

— Ты их "идиоты" называешь. - она кивнула на диоды.
— Ага, сейчас переставим. - Гриша собрался и принялся менять почерневшие на зелёные.
— Мы после этой партии в деревню ко мне поедем. - повернувшись к ней сказал он после паузы, глядя поверх очков. Она кивнула и аккуратно зацепила пальцами кусочек гари, отлетевший ему в густые усы.
— Хватит, поработал за жизнь достаточно. Хоть меня и зовут на "Дружбу", откажусь, там капитан хохол к тому же, сто лет прошло, а они ещё не остыли. Так и здоровье все оставлю, а мне хочется с тобой пожить подольше.
— А на что жить будем? Ты же за меня всё отдал, что накопил за жизнь. Нам с тобой и тут хорошо, своя каюта, еда.
— Надоело мне в этой консервной банке. Хочу на родину, в деревню. У меня ведь и мама ещё жива, тебя ей покажу, вот она порадуется. Она же в технике не понимает, подумает что такая красивая женщина сама меня полюбила, гордиться будет. А работы и там много, хороший техник везде нужен. Я же всё умею, всю жизнь учился.
— Ну как скажешь. - мягко сказала Мэрилин.

Вскоре он воткнул на место последний провод, отсек ожил и плавно загудел. Они пошли назад, к себе, там они обнаружили закипевшую воду, Мэрилин сноровисто побросала в неё картошку, мясо и лук. Гриша занялся своим любимым делом - сел за стол, положив подбородок на кулак, и стал смотреть на неё.

— Спой мне, как ты президенту пела, только мою любимую. - попросил он.

Она с улыбкой подошла, села напротив, взяла его за руки и запела своим голосом чуть хриплого ангела "сам себя считааааююю городским тепеееерь яяяя, здесь моя работа, здесь мои друзья, но всё так же нооочьююю сниииится мне дереееевня, отпустить меня не хочет родина моя..."

КОНЕЦ

Показать весь текст
Ответы2790030874

Распущенный Шелдон Купер 19 3 сен 2024, 10:21 19 427900

>>427552
Годно! Я трэбую парадоксальной и трагической развязки! Им слишком прекрасно😭
Как например, мстительный дед Гриша запускает свой вирус в куклу или выходит обновление ПО, после которого кукла начинает топить за веганство и отказывается добавлять мясо в суп, попутно выбрасывая в космос всю колбасу

317 Кб, 960x632
# OP 20 4 сен 2024, 11:04 20 427941

БРОСИЛ

Я стою на крыльце, собрался куда-то идти, наверное, а сердце как будто кто-то взял в руку и полегоньку сжимает. Обнял себя за грудь, не могу это терпеть, как щекотку. Сдавило посильнее и всё моё тело парарализовало, я падаю вниз и качусь, как сосиска, по дощатому двору, я и не знал что он под наклоном. И что он дощатый. Сейчас докачусь до забора, вон он мелькает, из-за него свисают к нам ветки соседской яблочки. Так, докатился и упёрся, смотрю вверх на дерево, оно всё белое от шапок распустившихся цветков, хотя нет, это снег, вон я одет в пуховик, хотя только что было лето. Хоть бы дыхание не перехватило, надо бы покричать, но не могу. Ну ладно, попробую. ААААААААААААА.......
Проснулся с рывком. Сел на кровати. Я на веранде, сейчас темно, наверное уже под утро, когда я лёг, не помню. Маленький старый "Панасоник" работает, я забыл его выключить, там Шварцнеггер разбивает окно в машине и садится, ему похуй на осколки. Простынь потрогал - сырая. И я тоже мокрый. Мать говорит, 18 дней пропил, утром решил всё, хватит. День вроде нормально прошел, на речку сходил, искупался, а вот к вечеру плохо стало. Лицо опухло, во рту будто поел сладкой ваты и запил болотной водой, но хуже всего то, что сердце с перебоями работает, не даёт удобно лечь. Так, простынь перекинул наоборот, ноги в голову, тут суше, сейчас посмотрю немного фильм и задремаю, до утра наверное недалеко. Посмотрел на часы - пятнадцать минут первого, это пиздец, я лёг полчаса назад, получается. В телевизоре Арнольд застрелил женщину, так, кто здесь, в этой толпе - это дядя Саня стоит, мы с ним про рыбалку говорим, это тетя Наташа, слева Андрюха и Зоя, дальше Хрюндель и Лапэн, за ними киборг. Я сразу понял, кто он. Если он поймет, что я его узнал, он меня убьет. Главное - не подать вида, не расколоться блять! Боковым зрением вижу, что он смотрит на меня. "Это на карьер ехать надо, там налимы ловятся" - говорю дяде Саше, он согласен, только бы робот не понял, что я его раскусил. Сейчас вечер, всё, пиздец, он ко мне двинулся, хорошо, что не прямо, а обходит всех, иду в противоположную сторону по кругу, остальные ничего необычного не видят. Всё, пора съебывать бегом, кидаюсь от него, он рядом, я не могу разогнаться, наклоняюсь, как бегуны на Олимпийских играх, отталкиваюсь от земли, что есть сил, но меня будто запрягли в повозку вместо лошади, робот кладёт руку на плечо...
Опять вздрогнул, я так же в постели, на боку, сел, сердце колотится. Арнольд стреляет по людям в клубе. Под кроватью ковш с водой, попил немного, снова лёг. Надо было хоть баночку пива купить, так и помереть можно, но поздно, всё закрыто. Надо выйти, подышать, курить пока не буду, на всякий случай. О, на улице уже светло, хотя солнца нет, и никого нет из людей в обе стороны деревни, сверху как всегда шум. Смотрю туда - это грузовики-самосвалы висят на конвейерной ленте кабинами вниз, как дохлые куры на птицефабрике. Они метрах в 20 надо мной, все красного цвета, лента движется и они грохочут бортами, раскачиваясь. Самосвалы идут бесконечным потоком сколько я себя помню и всю жизнь боюсь, что один из них однажды сорвётся и раздавит наш дом. Но это же ненормально, зачем они вообще висят там? Это же хуйня какая-то... А, понял! Это сон! Так, надо обернуться и посмотреть на наш дом. Оборачиваюсь. Точно, он хоть и похож, но это не он, соседский и остальные - то же самое. Ахахаха, прикольная хуйня! Так, пойду-ка я к соседям, скажу Илюхе, что это всё сон. Иду, захожу во двор, потом в дом, он пустой, но я бы остался тут жить навсегда. Выхожу обратно, двор изменился, я теперь должен вернуться домой, но нет калитки, а значит и выхода. Лезу через забор, вижу что я дворах в десяти от дома, по меньшей мере. Надо пройти их все, я прыгаю вниз, в ближайший. Там незнакомая женщина кричит, её красивое лицо внезапно кривится в нечеловеческую гримасу, она прыгает на меня...
Фу блять... Не вставая, сунул руку под кровать, нащупал ковш. Попил, приподнявшись на локте, поставил ковш, рядом с ним взял телефон, глянул время. Без пятнадцати час. Арнольд таранит перевернувшийся пикап, Сара едва успела вытащить Риза. Так давно это было... Я боялся с кресла слезть, когда впервые смотрел, лет 10 мне было. Теперь вот стою в камере, освещенной жёлтым электрическим светом, здесь тепло, пахнет туберкулёзом и батареей у стены. Я перед двухэтажными нарами, передо мной, на нижнем ярусе лежит пожилой зэк, читает книгу. На душе тошно, теперь срок дадут, мама одна дома останется, а она инвалид. Хоть плачь, блять. Зачем я это сделал? И что я сделал? Не помню, что, но в груди кошки скребут. Чувствую дискомфорт в трусах, сунул руку и вытащил кусок плоти. "У меня залупа отвалилась" - сообщаю зэку и показываю её. Он отложил книгу, теперь берёт двумя пальцами залупу, надевает очки и внимательно рассматривает. Протягивает обратно и говорит "Приложи обратно, где росла. Она свежая, схватится и приростёт". Беру её обратно, приставляю на ощупь и натягиваю трусы повыше, чтобы она не отстала и не упала.
Сразу глаза не открываю, слышу тихий звук телека, только затем глянул одним глазком - Арнольд только что обгорел и идёт к зданию фабрики. Я посреди поля перед озером, недалеко лес уходит вверх по сопке, у меня в руках удочка. Слышу гул вверху, смотрю туда, сделав ладонью козырёк от солнца, там огромный серебристый воздушный лайнер застыл носом вверх, моторы воют от перенапряжения, пытаясь не допустить катастрофы и поднять судно, но оно обречено. Начинает понемногу опускаться, скоро хвост касается земли и самолёт заваливается на крышу. Моторы доживают последний миг, я разматываю и забрасываю удочку. Клюет сразу, я тяну, удилище гнётся, там огромный вес под водой. Из озера показывается рука, это она держит леску, потом голова, я узнаю себя. Я вышел из воды и голый иду ко мне. Сердце опять сжало, я падаю парализованный, двойник начинает раздевать меня и одевать всё на себя. Он полностью готов, смотрит на меня, сматывает удочку и уходит, я не могу пошевелиться. Знаю, что он вернётся меня убить, сердце встаёт...
Вскакиваю на ноги, прошёл туда-обратно по веранде, вода, телефон. Десять минут второго. Сара поехала в сторону грозы. Иду ставить чайник. Завтра посплю.

Конец

317 Кб, 960x632
# OP 20 4 сен 2024, 11:04 20 427941

БРОСИЛ

Я стою на крыльце, собрался куда-то идти, наверное, а сердце как будто кто-то взял в руку и полегоньку сжимает. Обнял себя за грудь, не могу это терпеть, как щекотку. Сдавило посильнее и всё моё тело парарализовало, я падаю вниз и качусь, как сосиска, по дощатому двору, я и не знал что он под наклоном. И что он дощатый. Сейчас докачусь до забора, вон он мелькает, из-за него свисают к нам ветки соседской яблочки. Так, докатился и упёрся, смотрю вверх на дерево, оно всё белое от шапок распустившихся цветков, хотя нет, это снег, вон я одет в пуховик, хотя только что было лето. Хоть бы дыхание не перехватило, надо бы покричать, но не могу. Ну ладно, попробую. ААААААААААААА.......
Проснулся с рывком. Сел на кровати. Я на веранде, сейчас темно, наверное уже под утро, когда я лёг, не помню. Маленький старый "Панасоник" работает, я забыл его выключить, там Шварцнеггер разбивает окно в машине и садится, ему похуй на осколки. Простынь потрогал - сырая. И я тоже мокрый. Мать говорит, 18 дней пропил, утром решил всё, хватит. День вроде нормально прошел, на речку сходил, искупался, а вот к вечеру плохо стало. Лицо опухло, во рту будто поел сладкой ваты и запил болотной водой, но хуже всего то, что сердце с перебоями работает, не даёт удобно лечь. Так, простынь перекинул наоборот, ноги в голову, тут суше, сейчас посмотрю немного фильм и задремаю, до утра наверное недалеко. Посмотрел на часы - пятнадцать минут первого, это пиздец, я лёг полчаса назад, получается. В телевизоре Арнольд застрелил женщину, так, кто здесь, в этой толпе - это дядя Саня стоит, мы с ним про рыбалку говорим, это тетя Наташа, слева Андрюха и Зоя, дальше Хрюндель и Лапэн, за ними киборг. Я сразу понял, кто он. Если он поймет, что я его узнал, он меня убьет. Главное - не подать вида, не расколоться блять! Боковым зрением вижу, что он смотрит на меня. "Это на карьер ехать надо, там налимы ловятся" - говорю дяде Саше, он согласен, только бы робот не понял, что я его раскусил. Сейчас вечер, всё, пиздец, он ко мне двинулся, хорошо, что не прямо, а обходит всех, иду в противоположную сторону по кругу, остальные ничего необычного не видят. Всё, пора съебывать бегом, кидаюсь от него, он рядом, я не могу разогнаться, наклоняюсь, как бегуны на Олимпийских играх, отталкиваюсь от земли, что есть сил, но меня будто запрягли в повозку вместо лошади, робот кладёт руку на плечо...
Опять вздрогнул, я так же в постели, на боку, сел, сердце колотится. Арнольд стреляет по людям в клубе. Под кроватью ковш с водой, попил немного, снова лёг. Надо было хоть баночку пива купить, так и помереть можно, но поздно, всё закрыто. Надо выйти, подышать, курить пока не буду, на всякий случай. О, на улице уже светло, хотя солнца нет, и никого нет из людей в обе стороны деревни, сверху как всегда шум. Смотрю туда - это грузовики-самосвалы висят на конвейерной ленте кабинами вниз, как дохлые куры на птицефабрике. Они метрах в 20 надо мной, все красного цвета, лента движется и они грохочут бортами, раскачиваясь. Самосвалы идут бесконечным потоком сколько я себя помню и всю жизнь боюсь, что один из них однажды сорвётся и раздавит наш дом. Но это же ненормально, зачем они вообще висят там? Это же хуйня какая-то... А, понял! Это сон! Так, надо обернуться и посмотреть на наш дом. Оборачиваюсь. Точно, он хоть и похож, но это не он, соседский и остальные - то же самое. Ахахаха, прикольная хуйня! Так, пойду-ка я к соседям, скажу Илюхе, что это всё сон. Иду, захожу во двор, потом в дом, он пустой, но я бы остался тут жить навсегда. Выхожу обратно, двор изменился, я теперь должен вернуться домой, но нет калитки, а значит и выхода. Лезу через забор, вижу что я дворах в десяти от дома, по меньшей мере. Надо пройти их все, я прыгаю вниз, в ближайший. Там незнакомая женщина кричит, её красивое лицо внезапно кривится в нечеловеческую гримасу, она прыгает на меня...
Фу блять... Не вставая, сунул руку под кровать, нащупал ковш. Попил, приподнявшись на локте, поставил ковш, рядом с ним взял телефон, глянул время. Без пятнадцати час. Арнольд таранит перевернувшийся пикап, Сара едва успела вытащить Риза. Так давно это было... Я боялся с кресла слезть, когда впервые смотрел, лет 10 мне было. Теперь вот стою в камере, освещенной жёлтым электрическим светом, здесь тепло, пахнет туберкулёзом и батареей у стены. Я перед двухэтажными нарами, передо мной, на нижнем ярусе лежит пожилой зэк, читает книгу. На душе тошно, теперь срок дадут, мама одна дома останется, а она инвалид. Хоть плачь, блять. Зачем я это сделал? И что я сделал? Не помню, что, но в груди кошки скребут. Чувствую дискомфорт в трусах, сунул руку и вытащил кусок плоти. "У меня залупа отвалилась" - сообщаю зэку и показываю её. Он отложил книгу, теперь берёт двумя пальцами залупу, надевает очки и внимательно рассматривает. Протягивает обратно и говорит "Приложи обратно, где росла. Она свежая, схватится и приростёт". Беру её обратно, приставляю на ощупь и натягиваю трусы повыше, чтобы она не отстала и не упала.
Сразу глаза не открываю, слышу тихий звук телека, только затем глянул одним глазком - Арнольд только что обгорел и идёт к зданию фабрики. Я посреди поля перед озером, недалеко лес уходит вверх по сопке, у меня в руках удочка. Слышу гул вверху, смотрю туда, сделав ладонью козырёк от солнца, там огромный серебристый воздушный лайнер застыл носом вверх, моторы воют от перенапряжения, пытаясь не допустить катастрофы и поднять судно, но оно обречено. Начинает понемногу опускаться, скоро хвост касается земли и самолёт заваливается на крышу. Моторы доживают последний миг, я разматываю и забрасываю удочку. Клюет сразу, я тяну, удилище гнётся, там огромный вес под водой. Из озера показывается рука, это она держит леску, потом голова, я узнаю себя. Я вышел из воды и голый иду ко мне. Сердце опять сжало, я падаю парализованный, двойник начинает раздевать меня и одевать всё на себя. Он полностью готов, смотрит на меня, сматывает удочку и уходит, я не могу пошевелиться. Знаю, что он вернётся меня убить, сердце встаёт...
Вскакиваю на ноги, прошёл туда-обратно по веранде, вода, телефон. Десять минут второго. Сара поехала в сторону грозы. Иду ставить чайник. Завтра посплю.

Конец

Показать весь текст
Ответы27947

Распущенный Шелдон Купер 21 4 сен 2024, 13:02 21 427947

>>427941
>смотрю вверх на дерево, оно всё белое от шапок распустившихся цветков, хотя нет, это снег, вон я одет в пуховик
Прикольно

65 Кб, 500x366
Шустрый Граф Калеостро 22 14 окт 2024, 08:27 22 430775

SUNSET BLVD.

"Пазик" нещадно выл коробкой и грохотал салоном, пробираясь от села к селу по ухабистому, замерзшему асфальту, неотличимому по цвету от серого, местного, забайкальского неба. В салоне было нелюдно: спиной к водительской перегородке сидела маленькая старушка в очках, имевших линзы толщиной с донышко бутылки "Советского" шампанского, напротив, лицом к ней, ехали двое - одетый в тёплый костюм "элку" мелкий парень, на вид почти ребенок лет пятнадцати, он мучил телефон и эмоции от игры то и дело непроизвольно вспыхивали на его детском лице, сбоку от него разместилась у окна полная женщина лет пятидесяти с фиолетовой "химией" на голове, она была завёрнута в китайскую шубу из поддельного зверя. Рядом с ними, через проход, сидел на переднем сиденье возле двери мужчина лет сорока пяти, в сине-чёрном бушлате с надписью "Забспецстрой", из кармана которого торчала серая шапка - "пидарка", когда-то бывшие синими джинсы на нём были заправлены в кирзачи. Стодвадцатикилограммовый водитель с кабаньим лицом безучастно смотрел перед собой, машинально отбивая пальцами такт под едва различимую песню Кая Метова "Position 2". Больше людей в салоне не было. Полетевший вихрь за окном окончательно запутал бы человека, не имевшего часов, десять утра и пять вечера вообще не отличались друг от друга, одна бесконечная холодная серость, сменявшаяся иногда бесконечной, холодной тьмой.

Женщина уже несколько минут украдкой поглядывала то на телефон увлёкшегося своим гаджетом соседа, то на него самого, её дородное лицо выражало помесь недоверия и удивления.

— Их же наверное обгонять надо, а вы об первую же разбиваетесь уже десять минут! - наконец не выдержала она, кивнув на экран.
Старушка дёрнулась от дремоты, мужчина тоже повернулся на голос, парень озадаченно глянул на женщину, потом на свой телефон.
— А я их давлю! - нашёлся он, оглядев соседей с детским огоньком в глазах. Женщина оскалилась в улыбке, показав ряд золотых зубов. Мужчина равнодушно отвернулся в окно с пролетающим за ним жёлтым полем, накрытым пургой, старушка напротив, наоборот, оживилась. Она осмотрела парня с ног до головы, то ли от уважения к его камуфляжному наряду, то ли от старческого тика потрясывая головой.
— А ты, сынок, чего, на фронт поехал? Гадов этих фашистов убивать? - участливо поинтересовалась она. Парень спрятал в карман телефон и, прищурившись, оценил её очки.
— Неа, бабушка, мне нельзя туда! - он скосил глаза и наклонился вплотную к ее лицу. - Видишь, дуло у меня четверит жёстко!
Старушка пригляделась, тот закосил ещё сильнее. Мужчина с интересом обернулся на них.
— Ой ты бедненькай! - заохала бабка, - Ну ничево, дома маме помогай!
— Ага, обязательно.. - парень откинулся на место. Женщина только сейчас поняла.
— Ты погляди какое говно! - громко процедила она. - Ещё и издевается! И над пожилой женщиной, и над нашими ребятами тама! - она распалялась всё больше. - Они тама гибнут, чтобы ты тут спокойно спал, тварь! Я щас ментов вызову, пусть тебя выйбут!
Она угрожающе полезла в карман.
— Успокойтесь, бабушка, я же пошутил просто.. - испугался парень.
— Какая я тебе бабушка, блять! - взвилась она, переходя на визг. - Щас ещё сыну позвоню, он тебя, пидара, научит Родину любить!
Водитель наконец отвлёкся от своих эротических мыслей по поводу Клавы Коки и обратил внимание в зеркало.
— Чё за пиздец там? Успокойтесь все нахуй! - рявкнул он.
Старушка крутила головой от одного кричащего к другому, не понимая, что происходит. Мужчина сбоку недобро смотрел на начавшую ему надоедать крикливую даму.
— Чё доебалась до пацана? - громко встрял он. - Ну пошутил и пошутил, хули такого? Чё ты ебало разинула, орёшь тут как хуёвая корова!
Женщина на секунду потеряла дар речи, но годы войны с соседями вернули её в игру.
— А ты тоже захотел, козел? Щас сын с ментами приедет, тоже будешь отвечать за базар! - взвизгнула она. - Всех вас на СВО надо отправить, чтобы знали!
— Ага, щас, хули! Жди, Пизда Петровна! Уже побежал! Мандавоха, блять!

Водитель уже нервничал.

— Да ёбанаврот! - прорычал он, выжимая сцепление и выключая передачу. Автобус остановился на обочине, водитель встал и, повернувшись, выглянул в салон.

— Чё за хуйня? - гаркнул он.
— Вон она, доебалась до парня ни за хуй! - кивнул мужик.
— Если ты сейчас этих двоих не высадишь, тоже с ними поедешь, напишу на всех за дискредитацию президента, в интернете до всех дойду! - женщина была не лишена некоторой провинциальной театральности и к концу предложения ловко перешла с крика на слезу.
Водитель прикинул, сдулся и строго кивнул парню и мужчине на дверь.
— Да ты охуел что-ли? - не поверил мужик. - Перед мандавохой этой на цыпки встал!
— Правда что, дяденька! - наконец пришёл в себя от затеянной им ситуации парень. - Там вон снег идёт, ты ёбнулся что-ли?
— Ой как красиво, ой красавец! Ну на фронте тебя воспитают, пидара... - всхлипывала женщина, набирая номер. - Алло, сынок, это я, твоя мама! Приедь, тут меня оскорбляют и нахуй посылают и ментов привози!
— Мандавоха блять! - ругнулся напоследок мужчина, достал из кармана шапку, надел и встал у двери. - Открывай, гандон!
— Ты не выёбывайся сильно-то.. - примирительно сказал водитель и дёрнул рычаг.
Мужчина шагнул в холод, парень в последний момент выскочил за ним. Автобус тронулся, двое остались на трассе, повернувшись спиной к летевшему снегу.

— Во бля, угораздило! - весело глянул на товарища по несчастью парень, он как безотцовщина был ему очень благодарен за заступничество.
— А! - махнул рукой мужчина. - Пошли они нахуй! Чё, думаешь, что у неё зубы в натуре золотые? Хуй там, Гоха Данченко такие же из "волговской" втулки себе вставил. Выёбывается больше, а вылез я подальше от греха. Так ёбнешь ей по репе и убьёшь случайно.
Он внимательно посмотрел на парня.
— Ну чо делать, пошли. - он поднял воротник, поворачиваясь в сторону автобуса, уже едва различимого впереди. - До деревни хуйня, километра три, щас дойдём, ко мне зайдём, выпьем, закусим, а тебя семичасовым отправим. Тебя как звать-то?
— Миха! - обрадовался парень, он ждал что мужик станет обвинять его, но сейчас уже начал мечтать, мол, был бы у него такой отец.
— А меня Андрюха. Ну пойдем, а то уже муде мёрзнут.

Они прошагали метров десять, как вдруг Андрюха замер, глядя вперёд. Миша увидел это и повернулся туда же. Впереди сплошной стеной до неба двигалась им навстречу ярко-изумрудная волна. Попутчики изумлённо смотрели, как их бывший автобус резко затормозил вдалеке и, развернувшись, медленно разгонялся от неё, возвращаясь к ним. Но скорость не позволила и как только волна настигла, автобус взорвался, жёлтым клубком оторвав и унеся вверх крышу, которую, как и остальное, тут же поглотил красивый свет.

— Въебали отсюда! - Андрей схватил Мишку за рукав и они кинулись прочь с дороги в поле. Андрей на бегу прикинул, что бесполезно, это шло стеной повсюду слишком быстро и единственное, что он придумал, было упасть в ближайший зацементированный ров бывшей колхозной поливочной системы. Так и поступил, опрокинув с собой и несущегося рядом Мишу. Внизу, в полутора метровой канаве ветра уже не было, они упали на днище и уткнулись лицами вниз, Андрей закрыл голову воротником, Миша сделал то же капюшоном.

— Пиздец, дядя Андрей! - закрывший глаза курткой Миша всё равно увидел сквозь веки зелёный всполох.

Прошла минута, затем другая. Ничего не происходило, кроме того, что воздух будто стал теплее. Полежав ещё немного и отдышавшись после бега по снегу в бушлате, Андрей приподнял голову и осмотрелся вперёд по канаве. Сняв рукавицы и опёршись о днище, чтобы встать, он отдёрнул руки - бетон был практически раскалён. Мишка сел, тоже пробуя ладошками низ, он удивлённо посмотрел на ничего не понимающего старшего товарища, тот встал и выпрямился.

— Ёбанаврот! - воскликнул он, осмотревшись. - Куда мы попали?

65 Кб, 500x366
Шустрый Граф Калеостро 22 14 окт 2024, 08:27 22 430775

SUNSET BLVD.

"Пазик" нещадно выл коробкой и грохотал салоном, пробираясь от села к селу по ухабистому, замерзшему асфальту, неотличимому по цвету от серого, местного, забайкальского неба. В салоне было нелюдно: спиной к водительской перегородке сидела маленькая старушка в очках, имевших линзы толщиной с донышко бутылки "Советского" шампанского, напротив, лицом к ней, ехали двое - одетый в тёплый костюм "элку" мелкий парень, на вид почти ребенок лет пятнадцати, он мучил телефон и эмоции от игры то и дело непроизвольно вспыхивали на его детском лице, сбоку от него разместилась у окна полная женщина лет пятидесяти с фиолетовой "химией" на голове, она была завёрнута в китайскую шубу из поддельного зверя. Рядом с ними, через проход, сидел на переднем сиденье возле двери мужчина лет сорока пяти, в сине-чёрном бушлате с надписью "Забспецстрой", из кармана которого торчала серая шапка - "пидарка", когда-то бывшие синими джинсы на нём были заправлены в кирзачи. Стодвадцатикилограммовый водитель с кабаньим лицом безучастно смотрел перед собой, машинально отбивая пальцами такт под едва различимую песню Кая Метова "Position 2". Больше людей в салоне не было. Полетевший вихрь за окном окончательно запутал бы человека, не имевшего часов, десять утра и пять вечера вообще не отличались друг от друга, одна бесконечная холодная серость, сменявшаяся иногда бесконечной, холодной тьмой.

Женщина уже несколько минут украдкой поглядывала то на телефон увлёкшегося своим гаджетом соседа, то на него самого, её дородное лицо выражало помесь недоверия и удивления.

— Их же наверное обгонять надо, а вы об первую же разбиваетесь уже десять минут! - наконец не выдержала она, кивнув на экран.
Старушка дёрнулась от дремоты, мужчина тоже повернулся на голос, парень озадаченно глянул на женщину, потом на свой телефон.
— А я их давлю! - нашёлся он, оглядев соседей с детским огоньком в глазах. Женщина оскалилась в улыбке, показав ряд золотых зубов. Мужчина равнодушно отвернулся в окно с пролетающим за ним жёлтым полем, накрытым пургой, старушка напротив, наоборот, оживилась. Она осмотрела парня с ног до головы, то ли от уважения к его камуфляжному наряду, то ли от старческого тика потрясывая головой.
— А ты, сынок, чего, на фронт поехал? Гадов этих фашистов убивать? - участливо поинтересовалась она. Парень спрятал в карман телефон и, прищурившись, оценил её очки.
— Неа, бабушка, мне нельзя туда! - он скосил глаза и наклонился вплотную к ее лицу. - Видишь, дуло у меня четверит жёстко!
Старушка пригляделась, тот закосил ещё сильнее. Мужчина с интересом обернулся на них.
— Ой ты бедненькай! - заохала бабка, - Ну ничево, дома маме помогай!
— Ага, обязательно.. - парень откинулся на место. Женщина только сейчас поняла.
— Ты погляди какое говно! - громко процедила она. - Ещё и издевается! И над пожилой женщиной, и над нашими ребятами тама! - она распалялась всё больше. - Они тама гибнут, чтобы ты тут спокойно спал, тварь! Я щас ментов вызову, пусть тебя выйбут!
Она угрожающе полезла в карман.
— Успокойтесь, бабушка, я же пошутил просто.. - испугался парень.
— Какая я тебе бабушка, блять! - взвилась она, переходя на визг. - Щас ещё сыну позвоню, он тебя, пидара, научит Родину любить!
Водитель наконец отвлёкся от своих эротических мыслей по поводу Клавы Коки и обратил внимание в зеркало.
— Чё за пиздец там? Успокойтесь все нахуй! - рявкнул он.
Старушка крутила головой от одного кричащего к другому, не понимая, что происходит. Мужчина сбоку недобро смотрел на начавшую ему надоедать крикливую даму.
— Чё доебалась до пацана? - громко встрял он. - Ну пошутил и пошутил, хули такого? Чё ты ебало разинула, орёшь тут как хуёвая корова!
Женщина на секунду потеряла дар речи, но годы войны с соседями вернули её в игру.
— А ты тоже захотел, козел? Щас сын с ментами приедет, тоже будешь отвечать за базар! - взвизгнула она. - Всех вас на СВО надо отправить, чтобы знали!
— Ага, щас, хули! Жди, Пизда Петровна! Уже побежал! Мандавоха, блять!

Водитель уже нервничал.

— Да ёбанаврот! - прорычал он, выжимая сцепление и выключая передачу. Автобус остановился на обочине, водитель встал и, повернувшись, выглянул в салон.

— Чё за хуйня? - гаркнул он.
— Вон она, доебалась до парня ни за хуй! - кивнул мужик.
— Если ты сейчас этих двоих не высадишь, тоже с ними поедешь, напишу на всех за дискредитацию президента, в интернете до всех дойду! - женщина была не лишена некоторой провинциальной театральности и к концу предложения ловко перешла с крика на слезу.
Водитель прикинул, сдулся и строго кивнул парню и мужчине на дверь.
— Да ты охуел что-ли? - не поверил мужик. - Перед мандавохой этой на цыпки встал!
— Правда что, дяденька! - наконец пришёл в себя от затеянной им ситуации парень. - Там вон снег идёт, ты ёбнулся что-ли?
— Ой как красиво, ой красавец! Ну на фронте тебя воспитают, пидара... - всхлипывала женщина, набирая номер. - Алло, сынок, это я, твоя мама! Приедь, тут меня оскорбляют и нахуй посылают и ментов привози!
— Мандавоха блять! - ругнулся напоследок мужчина, достал из кармана шапку, надел и встал у двери. - Открывай, гандон!
— Ты не выёбывайся сильно-то.. - примирительно сказал водитель и дёрнул рычаг.
Мужчина шагнул в холод, парень в последний момент выскочил за ним. Автобус тронулся, двое остались на трассе, повернувшись спиной к летевшему снегу.

— Во бля, угораздило! - весело глянул на товарища по несчастью парень, он как безотцовщина был ему очень благодарен за заступничество.
— А! - махнул рукой мужчина. - Пошли они нахуй! Чё, думаешь, что у неё зубы в натуре золотые? Хуй там, Гоха Данченко такие же из "волговской" втулки себе вставил. Выёбывается больше, а вылез я подальше от греха. Так ёбнешь ей по репе и убьёшь случайно.
Он внимательно посмотрел на парня.
— Ну чо делать, пошли. - он поднял воротник, поворачиваясь в сторону автобуса, уже едва различимого впереди. - До деревни хуйня, километра три, щас дойдём, ко мне зайдём, выпьем, закусим, а тебя семичасовым отправим. Тебя как звать-то?
— Миха! - обрадовался парень, он ждал что мужик станет обвинять его, но сейчас уже начал мечтать, мол, был бы у него такой отец.
— А меня Андрюха. Ну пойдем, а то уже муде мёрзнут.

Они прошагали метров десять, как вдруг Андрюха замер, глядя вперёд. Миша увидел это и повернулся туда же. Впереди сплошной стеной до неба двигалась им навстречу ярко-изумрудная волна. Попутчики изумлённо смотрели, как их бывший автобус резко затормозил вдалеке и, развернувшись, медленно разгонялся от неё, возвращаясь к ним. Но скорость не позволила и как только волна настигла, автобус взорвался, жёлтым клубком оторвав и унеся вверх крышу, которую, как и остальное, тут же поглотил красивый свет.

— Въебали отсюда! - Андрей схватил Мишку за рукав и они кинулись прочь с дороги в поле. Андрей на бегу прикинул, что бесполезно, это шло стеной повсюду слишком быстро и единственное, что он придумал, было упасть в ближайший зацементированный ров бывшей колхозной поливочной системы. Так и поступил, опрокинув с собой и несущегося рядом Мишу. Внизу, в полутора метровой канаве ветра уже не было, они упали на днище и уткнулись лицами вниз, Андрей закрыл голову воротником, Миша сделал то же капюшоном.

— Пиздец, дядя Андрей! - закрывший глаза курткой Миша всё равно увидел сквозь веки зелёный всполох.

Прошла минута, затем другая. Ничего не происходило, кроме того, что воздух будто стал теплее. Полежав ещё немного и отдышавшись после бега по снегу в бушлате, Андрей приподнял голову и осмотрелся вперёд по канаве. Сняв рукавицы и опёршись о днище, чтобы встать, он отдёрнул руки - бетон был практически раскалён. Мишка сел, тоже пробуя ладошками низ, он удивлённо посмотрел на ничего не понимающего старшего товарища, тот встал и выпрямился.

— Ёбанаврот! - воскликнул он, осмотревшись. - Куда мы попали?

Показать весь текст
Ответы30908

253 Кб, 1920x1080
Опытная Аянами Рей 23 14 окт 2024, 23:29 23 430874

>>427552
Будь вечным лето, всё бы погорело.Будь вечной осень, всё бы отсырело.Зимою вечной всё б оледенело.Вот вечная весна – другое дело.В. БерестовПрошлый https://ch.hk/izd/res/.html

Свирепый Ерш Ершович 24 15 окт 2024, 13:46 24 430908

>>430775
Они оказались на дне большого, безводного канала, солнце уже нагрело бетон и Андрей почувствовал, что вспотел. Он снял бушлат, оставшись в клетчатой, красно-чёрной рубахе, положил в его карман шапку и закинул на плечо, держа за петлицу двумя пальцами.
— Дядя Андрей, глядите, там пальмы! - показал рукой вверх поражённый Миша, тут же скинувший свою куртку по примеру товарища.
Андрей посмотрел, действительно, пальмы росли рядами по обеим краям наверху. Он также увидел метрах в ста от них сплошная цементная стена разрезалась лестницей.
— Пошли, надо выбираться отсюда.
Он двинулся вперёд, Миша посеменил за ним.
— А это как вы думаете, мы померли и на тот свет попали?
Парень спросил негромко, оглядываясь по сторонам, словно боясь, что его услышат.
— Да хуй его знает.. - неуверенно ответил Андрей, это и была его первая мысль, сразу вспомнился фильм с Андреем Краско, где тот бродил по пустоши, пока в коме лежал.
Кирзовые сапоги громко чеканили шаг, их звук эхом бился об этот огромный, рукотворный желоб. Через минуту они быстрым шагом молча подошли к лестнице, почти бегом поднялись по ступеням и вышли к сетчатому забору, сразу за которым и росли эти диковинные для них деревья. Тут же в заборе была трубчатая дверь, закрытая ненадёжно на стальной штырь, Андрей вынул его, они вышли наружу и увидели, что оказались на холме, под которым раскинулся огромный город. И если первые улицы и дома были видны очень хорошо, вот они внизу, надо только спуститься к ним, то стоящий вдалеке остров из небоскрёбов казался обманчивым миражом из-за жаркой, прозрачной дымки, висящей в воздухе.

— Нихуя себе, сказал я себе! - первым отреагировал на увиденное Миша. - Где мы, дядя Андрей? Чё делать-то, я боюся!
— Не ссы, - отозвался тот, стараясь для бодрого голоса. - Главное, что мы не померли. Вон машины ездят по улицам!
Мишу успокоил такой довод. Он вспомнил и вытащил из кармана свой старенький смартфон.
— А я свой не взял, думаю, хули, съезжу, отмечусь на бирже и назад, час делов, да и теряю их. —подошёл вплотную Андрей и помог ладошками дать тень на экран. — Ну чё там? Есть связь?
— Нету. - пригляделся Миша. - Так а как нас сюда закинуло?
— Ты хули меня то спрашиваешь? Может учёные нахимичили, может аномалия какая, хуй его знает. Щас главное осмотреться, понять где мы. Пойдем вниз, в город, поинтересуемся у прохожих.
Андрей двинулся вниз с холма, Миша не отставал. Спуск был крутой и скоро они перешли на осторожные прыжки. Спустившись они оказались на обочине четырехполосной трассы, которая тут же бросала от себя ветку вдвое тоньше в широкую улицу. Посовещавшись, Андрей все же решил не идти вдоль шоссе, как предложил Миша, а свернуть к жилью. Надписи на дорожных знаках они сообща определили как англоязычные, школьных знаний Мише даже хватило, чтобы прочитать ближайший. "ЦОМПТОН навроде, или типа того", серьёзно прищурившись сообщил он другу.

Хоть автодвижение и было нечастым, они на всякий случай перебежали асфальт и сходу нырнули на тротуар, убегавший вперёд между деревьев. Перешли на шаг, вращая головами по сторонам, смотря на стоящие по бокам от них дома. Андрей хоть и чувствовал в основном адреналин от этого неизвестного места, путавший мысли, но всё равно хозяйским, деревенским взглядом автоматически отметил, что это были хорошие, большие дома, но запущенные, а местами и разрисованные граффити, повсюду рядом с ними валялся мусор, сломанные детские велосипеды и коляски, иногда стоящие под окнами автомобили были старыми, битыми и разноцветными.
Они миновали уже с десяток казавшихся пустыми домов, когда услышали окрик из медленно проезжающей рядом машины.
— Ёу, вэаюгоин мазафака!
Андрей и Миша остановились, глядя в окна заехавшей к ним на тротуар длинной автостарины. Внутри сидели трое чернокожих мужчин, недобро разглядывавших чужаков.
— Каво? - подался головой вперёд Андрей. Он вспомнил давно забытое в юности чувство, когда они пацанами ездили вечерами из деревни в райцентр за бензином и никогда наперёд не знали, будут ли их ловить местные, а если поймают, будут ли бить.
Все трое начали вылезать.
— Ребята, мы не понимаем нихуя! - Андрей примирительно поднял руки. Троица обступила их, они были одеты пёстро и кто во что горазд, но у всех троих были похожие красные нашивки.
Андрей не сразу понял, что к его лбу один из них уже приставил пистолет.
— Ватаюдуинхи, факинсноуболс? - угрожающе интересовался толстяк, он и держал ствол.
— Гимитысщит! - вырвал из руки Андрея его бушлат второй, двухметровый, накачанный детина. Он ловко обыскал карманы и не найдя ничего, кроме спичек, скорчил страшную рожу.
— Ну нет там нихуя, ребята! - Андрей боялся повернуть голову и переводил взгляд с дула у лба вбок, на шмонающего.
Тот непонимающе уставился на надпись на спине бушлата.
— "Забспецстрой"! - громко пояснил Андрей, нервно улыбаясь. - Ветеранам войны у нас в деревне бригада из Читы строила дом, ну загуляли они и неделю прохуярили, ну я зашёл хули, а они помирают с похмелья, давайте, говорю, тулуп, а я вам три фунфырика, они "давай, хули", я свой старый прямо там и бросил, в этом ушёл.
Бандит переводил безумные глаза с бушлата на Андрея и обратно.
— Гивмиюманибич! - истерично завизжал он, толстый взвёл курок.
— Ватафак? - третий налётчик, невысокий и худой, как Миша, стоявший как раз рядом с ним, вырвал из его руки телефон, Миша и забыл, что так и нёс его всю дорогу с холма. Мимо проехала машина, сидевший за рулём черный, пожилой мужчина равнодушно окинул взглядом толпу.
— Да он старый уже.. На нем четыре джи даже нету. Сестра новый купила, а этот она мне отдала восемь лет назад. - быстро выпалил побелевший Миша, он едва мог говорить. Грабитель непонимающе уставился на гаджет, покрутил в руке и с размаха разбил об цемент.
— Ялфакюаснау! Ялсакмадик, мазафака! - отшвырнув бушлат на проезжую часть завопил качок.
— Стойте, мужики! - Андрей полез во внутренний карман рубашки, толстый с пистолетом дёрнулся. — Не - не, - успокоил его Андрей и достал всё, что там было. Качок жадно схватил это добро и стал перебирать. Выбросил под ноги два свёрнутых листа бумаги, быстро открыл паспорт, достал из-под обложки две купюры по тысяче рублей, тупо рассмотрел их, затем внимательней посмотрел назад в паспорт.
— Вэаюфромбич? - гаркнул он.
— Я не понимаю нихуя, ребята! Извините пожалуйста! - изобразив нереальную печаль проныл Андрей, но тут же как будто просиял. — Сори!
Качок переглянулся с толстым.
— Сори, сори, сори...Блять... Мишка, хуярь, что знаешь по английски! - схватился за момент Андрей.
Миша вздрогнул и будто вырвался из ступора.
— Так, так.. - зачастил он. — Май нейм из Миша, фром Раша!
— В натуре блять! Фром Раша! А это мы в Америке, правильно, ребята? - вежливо спросил Андрей, когда толстый убрал от его головы пистолет.
Бандиты оставили вопрос без ответа и уже втроём начали обыскивать прибывших, карманы трещали, но кажется выдержали. На землю вслед за рублями и паспортом полетели носовой платок, сигареты "Максим", бутылочка красного масла для пилы "Штиль", пакетик семечек "Джинн".
— Да нихуя ценного у нас нет! - печально улыбнулся Андрей.
— Щятафакап! - крикнул ему в лицо вместе со слюнями качок.
Профессионально окончив работу, грабители не спеша сели в свой авто и покатили не спеша по краю дороги. Подождав с поднятыми руками секунд двадцать, Андрей кинулся собирать вещи. Миша присоединился.
— Давай скорее! Надо съёбывать куда-то!
Вскоре ограбленные двигались дальше по тротуару в стиле спортивных ходоков, почти бегом. Солнце клонилось к закату, залив улицу алым светом.
— Так.. - Андрей резко остановился, когда они вывалились на край перекрестка, на котором машины уже начинали зажигать фары. — Надо эти тулупы куда то скинуть, нахуй они нужны, таскать их, когда тут пальмы растут!
— Правда что!
— Вон мусорные баки, пойдём.
Товарищи быстро перешли по пешеходной дорожке на другую сторону улицы и подошли к бакам. Андрей открыл крышку и закинул свой бушлат, Миша сделал то же самое. Вдруг из под выброшенной одежды послышался рёв, они отпрыгнули и оттуда поднялся чернокожий, пьяный старик и встал во весь рост в баке.
— Факинсноуболс! - зарычал он и начал перелазить. - Айфакюас!
Андрей с Мишей кинулись бежать вдоль домов, старик за ними. Хоть на его стороне и был четырехсотлетний искусственный отбор по части физкультуры, все же через сотню метров он отстал.

Свирепый Ерш Ершович 24 15 окт 2024, 13:46 24 430908

>>430775
Они оказались на дне большого, безводного канала, солнце уже нагрело бетон и Андрей почувствовал, что вспотел. Он снял бушлат, оставшись в клетчатой, красно-чёрной рубахе, положил в его карман шапку и закинул на плечо, держа за петлицу двумя пальцами.
— Дядя Андрей, глядите, там пальмы! - показал рукой вверх поражённый Миша, тут же скинувший свою куртку по примеру товарища.
Андрей посмотрел, действительно, пальмы росли рядами по обеим краям наверху. Он также увидел метрах в ста от них сплошная цементная стена разрезалась лестницей.
— Пошли, надо выбираться отсюда.
Он двинулся вперёд, Миша посеменил за ним.
— А это как вы думаете, мы померли и на тот свет попали?
Парень спросил негромко, оглядываясь по сторонам, словно боясь, что его услышат.
— Да хуй его знает.. - неуверенно ответил Андрей, это и была его первая мысль, сразу вспомнился фильм с Андреем Краско, где тот бродил по пустоши, пока в коме лежал.
Кирзовые сапоги громко чеканили шаг, их звук эхом бился об этот огромный, рукотворный желоб. Через минуту они быстрым шагом молча подошли к лестнице, почти бегом поднялись по ступеням и вышли к сетчатому забору, сразу за которым и росли эти диковинные для них деревья. Тут же в заборе была трубчатая дверь, закрытая ненадёжно на стальной штырь, Андрей вынул его, они вышли наружу и увидели, что оказались на холме, под которым раскинулся огромный город. И если первые улицы и дома были видны очень хорошо, вот они внизу, надо только спуститься к ним, то стоящий вдалеке остров из небоскрёбов казался обманчивым миражом из-за жаркой, прозрачной дымки, висящей в воздухе.

— Нихуя себе, сказал я себе! - первым отреагировал на увиденное Миша. - Где мы, дядя Андрей? Чё делать-то, я боюся!
— Не ссы, - отозвался тот, стараясь для бодрого голоса. - Главное, что мы не померли. Вон машины ездят по улицам!
Мишу успокоил такой довод. Он вспомнил и вытащил из кармана свой старенький смартфон.
— А я свой не взял, думаю, хули, съезжу, отмечусь на бирже и назад, час делов, да и теряю их. —подошёл вплотную Андрей и помог ладошками дать тень на экран. — Ну чё там? Есть связь?
— Нету. - пригляделся Миша. - Так а как нас сюда закинуло?
— Ты хули меня то спрашиваешь? Может учёные нахимичили, может аномалия какая, хуй его знает. Щас главное осмотреться, понять где мы. Пойдем вниз, в город, поинтересуемся у прохожих.
Андрей двинулся вниз с холма, Миша не отставал. Спуск был крутой и скоро они перешли на осторожные прыжки. Спустившись они оказались на обочине четырехполосной трассы, которая тут же бросала от себя ветку вдвое тоньше в широкую улицу. Посовещавшись, Андрей все же решил не идти вдоль шоссе, как предложил Миша, а свернуть к жилью. Надписи на дорожных знаках они сообща определили как англоязычные, школьных знаний Мише даже хватило, чтобы прочитать ближайший. "ЦОМПТОН навроде, или типа того", серьёзно прищурившись сообщил он другу.

Хоть автодвижение и было нечастым, они на всякий случай перебежали асфальт и сходу нырнули на тротуар, убегавший вперёд между деревьев. Перешли на шаг, вращая головами по сторонам, смотря на стоящие по бокам от них дома. Андрей хоть и чувствовал в основном адреналин от этого неизвестного места, путавший мысли, но всё равно хозяйским, деревенским взглядом автоматически отметил, что это были хорошие, большие дома, но запущенные, а местами и разрисованные граффити, повсюду рядом с ними валялся мусор, сломанные детские велосипеды и коляски, иногда стоящие под окнами автомобили были старыми, битыми и разноцветными.
Они миновали уже с десяток казавшихся пустыми домов, когда услышали окрик из медленно проезжающей рядом машины.
— Ёу, вэаюгоин мазафака!
Андрей и Миша остановились, глядя в окна заехавшей к ним на тротуар длинной автостарины. Внутри сидели трое чернокожих мужчин, недобро разглядывавших чужаков.
— Каво? - подался головой вперёд Андрей. Он вспомнил давно забытое в юности чувство, когда они пацанами ездили вечерами из деревни в райцентр за бензином и никогда наперёд не знали, будут ли их ловить местные, а если поймают, будут ли бить.
Все трое начали вылезать.
— Ребята, мы не понимаем нихуя! - Андрей примирительно поднял руки. Троица обступила их, они были одеты пёстро и кто во что горазд, но у всех троих были похожие красные нашивки.
Андрей не сразу понял, что к его лбу один из них уже приставил пистолет.
— Ватаюдуинхи, факинсноуболс? - угрожающе интересовался толстяк, он и держал ствол.
— Гимитысщит! - вырвал из руки Андрея его бушлат второй, двухметровый, накачанный детина. Он ловко обыскал карманы и не найдя ничего, кроме спичек, скорчил страшную рожу.
— Ну нет там нихуя, ребята! - Андрей боялся повернуть голову и переводил взгляд с дула у лба вбок, на шмонающего.
Тот непонимающе уставился на надпись на спине бушлата.
— "Забспецстрой"! - громко пояснил Андрей, нервно улыбаясь. - Ветеранам войны у нас в деревне бригада из Читы строила дом, ну загуляли они и неделю прохуярили, ну я зашёл хули, а они помирают с похмелья, давайте, говорю, тулуп, а я вам три фунфырика, они "давай, хули", я свой старый прямо там и бросил, в этом ушёл.
Бандит переводил безумные глаза с бушлата на Андрея и обратно.
— Гивмиюманибич! - истерично завизжал он, толстый взвёл курок.
— Ватафак? - третий налётчик, невысокий и худой, как Миша, стоявший как раз рядом с ним, вырвал из его руки телефон, Миша и забыл, что так и нёс его всю дорогу с холма. Мимо проехала машина, сидевший за рулём черный, пожилой мужчина равнодушно окинул взглядом толпу.
— Да он старый уже.. На нем четыре джи даже нету. Сестра новый купила, а этот она мне отдала восемь лет назад. - быстро выпалил побелевший Миша, он едва мог говорить. Грабитель непонимающе уставился на гаджет, покрутил в руке и с размаха разбил об цемент.
— Ялфакюаснау! Ялсакмадик, мазафака! - отшвырнув бушлат на проезжую часть завопил качок.
— Стойте, мужики! - Андрей полез во внутренний карман рубашки, толстый с пистолетом дёрнулся. — Не - не, - успокоил его Андрей и достал всё, что там было. Качок жадно схватил это добро и стал перебирать. Выбросил под ноги два свёрнутых листа бумаги, быстро открыл паспорт, достал из-под обложки две купюры по тысяче рублей, тупо рассмотрел их, затем внимательней посмотрел назад в паспорт.
— Вэаюфромбич? - гаркнул он.
— Я не понимаю нихуя, ребята! Извините пожалуйста! - изобразив нереальную печаль проныл Андрей, но тут же как будто просиял. — Сори!
Качок переглянулся с толстым.
— Сори, сори, сори...Блять... Мишка, хуярь, что знаешь по английски! - схватился за момент Андрей.
Миша вздрогнул и будто вырвался из ступора.
— Так, так.. - зачастил он. — Май нейм из Миша, фром Раша!
— В натуре блять! Фром Раша! А это мы в Америке, правильно, ребята? - вежливо спросил Андрей, когда толстый убрал от его головы пистолет.
Бандиты оставили вопрос без ответа и уже втроём начали обыскивать прибывших, карманы трещали, но кажется выдержали. На землю вслед за рублями и паспортом полетели носовой платок, сигареты "Максим", бутылочка красного масла для пилы "Штиль", пакетик семечек "Джинн".
— Да нихуя ценного у нас нет! - печально улыбнулся Андрей.
— Щятафакап! - крикнул ему в лицо вместе со слюнями качок.
Профессионально окончив работу, грабители не спеша сели в свой авто и покатили не спеша по краю дороги. Подождав с поднятыми руками секунд двадцать, Андрей кинулся собирать вещи. Миша присоединился.
— Давай скорее! Надо съёбывать куда-то!
Вскоре ограбленные двигались дальше по тротуару в стиле спортивных ходоков, почти бегом. Солнце клонилось к закату, залив улицу алым светом.
— Так.. - Андрей резко остановился, когда они вывалились на край перекрестка, на котором машины уже начинали зажигать фары. — Надо эти тулупы куда то скинуть, нахуй они нужны, таскать их, когда тут пальмы растут!
— Правда что!
— Вон мусорные баки, пойдём.
Товарищи быстро перешли по пешеходной дорожке на другую сторону улицы и подошли к бакам. Андрей открыл крышку и закинул свой бушлат, Миша сделал то же самое. Вдруг из под выброшенной одежды послышался рёв, они отпрыгнули и оттуда поднялся чернокожий, пьяный старик и встал во весь рост в баке.
— Факинсноуболс! - зарычал он и начал перелазить. - Айфакюас!
Андрей с Мишей кинулись бежать вдоль домов, старик за ними. Хоть на его стороне и был четырехсотлетний искусственный отбор по части физкультуры, все же через сотню метров он отстал.

Показать весь текст
Ответы31021

Одаренный Евгений Онегин 25 16 окт 2024, 10:56 25 431021

>>430908
Быстро оглянувшись назад, Миша увидел, что старик уже ложился спать прямо на тротуаре и остановился перевести дыхание.
— Дядя Андрей, стой! - крикнул он грохочущим впереди кирзачам. Те смолкли.
— Чё, сдулся, черножопый ёбаный? - осведомился Андрей, подходя и тяжело дыша. — Фууу бляяя... Заебался бегать сегодня! То от волны, то от черножопых!

Начались тёплые сумерки. Попаданцы осмотрелись вокруг, Андрей увидел напротив через дорогу дом, дверь которого была открыта настежь и внутри не горел свет. Решив осторожно проверить его на предмет жильцов, они рысью поскакали через асфальт, перед этим спрятавшись за деревом от фар проезжающей мимо машины с громким рэпом. Аккуратно обойдя вокруг и заглянув в окна, они убедились, что дом был нежилым, затем зашли внутрь, закрыв за собой дверь.

Жилище с порога встретило людей запахом заброшенности и тряпок. Андрей нащупал спички и зажёг, сложив ладони в импровизированный отражатель. Огонь выхватил просторную прихожую, слева был проход в гостиную, справа на кухню. Оглядевшись по сторонам, Андрей наудачу щёлкнул найденным на стене выключателем, безрезультатно. Он пошёл направо, сжигая спички. На кухне оказался большой буфет, на полу валялся холодильник, Миша выругался, он шёл позади и наскочил на него.
— Аккуратней, не убейся нахуй, - посоветовал Андрей, он уже шарил по полкам буфета. В одной из столешниц он нашёл пластмассовую вилку и запечатанную консервную банку, на вид минимум поллитровую.
— Ну-ка глянь, чё написано на ней? - посветил он на этикетку.
— "Беанс", или навроде того. - Миша вопросительно посмотрел на Андрея. — Вы её сожрать хотите что-ли?
— А хули нет? Я проголодался чё-то.. — он потянул крышку за кольцо и понюхал содержимое. — Нормально пахнет!
Он тщательно вытер вилку о штаны и попробовал.
— Это фасоль или бобы, типа этого хуйня. — прожевал он и сел на холодильник, поставив рядом банку. — Давай жуй тоже.
Миша сел рядом и взял протянутую вилку. После пробы вилка уже уверенно ходила между едоками.
— Значит мы в Америку попали. Хуй знает какой город. - Андрей, жуя, начал подведение первых итогов. - Но что Америка это наверняка, мы когда с бугра спускались, я на трассе в машинах видел белых людей тоже, значит не Африка, а это видно просто такой хуёвый район, черножопые орудуют. Щас ночь переждём здесь, завтра как-нибудь отсюда прорываться будем, щас не пойдем, застрелят нахуй.
— Угу. - кивнув, согласился набитым ртом Миша.
— Ну доедай, а то хуй его знает, когда ещё придется. - Андрей уже с удовольствием закуривал и внезапно усмехнулся. - Во попали, блять! Как в Киндзадзе!
На улице проревел автомобиль.
— Спортивка пошла!
— Какая нахуй спортивка, глушитель оторвало. Ты видел, какие тут корытья ездят? У этих троих обезьян ибаных тоже, а они видно в авторитете тут. Ни одной дутой не видел, все старинные, квадратные.
Андрей подошёл к окну. Дом был крайним угловым, поэтому он увидел незнакомую ещё улицу, напротив располагалось большое здание, вокруг которого было оживлённо, стоящие небольшими группками люди то смеялись, то вскрикивали.
— Чё это написано вон там? - Миша подошёл и посмотрел, куда показал Андрей.
— "Синема театрэ".
— Понятно, клуб значит, кино показывают. А вон, ниже, на щите?
— А там, значит, сверху "Предатор", потом ниже "Лост Боус" и "Робокоп". О, "Робокоп" это фильм такой, про полицейского, из него робота сделали!
— Знаю, видел. - Андрей отошёл от окна. - Главное, чтоб эти черножопые сюда не пришли, наркоманить. Вон там, в углу, дохуя шприцов валяется.

Они вышли из кухни, снова с помощью спичек, которых оставалось всё меньше. Обследовали дом, в нём, помимо кухни и гостиной, оказалось ещё две спальни с кроватями, в одной из них даже валялся на полу матрац. Постояльцы закинули его на место, Андрей присел на край и снял сапоги, воздух тут же приобрёл характер запах.
— Фу блять! - негромко засмеялся Миша.
— Хули ты хотел? - улыбнулся Андрей, бросая в угол шерстяные носки. - Ты свои боты сними сначала!
— Правда что, а то ноги пиздец гудят. Фу, и правда!
— Говорю же. Так нихуя себе, тут наверное градусов более тридцати было, когда мы сюда э.. прибыли.. Как пигмеи тут ходим бля! У меня двое штанов ещё.

Скинув верхнюю, тёплую одежду, они спокойно легли на кровать, было не до стеснения, головы обоих были заняты попыткой осмысления сегодняшних невероятных событий.

— А вы как думаете, там у нас дома пиздец?
— Да хуй его знает, но автобус то взорвался.
— Ага! А мы, люди, попали вот сюда!
— И эта мандавоха там сгорела, поделом ей. Не будет выёбываться. - Андрей помолчал. - Хотя, если подумать, то она нас с тобой спасла.
— Ага!
— А эта зелёная хуйня если сюда двигается, то американцы давно знают и уже думают, чё делать. У всех телефоны, хули, через минуту весь шарик всё увидит.
— А он мой разбил, пидарас! - после паузы сожалел Миша. - Я его берёг всегда, это Лидка подарила, я его восемь лет от матери прятал, чтобы не пропила. Я же к Лидке и поехал в город сегодня, мать сидячего домой привела, он меня и выгнал. Говорит "иди нахуй отсюда или петухом сделаю".
Андрей промолчал.
— А вы домой ехали, дядя Андрей?
— Ну, с биржи ехал, отмечался.
С улицы донёсся близкий смех, но скоро стал удаляться к облегчению прислушавшихся.
— И время не посмотришь, без телефона то.. - продолжал сожалеть Миша.
— Так у меня часы есть! - вспомнил Андрей про свои наручные. - И как черножопый не догадался рукава мне задрать? Так, без десяти одиннадцать, только хули толку? Всё равно неточно, они наше время кажут. Мы ехали в пятом часу, когда всё началось, получается уже шесть часов тут шароёбимся. Завтра подвести не забыть.
— Я там ещё автобус тоже видел, когда от этого помойного негра бежали. - вспомнил Миша.
— О, завтра покажешь. Тут бля только доллары наверное надо, но ничё, допиздимся как-нибудь, лишь бы выехать отсюда.
Несмотря на всё, усталость давала о себе знать обоим, первым отключился Миша, последней мыслью которого была радость, что он оказался здесь не один. Андрей успел подумать о матери, которая наверняка уже молится, чтобы он не замёрз насмерть пьяным где-то.

Когда он открыл глаза, было уже светло. Очень хотелось пить после вчерашней консервы. Андрей зевнул в голос и потрёс свернувшегося в калач Мишу, тот вскочил за доли секунды.
— Ты не пугайся, - снова зевая и одновременно улыбаясь сказал Андрей, одевая сапоги на вторые, тонкие носки.
Обувшись, они обошли уже светлый дом, нашли туалет и воспользовались. Проходя к двери увидели, что в гостиной на огромном диване лежал человек. Андрей остановился и стараясь не топать сапогами пошёл к нему, но не доходя закрыл ладонью нос и поспешил к двери.
— Труп нахуй! - прошептал в голос на ходу, Миша округлил глаза и бросился наружу следом.
Улица встретила солнцем и уже не казалась угрожающей, но шаг они сбавить не могли, пока не зашли за вчерашний кинотеатр, теперь безлюдный.
— Где ты автобус видел? - наконец остановился Андрей.
— Так это вооон там было! - показал рукой Миша. - Назад пиздовать надо!
— А ты хули сразу не сказал?
— Да испугался! Вы кинулись, а я за вами!
— Ну ладно, - не стал злиться Андрей. - Пошли, показывай.
Миша уверенно держал путь в сторону уже знакомых им мест. Людей в раннее утро пока не было, а две встреченные на дороге машины были обойдены подальше, на всякий случай. Вскоре действительно они вышли к остановке, сели на лавочку и стали ждать. Не прошло и десяти минут, как начал собираться народ, первой подошла упитанная негритянка в пёстрой шляпе с огромным цветком, она с подозрением осмотрела чужаков, но ничего не сказала. Подошли ещё двое чёрных мужчин и завязали весёлый разговор с дамой, Андрей был уверен, что о них и после вчерашнего был готов ко всему. К счастью из-за поворота показался автобус, вскоре притормозив возле них. Андрей дал зайти местным, придержав Мишу за рукав, затем поднялся сам.

Одаренный Евгений Онегин 25 16 окт 2024, 10:56 25 431021

>>430908
Быстро оглянувшись назад, Миша увидел, что старик уже ложился спать прямо на тротуаре и остановился перевести дыхание.
— Дядя Андрей, стой! - крикнул он грохочущим впереди кирзачам. Те смолкли.
— Чё, сдулся, черножопый ёбаный? - осведомился Андрей, подходя и тяжело дыша. — Фууу бляяя... Заебался бегать сегодня! То от волны, то от черножопых!

Начались тёплые сумерки. Попаданцы осмотрелись вокруг, Андрей увидел напротив через дорогу дом, дверь которого была открыта настежь и внутри не горел свет. Решив осторожно проверить его на предмет жильцов, они рысью поскакали через асфальт, перед этим спрятавшись за деревом от фар проезжающей мимо машины с громким рэпом. Аккуратно обойдя вокруг и заглянув в окна, они убедились, что дом был нежилым, затем зашли внутрь, закрыв за собой дверь.

Жилище с порога встретило людей запахом заброшенности и тряпок. Андрей нащупал спички и зажёг, сложив ладони в импровизированный отражатель. Огонь выхватил просторную прихожую, слева был проход в гостиную, справа на кухню. Оглядевшись по сторонам, Андрей наудачу щёлкнул найденным на стене выключателем, безрезультатно. Он пошёл направо, сжигая спички. На кухне оказался большой буфет, на полу валялся холодильник, Миша выругался, он шёл позади и наскочил на него.
— Аккуратней, не убейся нахуй, - посоветовал Андрей, он уже шарил по полкам буфета. В одной из столешниц он нашёл пластмассовую вилку и запечатанную консервную банку, на вид минимум поллитровую.
— Ну-ка глянь, чё написано на ней? - посветил он на этикетку.
— "Беанс", или навроде того. - Миша вопросительно посмотрел на Андрея. — Вы её сожрать хотите что-ли?
— А хули нет? Я проголодался чё-то.. — он потянул крышку за кольцо и понюхал содержимое. — Нормально пахнет!
Он тщательно вытер вилку о штаны и попробовал.
— Это фасоль или бобы, типа этого хуйня. — прожевал он и сел на холодильник, поставив рядом банку. — Давай жуй тоже.
Миша сел рядом и взял протянутую вилку. После пробы вилка уже уверенно ходила между едоками.
— Значит мы в Америку попали. Хуй знает какой город. - Андрей, жуя, начал подведение первых итогов. - Но что Америка это наверняка, мы когда с бугра спускались, я на трассе в машинах видел белых людей тоже, значит не Африка, а это видно просто такой хуёвый район, черножопые орудуют. Щас ночь переждём здесь, завтра как-нибудь отсюда прорываться будем, щас не пойдем, застрелят нахуй.
— Угу. - кивнув, согласился набитым ртом Миша.
— Ну доедай, а то хуй его знает, когда ещё придется. - Андрей уже с удовольствием закуривал и внезапно усмехнулся. - Во попали, блять! Как в Киндзадзе!
На улице проревел автомобиль.
— Спортивка пошла!
— Какая нахуй спортивка, глушитель оторвало. Ты видел, какие тут корытья ездят? У этих троих обезьян ибаных тоже, а они видно в авторитете тут. Ни одной дутой не видел, все старинные, квадратные.
Андрей подошёл к окну. Дом был крайним угловым, поэтому он увидел незнакомую ещё улицу, напротив располагалось большое здание, вокруг которого было оживлённо, стоящие небольшими группками люди то смеялись, то вскрикивали.
— Чё это написано вон там? - Миша подошёл и посмотрел, куда показал Андрей.
— "Синема театрэ".
— Понятно, клуб значит, кино показывают. А вон, ниже, на щите?
— А там, значит, сверху "Предатор", потом ниже "Лост Боус" и "Робокоп". О, "Робокоп" это фильм такой, про полицейского, из него робота сделали!
— Знаю, видел. - Андрей отошёл от окна. - Главное, чтоб эти черножопые сюда не пришли, наркоманить. Вон там, в углу, дохуя шприцов валяется.

Они вышли из кухни, снова с помощью спичек, которых оставалось всё меньше. Обследовали дом, в нём, помимо кухни и гостиной, оказалось ещё две спальни с кроватями, в одной из них даже валялся на полу матрац. Постояльцы закинули его на место, Андрей присел на край и снял сапоги, воздух тут же приобрёл характер запах.
— Фу блять! - негромко засмеялся Миша.
— Хули ты хотел? - улыбнулся Андрей, бросая в угол шерстяные носки. - Ты свои боты сними сначала!
— Правда что, а то ноги пиздец гудят. Фу, и правда!
— Говорю же. Так нихуя себе, тут наверное градусов более тридцати было, когда мы сюда э.. прибыли.. Как пигмеи тут ходим бля! У меня двое штанов ещё.

Скинув верхнюю, тёплую одежду, они спокойно легли на кровать, было не до стеснения, головы обоих были заняты попыткой осмысления сегодняшних невероятных событий.

— А вы как думаете, там у нас дома пиздец?
— Да хуй его знает, но автобус то взорвался.
— Ага! А мы, люди, попали вот сюда!
— И эта мандавоха там сгорела, поделом ей. Не будет выёбываться. - Андрей помолчал. - Хотя, если подумать, то она нас с тобой спасла.
— Ага!
— А эта зелёная хуйня если сюда двигается, то американцы давно знают и уже думают, чё делать. У всех телефоны, хули, через минуту весь шарик всё увидит.
— А он мой разбил, пидарас! - после паузы сожалел Миша. - Я его берёг всегда, это Лидка подарила, я его восемь лет от матери прятал, чтобы не пропила. Я же к Лидке и поехал в город сегодня, мать сидячего домой привела, он меня и выгнал. Говорит "иди нахуй отсюда или петухом сделаю".
Андрей промолчал.
— А вы домой ехали, дядя Андрей?
— Ну, с биржи ехал, отмечался.
С улицы донёсся близкий смех, но скоро стал удаляться к облегчению прислушавшихся.
— И время не посмотришь, без телефона то.. - продолжал сожалеть Миша.
— Так у меня часы есть! - вспомнил Андрей про свои наручные. - И как черножопый не догадался рукава мне задрать? Так, без десяти одиннадцать, только хули толку? Всё равно неточно, они наше время кажут. Мы ехали в пятом часу, когда всё началось, получается уже шесть часов тут шароёбимся. Завтра подвести не забыть.
— Я там ещё автобус тоже видел, когда от этого помойного негра бежали. - вспомнил Миша.
— О, завтра покажешь. Тут бля только доллары наверное надо, но ничё, допиздимся как-нибудь, лишь бы выехать отсюда.
Несмотря на всё, усталость давала о себе знать обоим, первым отключился Миша, последней мыслью которого была радость, что он оказался здесь не один. Андрей успел подумать о матери, которая наверняка уже молится, чтобы он не замёрз насмерть пьяным где-то.

Когда он открыл глаза, было уже светло. Очень хотелось пить после вчерашней консервы. Андрей зевнул в голос и потрёс свернувшегося в калач Мишу, тот вскочил за доли секунды.
— Ты не пугайся, - снова зевая и одновременно улыбаясь сказал Андрей, одевая сапоги на вторые, тонкие носки.
Обувшись, они обошли уже светлый дом, нашли туалет и воспользовались. Проходя к двери увидели, что в гостиной на огромном диване лежал человек. Андрей остановился и стараясь не топать сапогами пошёл к нему, но не доходя закрыл ладонью нос и поспешил к двери.
— Труп нахуй! - прошептал в голос на ходу, Миша округлил глаза и бросился наружу следом.
Улица встретила солнцем и уже не казалась угрожающей, но шаг они сбавить не могли, пока не зашли за вчерашний кинотеатр, теперь безлюдный.
— Где ты автобус видел? - наконец остановился Андрей.
— Так это вооон там было! - показал рукой Миша. - Назад пиздовать надо!
— А ты хули сразу не сказал?
— Да испугался! Вы кинулись, а я за вами!
— Ну ладно, - не стал злиться Андрей. - Пошли, показывай.
Миша уверенно держал путь в сторону уже знакомых им мест. Людей в раннее утро пока не было, а две встреченные на дороге машины были обойдены подальше, на всякий случай. Вскоре действительно они вышли к остановке, сели на лавочку и стали ждать. Не прошло и десяти минут, как начал собираться народ, первой подошла упитанная негритянка в пёстрой шляпе с огромным цветком, она с подозрением осмотрела чужаков, но ничего не сказала. Подошли ещё двое чёрных мужчин и завязали весёлый разговор с дамой, Андрей был уверен, что о них и после вчерашнего был готов ко всему. К счастью из-за поворота показался автобус, вскоре притормозив возле них. Андрей дал зайти местным, придержав Мишу за рукав, затем поднялся сам.

Показать весь текст
Ответы32875

Шкодливый Поганое Идолище 26 12 ноя 2024, 06:47 26 432875

>>431021
Чёрный водитель с пучком чулка на макушке перебирал одному ему понятные бумажки и обратил внимание на незнакомцев, только когда один из них нагнулся к нему и протянул снятые часы.
— Вадаювон? - строго-вопросительно посмотрел он на Андрея.
— Короче, смотри как, я тебе часы, а ты нас увезёшь отсюда! - тот говорил с ним как с тупым ребенком, махая рукой вперёд.
Шофер быстро сообразил и как будто хотел отказаться, но на долю секунды глянул на вещь.
— Ватафак? - скорее у самого себя спросил он, пытаясь прочитать название.
— По-лёт! - громко подсказал хозяин. - Батины! Сносу им не будет!
— Окей, гоутудесэлон. - заторопился водитель, показав им направление кивком.
— Э, погоди! Давай ещё баксов маленько! Хоть на пожрать! - Андрей потёр пальцами.
— Ват?
— Мани-мани! - оживился рядом Миша, вспомнив слово.
Негр недоуменно посмотрел на продавцов, затем резко изменился в лице.
— Гофакюселф! - крикнул он, однако часы обратно протянуть и не подумал. - Гераутофиа!
— Эй, всё, всё! - испугался Андрей, когда купец показал на дверь. - Пошли!
Он двинулся вглубь салона, подталкивая рукой Мишу, чёрные завсегдатаи этого рейса уже тут и там роптали, факая, недовольные задержкой и её инициаторами.
Ближе к концу нашёлся свободный диван.
Автобус тронулся.

Андрей выдохнул, подумав, что главное начать двигаться, а потом решать уже по ходу дела. Он посмотрел на Мишу у окна, увлечённо разглядывавшего проносящуюся мимо местность. Несмотря на урчание в желудке, Андрея захватило то же занятие. Улицы были залиты таким тёплым солнцем, что даже давно не видевшие заботливых рук дома и здания казались сошедшими с журнальной фотографии. Однако, постепенно пробираясь вперёд с остановками и менявшимися пассажирами, Андрей отметил, что окрестности становились всё более разнообразными, опрятными и ухоженными.
— Жрать охота, пиздец! - наконец оторвался от окна Миша.
— Охота, а хули делать! Денег то нету.
— Я смотрю может тут апельсины растут где, или ещё какая хуйня. - он кивнул за окно. - Пальмы же есть!
— Ну смотри, смотри... - задумался Андрей.

Автобус в очередной раз остановился и водитель, подозвав их, объяснил жестами, что это конечная и теперь он поедет обратно. Они вышли в мягкое тепло живого города, его настроение здесь уже разительно отличалось от утреннего, толпы людей и машин сновали по своим делам, не представляя угрозы.
— Видно неграм дальше нельзя. - догадался Миша, оглядываясь. - Одни белые люди почти.
— Лос - Ангелес..реал естате..- прочитал висящий дальше над тротуаром билборд Андрей. - Лос - Анжелес, вот где мы блять!
— Ничо себе, нормально нас забросило! Это теперь как нам до дома добираться, это же хуй знает где!
— Ты щас про дом забудь, с голодухи бы не помереть..
— Да чё, поди не помрём, не в пустыне, вон народу дохуища.
— Ладно, пойдём куда-нибудь потихоньку.

Они не спеша зашагали вдоль по людному тротуару, вертя головой то на причудливые дома, то на легко одетых женщин, идущих по пути. Лучших из них Андрей тихо оценивал фразой "Нормальная у неё фигура сзади!" и её производными, в зависимости от акцентов внешности хозяйки, Миша каждый раз соглашался.

— О, вон Макдональдс! - оживился Миша после пройденных полутора километров.
Андрей внимательно посмотрел, куда он показывал рукой. В ста метрах впереди выпирала из-за крыш огромная, жёлтая буква М. Они подошли к закусочной, но не вошли, а по настоянию Андрея прошли за неё, к задней двери.
— Хули сделать, Миха, придётся по мусорке пошариться! - предупредил он, увидев баки у стены.
Мишу уговаривать не пришлось, он всю свою жизнь рос полуголодным и питался в местах и похуже. Андрей, подойдя, уверенно откинул ближнюю крышку и заглянул внутрь. Миша открывал следующую с опаской, вспомнив вчерашний случай с аборигеном.
— Нихуя нет, окромя картона.. - не успел договорить Андрей, как дверь открылась и из неё показался высокий, усатый мужчина в фартуке и бейсболке козырьком назад. В руках у него был ящик с пустыми бутылками, который он поставил, подойдя к бакам. Россияне рядом сделали вид, будто заняты разговором между собой, Андрей вспомнил чувство, когда он в юности собирал металл на свалке и врал, что ищет телёнка, встретив кого из односельчан.
Мужчина посмотрел на них и ушёл обратно. Андрей опёрся спиной о стену и закурил.
— Да блять... Без языка тут реально как в пустыне.
Миша вздохнул и присел на корточки.
— Ага... Умели бы хоть маленько пиздеть, то щас бы по...
Он не успел договорить, как снова вышел тот же человек, на этот раз прижимая к груди два больших бургера, другой рукой держа бутылки с колой, ловко вставих их горлышками между пальцев. Подойдя, он протянул всё это добро двум нуждающимся. Те неуверенно приняли. Мужчина закурил.
— Вэаюфром? - спросил он, выпуская дым носом.
— Блять! Не понимаю.. - виновато улыбнулся Андрей.
Мужчина понимающе кивнул и показал жестом, чтобы они ели, впрочем Мишу просить не приходилось, он даже уже понял, что ничего вкуснее не ел за всю свою жизнь. Мужчина затоптал окурок, показал едокам на ящик с бутылками, Андрей понял и жестами сердечно поблагодарил его. Тот показал, что принял благодарность и снова зашёл внутрь.
— Видал, мир не без добрых людей! - Андрей с удовольствием допил бутылку и положил в ящик. Он почувствовал как ушёл голод и снова пришло желание жить.
— Ага! Хорошо, что мы сюда зарулили!
— Ну доел?
— Ага!
— Тогда пойдем, надо чё-то придумывать дальше.

Шкодливый Поганое Идолище 26 12 ноя 2024, 06:47 26 432875

>>431021
Чёрный водитель с пучком чулка на макушке перебирал одному ему понятные бумажки и обратил внимание на незнакомцев, только когда один из них нагнулся к нему и протянул снятые часы.
— Вадаювон? - строго-вопросительно посмотрел он на Андрея.
— Короче, смотри как, я тебе часы, а ты нас увезёшь отсюда! - тот говорил с ним как с тупым ребенком, махая рукой вперёд.
Шофер быстро сообразил и как будто хотел отказаться, но на долю секунды глянул на вещь.
— Ватафак? - скорее у самого себя спросил он, пытаясь прочитать название.
— По-лёт! - громко подсказал хозяин. - Батины! Сносу им не будет!
— Окей, гоутудесэлон. - заторопился водитель, показав им направление кивком.
— Э, погоди! Давай ещё баксов маленько! Хоть на пожрать! - Андрей потёр пальцами.
— Ват?
— Мани-мани! - оживился рядом Миша, вспомнив слово.
Негр недоуменно посмотрел на продавцов, затем резко изменился в лице.
— Гофакюселф! - крикнул он, однако часы обратно протянуть и не подумал. - Гераутофиа!
— Эй, всё, всё! - испугался Андрей, когда купец показал на дверь. - Пошли!
Он двинулся вглубь салона, подталкивая рукой Мишу, чёрные завсегдатаи этого рейса уже тут и там роптали, факая, недовольные задержкой и её инициаторами.
Ближе к концу нашёлся свободный диван.
Автобус тронулся.

Андрей выдохнул, подумав, что главное начать двигаться, а потом решать уже по ходу дела. Он посмотрел на Мишу у окна, увлечённо разглядывавшего проносящуюся мимо местность. Несмотря на урчание в желудке, Андрея захватило то же занятие. Улицы были залиты таким тёплым солнцем, что даже давно не видевшие заботливых рук дома и здания казались сошедшими с журнальной фотографии. Однако, постепенно пробираясь вперёд с остановками и менявшимися пассажирами, Андрей отметил, что окрестности становились всё более разнообразными, опрятными и ухоженными.
— Жрать охота, пиздец! - наконец оторвался от окна Миша.
— Охота, а хули делать! Денег то нету.
— Я смотрю может тут апельсины растут где, или ещё какая хуйня. - он кивнул за окно. - Пальмы же есть!
— Ну смотри, смотри... - задумался Андрей.

Автобус в очередной раз остановился и водитель, подозвав их, объяснил жестами, что это конечная и теперь он поедет обратно. Они вышли в мягкое тепло живого города, его настроение здесь уже разительно отличалось от утреннего, толпы людей и машин сновали по своим делам, не представляя угрозы.
— Видно неграм дальше нельзя. - догадался Миша, оглядываясь. - Одни белые люди почти.
— Лос - Ангелес..реал естате..- прочитал висящий дальше над тротуаром билборд Андрей. - Лос - Анжелес, вот где мы блять!
— Ничо себе, нормально нас забросило! Это теперь как нам до дома добираться, это же хуй знает где!
— Ты щас про дом забудь, с голодухи бы не помереть..
— Да чё, поди не помрём, не в пустыне, вон народу дохуища.
— Ладно, пойдём куда-нибудь потихоньку.

Они не спеша зашагали вдоль по людному тротуару, вертя головой то на причудливые дома, то на легко одетых женщин, идущих по пути. Лучших из них Андрей тихо оценивал фразой "Нормальная у неё фигура сзади!" и её производными, в зависимости от акцентов внешности хозяйки, Миша каждый раз соглашался.

— О, вон Макдональдс! - оживился Миша после пройденных полутора километров.
Андрей внимательно посмотрел, куда он показывал рукой. В ста метрах впереди выпирала из-за крыш огромная, жёлтая буква М. Они подошли к закусочной, но не вошли, а по настоянию Андрея прошли за неё, к задней двери.
— Хули сделать, Миха, придётся по мусорке пошариться! - предупредил он, увидев баки у стены.
Мишу уговаривать не пришлось, он всю свою жизнь рос полуголодным и питался в местах и похуже. Андрей, подойдя, уверенно откинул ближнюю крышку и заглянул внутрь. Миша открывал следующую с опаской, вспомнив вчерашний случай с аборигеном.
— Нихуя нет, окромя картона.. - не успел договорить Андрей, как дверь открылась и из неё показался высокий, усатый мужчина в фартуке и бейсболке козырьком назад. В руках у него был ящик с пустыми бутылками, который он поставил, подойдя к бакам. Россияне рядом сделали вид, будто заняты разговором между собой, Андрей вспомнил чувство, когда он в юности собирал металл на свалке и врал, что ищет телёнка, встретив кого из односельчан.
Мужчина посмотрел на них и ушёл обратно. Андрей опёрся спиной о стену и закурил.
— Да блять... Без языка тут реально как в пустыне.
Миша вздохнул и присел на корточки.
— Ага... Умели бы хоть маленько пиздеть, то щас бы по...
Он не успел договорить, как снова вышел тот же человек, на этот раз прижимая к груди два больших бургера, другой рукой держа бутылки с колой, ловко вставих их горлышками между пальцев. Подойдя, он протянул всё это добро двум нуждающимся. Те неуверенно приняли. Мужчина закурил.
— Вэаюфром? - спросил он, выпуская дым носом.
— Блять! Не понимаю.. - виновато улыбнулся Андрей.
Мужчина понимающе кивнул и показал жестом, чтобы они ели, впрочем Мишу просить не приходилось, он даже уже понял, что ничего вкуснее не ел за всю свою жизнь. Мужчина затоптал окурок, показал едокам на ящик с бутылками, Андрей понял и жестами сердечно поблагодарил его. Тот показал, что принял благодарность и снова зашёл внутрь.
— Видал, мир не без добрых людей! - Андрей с удовольствием допил бутылку и положил в ящик. Он почувствовал как ушёл голод и снова пришло желание жить.
— Ага! Хорошо, что мы сюда зарулили!
— Ну доел?
— Ага!
— Тогда пойдем, надо чё-то придумывать дальше.

Показать весь текст
Ответы3287835283

Наивная Моко Акассия 27 12 ноя 2024, 09:17 27 432878

>>432875
Они снова вышли в улицу, решая, куда повернуть. Пошли налево, как и шли до этого, тем более впереди виднелся перекресток.
— Санта-Моника.. - медленно прочитал Андрей надпись через дорогу, когда они дошли до конца улицы. - Въебали туда.
Они быстрым шагом перешли по полосатому переходу и нырнули в поток людей, идущих дальше, и скоро увидели недалёкую блестящую линию океана.
— Нихуя себе!
— Ага!
Впереди показался громадный пирс, полный шума воды и людей. Мамаши с колясками, загорелые мужчины в шортах с досками, толстые пожилые пары, азиаты, кафешки тут и там под открытым небом - весь этот кипящий людской котел заставил Андрея подумать, что утро вчерашнего дня, когда он ехал на отметку, было по меньшей мере лет пять назад. Ближе к океану воздух как будто стал уже другим, пахнув озоном.

— У меня ноги хохочут уже! - Андрей снимал кирзачи, сидя на песке. Они отошли от основной массы отдыхающих и забрались повыше, так что всё видимое жёлтое побережье теперь было под ними, а за спиной уже начинались живые изгороди богатых домовладений.
— Да выбросьте их нахуй, дядя Андрей! Я свои выкину точно! Нихуя, в зимних ботах ходить, когда тут на песке яйца жарить можно! - возбуждённо тараторил Миша, расшнуровываясь. Он разделся до трусов, лёг на бок, и, опёршись на локоть, стал с интересом смотреть вниз. Андрей откинул сапоги и закатал штаны до колен.
— Пожить бы тут, да, дядя Андрей? - мечтательно спросил Миша.
— Так ты уже живёшь.
— В натуре! Ну то есть.. Ну..
— Щас если эта зелёная хуйня не придёт и обратно нас не перекинет, то обживаться тут будем как-нибудь.
— Ага.
Редкие, небольшие порывы ветерка обдавали жаром.
— Женим тебя на негритянке!
— Да ну нахуй! - засмеялся, смущённо покраснев Миша.
— А чё такого? Они не люди что-ли?
— А вы сами тоже тогда женитесь!
— Ну я на белой женюсь, одной твоей чёрненькой хватит.
Миша громко захохотал и тут же замолк, увидев, как на него оглянулись двое проходивших мимо серферов.

Полежав, они пошли к людям и бродили по пляжу, потеряв счёт времени. Иногда останавливаясь около пустовавших столиков с недоеденным, они садились с хозяйским видом и подчищали за щедрыми и сытыми калифорнийцами. Куски пирогов, талое мороженое, кофе и многое другое порой давало о себе знать и тогда, не ища туалета, забайкальцы бежали в океан. До вечера искупаться пришлось аж по четыре раза.

День пролетел незаметно, как в детстве, и алое солнце, шипя, начало постепенно исчезать в солёной воде. С сумерками от океана потянул прохладный ветерок. Друзья поднялись обратно к месту, где разделись, вещи валялись на месте. Андрей нёс брошенную кем-то толстую газету, ещё днём он приметил много веточек вдоль железных заборов особняков, теперь насобирал их и принёс, разложив небольшой костёр.
— Поди не доебутся за огонь.. - понадеялся он, окинув взглядом почти обезлюдевший берег. Выплыла луна, шум прибоя стал впятеро громче.

— У тебя как фамилия-то? - раскладывая для лежанки оставшиеся от затопки листы газеты, вдруг вспомнил Андрей.
— Бузликов.
— Это не твоя мать в Улётах под мостом замёрзла в прошлом годе? - нахмурив память спросил он.
— Тётка! Тётя Ира. Мать то живая, я же говорил, что она меня из дома и выгнала, с ёбарем своим.
— Понятно. - помолчал Андрей, улегшись на самодельную постель. - А батя где?
— Батя погиб. - Миша пошурудил огонёк веткой, несколько искр взметнулись вверх.
— Бухой тоже?
— Не, он об магазин убился на мотоцикле.
— Говорю же - бухой.
— Да схуя, он вообще не пил. Его мать в магазин отправила, за томатной пастой, а возле там стоял его одноклассник, Володя, на "Юпитере", бабу свою ждал. Ну батя подошёл попиздеть к нему, а тот, типа, на Генка, прокатись. Ну батя сел, а Володя он же приколист всю жизнь, батя газ на полную въебал, а тот сзади за багажник приподнял и держит, колесо хуярит по воздуху, ну и резко бросил. Конечно батю восьмерками понесло, хули, он весил меньше меня, а я шестьдесят два, развернуло и в магазин в дверь, а там как раз Володина баба выходила с сумками. Ну батя с ней на крыле обратно в магазин и залетел, её в прилавок захуярил, а сам виском угадал об весы эти старинные. Бабе тоже пиздец.
— Нихуя себе! Ну а чё Володя?
Миша помолчал.
— Хохочет, хули ему...Придурку ёбаному, он же со справкой. Сам в дурдом ездит лежать, когда срок подходит.
— Дела блять.
— Ага.

Минуту молчали.

— А вы, дядя Андрей, у вас дети есть или жена?
— Есть, дочка двадцать один год, и жена. Проститутки ебучие блять. И ещё внук Артурка.
Но я с ними не живу, у матери кантуюсь.
— А чё так?
— Да прошлый год, блять, последняя... - Андрей прикурил веткой от костра и бросил пачку в огонь. - Прошлый год, в сентябре, как раз картошку копали, я на смену, в кочегарку пошёл, а по деревне чурки ездили, картошку закупали, ну своей говорю "меня не будет, пять мешков продай, если увидишь их", ну ладно, хули. Утром звоню, как раз чищу котел, домой то идти, чё, говорю, продала? А она мне, мол, домой не приходи, я замуж вышла. Ёбнулась что-ли, говорю, а оказалось этот чурка подрулил и пока этих пять мешков таскал, то она влюбилась в него. Мухтар.. или как его, то ли Барбос... Мелкий такой, меньше тебя, грязный, как чушка, хуй знает, чем они их берут... Ну я охуел, прихожу и правда, пошёл нахуй, говорю, отсюда! Он за ножик, она за клюку, я дочке говорю "доча, хоть ты скажи ей", а она, мол, Мухтар мне как отец! Ах вы проститутки блять, в какую пору? Ты вчера его не знала, как отец нахуй! Заорал, да хули делать, вышел, там Артурка лазит возле ворот, говорит "деда", я его на руки, а он на чуробеса показывает и говорит "вон мой деда"! Ах ты гандон ёбаный, думаю, взял его и в крапиву закинул.. Эти сучки на меня с камнями выскочили, я съебал от греха подальше. Пришёл к маме, так и так, ну и живи, сынок, говорит. Я уже вот год с лихуем у неё, и в хуй не дую. Щас думаю - зачем женился?
— Во, а сами меня женить хотите, да ещё и сами снова жениться здесь.
Захохотали, Мишка поднял лист газеты.
— Так, чё тут пишут?
— Ну давай, читай!
— А тут картинка, - Миша поднёс лист к огню. - Тёлка в купальнике сфотана. Так, написано "мисс Америка тыща девятьсот восемисят седьмой год".
— Красивая!
— Ага, ясное дело!
— Видал сегодня, сколько здесь таких баб ходит? Тыщи наверное, у меня гла.. - Андрей резко сел.
Миша с испугом оглянулся, но никого рядом не было, он непонимающе уставился на Андрея.
— Вы чево, дядя Андрей?
— Да вот какая хуйня, Миша. Я всё думаю, чё тут не так, а теперь понял. - Андрей замолк, глядя перед собой.
— Чё поняли то? - испугался Миша.
Андрей согласился с собой в своей голове и кивнул.
— Ну правильно! Я за сегодня ни одного телефона здесь ни у кого не видел! И вчера тоже!

Наивная Моко Акассия 27 12 ноя 2024, 09:17 27 432878

>>432875
Они снова вышли в улицу, решая, куда повернуть. Пошли налево, как и шли до этого, тем более впереди виднелся перекресток.
— Санта-Моника.. - медленно прочитал Андрей надпись через дорогу, когда они дошли до конца улицы. - Въебали туда.
Они быстрым шагом перешли по полосатому переходу и нырнули в поток людей, идущих дальше, и скоро увидели недалёкую блестящую линию океана.
— Нихуя себе!
— Ага!
Впереди показался громадный пирс, полный шума воды и людей. Мамаши с колясками, загорелые мужчины в шортах с досками, толстые пожилые пары, азиаты, кафешки тут и там под открытым небом - весь этот кипящий людской котел заставил Андрея подумать, что утро вчерашнего дня, когда он ехал на отметку, было по меньшей мере лет пять назад. Ближе к океану воздух как будто стал уже другим, пахнув озоном.

— У меня ноги хохочут уже! - Андрей снимал кирзачи, сидя на песке. Они отошли от основной массы отдыхающих и забрались повыше, так что всё видимое жёлтое побережье теперь было под ними, а за спиной уже начинались живые изгороди богатых домовладений.
— Да выбросьте их нахуй, дядя Андрей! Я свои выкину точно! Нихуя, в зимних ботах ходить, когда тут на песке яйца жарить можно! - возбуждённо тараторил Миша, расшнуровываясь. Он разделся до трусов, лёг на бок, и, опёршись на локоть, стал с интересом смотреть вниз. Андрей откинул сапоги и закатал штаны до колен.
— Пожить бы тут, да, дядя Андрей? - мечтательно спросил Миша.
— Так ты уже живёшь.
— В натуре! Ну то есть.. Ну..
— Щас если эта зелёная хуйня не придёт и обратно нас не перекинет, то обживаться тут будем как-нибудь.
— Ага.
Редкие, небольшие порывы ветерка обдавали жаром.
— Женим тебя на негритянке!
— Да ну нахуй! - засмеялся, смущённо покраснев Миша.
— А чё такого? Они не люди что-ли?
— А вы сами тоже тогда женитесь!
— Ну я на белой женюсь, одной твоей чёрненькой хватит.
Миша громко захохотал и тут же замолк, увидев, как на него оглянулись двое проходивших мимо серферов.

Полежав, они пошли к людям и бродили по пляжу, потеряв счёт времени. Иногда останавливаясь около пустовавших столиков с недоеденным, они садились с хозяйским видом и подчищали за щедрыми и сытыми калифорнийцами. Куски пирогов, талое мороженое, кофе и многое другое порой давало о себе знать и тогда, не ища туалета, забайкальцы бежали в океан. До вечера искупаться пришлось аж по четыре раза.

День пролетел незаметно, как в детстве, и алое солнце, шипя, начало постепенно исчезать в солёной воде. С сумерками от океана потянул прохладный ветерок. Друзья поднялись обратно к месту, где разделись, вещи валялись на месте. Андрей нёс брошенную кем-то толстую газету, ещё днём он приметил много веточек вдоль железных заборов особняков, теперь насобирал их и принёс, разложив небольшой костёр.
— Поди не доебутся за огонь.. - понадеялся он, окинув взглядом почти обезлюдевший берег. Выплыла луна, шум прибоя стал впятеро громче.

— У тебя как фамилия-то? - раскладывая для лежанки оставшиеся от затопки листы газеты, вдруг вспомнил Андрей.
— Бузликов.
— Это не твоя мать в Улётах под мостом замёрзла в прошлом годе? - нахмурив память спросил он.
— Тётка! Тётя Ира. Мать то живая, я же говорил, что она меня из дома и выгнала, с ёбарем своим.
— Понятно. - помолчал Андрей, улегшись на самодельную постель. - А батя где?
— Батя погиб. - Миша пошурудил огонёк веткой, несколько искр взметнулись вверх.
— Бухой тоже?
— Не, он об магазин убился на мотоцикле.
— Говорю же - бухой.
— Да схуя, он вообще не пил. Его мать в магазин отправила, за томатной пастой, а возле там стоял его одноклассник, Володя, на "Юпитере", бабу свою ждал. Ну батя подошёл попиздеть к нему, а тот, типа, на Генка, прокатись. Ну батя сел, а Володя он же приколист всю жизнь, батя газ на полную въебал, а тот сзади за багажник приподнял и держит, колесо хуярит по воздуху, ну и резко бросил. Конечно батю восьмерками понесло, хули, он весил меньше меня, а я шестьдесят два, развернуло и в магазин в дверь, а там как раз Володина баба выходила с сумками. Ну батя с ней на крыле обратно в магазин и залетел, её в прилавок захуярил, а сам виском угадал об весы эти старинные. Бабе тоже пиздец.
— Нихуя себе! Ну а чё Володя?
Миша помолчал.
— Хохочет, хули ему...Придурку ёбаному, он же со справкой. Сам в дурдом ездит лежать, когда срок подходит.
— Дела блять.
— Ага.

Минуту молчали.

— А вы, дядя Андрей, у вас дети есть или жена?
— Есть, дочка двадцать один год, и жена. Проститутки ебучие блять. И ещё внук Артурка.
Но я с ними не живу, у матери кантуюсь.
— А чё так?
— Да прошлый год, блять, последняя... - Андрей прикурил веткой от костра и бросил пачку в огонь. - Прошлый год, в сентябре, как раз картошку копали, я на смену, в кочегарку пошёл, а по деревне чурки ездили, картошку закупали, ну своей говорю "меня не будет, пять мешков продай, если увидишь их", ну ладно, хули. Утром звоню, как раз чищу котел, домой то идти, чё, говорю, продала? А она мне, мол, домой не приходи, я замуж вышла. Ёбнулась что-ли, говорю, а оказалось этот чурка подрулил и пока этих пять мешков таскал, то она влюбилась в него. Мухтар.. или как его, то ли Барбос... Мелкий такой, меньше тебя, грязный, как чушка, хуй знает, чем они их берут... Ну я охуел, прихожу и правда, пошёл нахуй, говорю, отсюда! Он за ножик, она за клюку, я дочке говорю "доча, хоть ты скажи ей", а она, мол, Мухтар мне как отец! Ах вы проститутки блять, в какую пору? Ты вчера его не знала, как отец нахуй! Заорал, да хули делать, вышел, там Артурка лазит возле ворот, говорит "деда", я его на руки, а он на чуробеса показывает и говорит "вон мой деда"! Ах ты гандон ёбаный, думаю, взял его и в крапиву закинул.. Эти сучки на меня с камнями выскочили, я съебал от греха подальше. Пришёл к маме, так и так, ну и живи, сынок, говорит. Я уже вот год с лихуем у неё, и в хуй не дую. Щас думаю - зачем женился?
— Во, а сами меня женить хотите, да ещё и сами снова жениться здесь.
Захохотали, Мишка поднял лист газеты.
— Так, чё тут пишут?
— Ну давай, читай!
— А тут картинка, - Миша поднёс лист к огню. - Тёлка в купальнике сфотана. Так, написано "мисс Америка тыща девятьсот восемисят седьмой год".
— Красивая!
— Ага, ясное дело!
— Видал сегодня, сколько здесь таких баб ходит? Тыщи наверное, у меня гла.. - Андрей резко сел.
Миша с испугом оглянулся, но никого рядом не было, он непонимающе уставился на Андрея.
— Вы чево, дядя Андрей?
— Да вот какая хуйня, Миша. Я всё думаю, чё тут не так, а теперь понял. - Андрей замолк, глядя перед собой.
— Чё поняли то? - испугался Миша.
Андрей согласился с собой в своей голове и кивнул.
— Ну правильно! Я за сегодня ни одного телефона здесь ни у кого не видел! И вчера тоже!

Показать весь текст
Ответы39946

55 Кб, 740x1110
Шаловливая Судзумия Харухи 28 27 дек 2024, 10:17 28 435283

>>432875
НОЧНАЯ РЫБАЛКА

— ...вон у твоего соседа в машине песни играют про тюрьму, да про пацанов, а у тебя хуйня какая - то! Его все в деревне и уважают, а тебя никто. Так сын твой думал. Что это вообще за хуйня? - прислушался к хрипящей магнитоле, непонятно зачем прикрученной к середине потолка кабины Газ-66, мальчик лет восьми.
— А это группа "Корни", сынок... - мужчина-водитель испуганно покосился на мальчика. Тот на слове "сынок" неодобрительно и как-будто устало покачал головой. Мужчина заметил это и быстро продолжил. - Так они же тоже сидели!
Мальчик посмотрел на мужчину удивлённо, как на сумасшедшего.
— Чего блять? Ты совсем уж хуйню загородил. У меня ведь вся память твоего сына осталась! Схуяли "Корни" сидели?
Мужчина, бешено вращая баранкой руля, бросил на маленького пассажира быстрый, нервный взгляд.
— Серьёзно говорю! Бердников за коней судимый, он же из цыгантерии... А Кабанов кухонный разбойник...
Мальчик весело захохотал.
— Ну ты и крендель! - сквозь слёзы смеха простонал он. - Угораздило же меня возродиться в твоём парнишке.
— Илюша, ты .. - начал мужчина, но ребёнок оборвал его резким рыком.
— Ты заебал! Никакой я тебе не Илюша, блять! Сто раз уже сказал! Меня зовут Губернатор Волак! Трудно запомнить? - бывший Илюша постепенно перешёл с крика на низкий, спокойный тон. - Ещё раз, и я тебе шею сломаю, как твоей тёще утром.

Мужчина побелел и решил более не рисковать и не начинать разговор первым.

Вечерело и фары "Шишиги" выхватывали то тут то там из сумерек кусты цветущей черемухи и шиповника. Мотор жарко выл между людьми, заставляя их потеть впридачу к июлю. Впрочем, несмотря на уверенные сорок градусов в кабине и мокрое туловище, у мужчины зуб на зуб не попадал, и это продолжалось уже третий день, с тех пор как его сын Илья резко изменился.

— Ты зачем вообще эту рыбалку придумал? Вижу же, что ещё немного и всрёшься от страха. - устало поинтересовался мальчик, берясь рукой за ручку впереди, дорога была в ямах.
— Да вот подумал что нам с вами надо как то признакомиться, подружиться маленько, раз у вас так получилося, что вы в Илюшу вселилися... - мужчина старался не дрожать голосом. - Жить как то вместе, ну пока вы товарищей ждёте, как вы сказали...
Мальчик смотрел вперёд, явно думая о своём и как будто не слушая ответ на свой вопрос.

Наконец затормозили у резко появившегося обрыва, мужчина заглушил технику и Губернатор Волак резво, по-мальчишески, выпрыгнул в уже прохладный воздух. Мужчина тоже вылез на подкашивающихся ногах и принялся деланно восхищаться природой, Губернатор, глядя на него, неприятно улыбался.
— Ой, Вова, Вова, какой же ты ебанатор...
Вова сделал вид, что не услышал бывшего сына и с фальшивым энтузиазмом обошёл машину, ища дверь внутрь кунга. Грузовик был не его, Вова его днём с трудом выпросил у дяди Миши Семёнова на одну ночь, пообещав за это отяпать и огрести весь огород с картошкой. Найдя дверь, которая была сбоку, он вытащил скобу, служившую замком и забрался по лестнице внутрь, включив фонарь. Кунг был невысоким, Вове даже с его ростом в метр-семьдесят пришлось ходить сгорбившись. По бокам прицепные к стенкам нары, сами стены и потолок обиты ДВП, печка-буржуйка в углу с трубой наружу, единственное окно, в которое не пролезть человеку, было закрыто приваренной решеткой. В общем, это было нехитрое передвижное жилище охотника-рыболова-скотокрада в российской глубинке, коих тысячи.
— Ты что там, уснул, Вова? - поинтересовался снизу Губернатор.
— Не не не, - засуетился бывший отец. - Сети вот искал...
Он черезчур аккуратно бросил на землю белый мешок так, чтобы не попасть в Губернатора, тот встретил этот жест ухмылкой.
Вова спрыгнул вслед за мешком с дощечкой в руках.
— Это "сани" называется. - пояснил он, развязая горло мешка и вытаскивая сеть, она была аккуратно сложена в двухметровой высоты пучок с поплавками наверху.
— Воланд, пойдёмте вон туда, к речке, там плёс, сплавим сеть, потом вернёмся, чай попьём в будке, отдохнем, потом под утро ещё порыбачим?
Губернатор ещё на "Воланде" хотел закричать на невежду, но сдержался и дослушал до конца.
— Ладно. - ребенок со вздохом старческой усталости махнул рукой. - Веди, Сусанин.
Они двинулись вдоль русла, машина осталась стоять на довольно высоком берегу. Вода шумела где то вдалеке на перекате, здесь же, под обрывом, текла спокойно и чинно, это место имело дурную славу у сельчан, якобы глубина в десяток метров и постоянные воронки погубили не одного зазевавшегося рыбака. Правда деревенские не могли вспомнить ни одного утопленника, кто был хоть кому то из них знаком, но тем не менее, рыбачить, а тем более купаться здесь желающих не было.
Вова же повёл Губернатора выше по течению и пройдя метров триста они вышли на хрустящую шеверу из гальки. Здесь реку пожалуй можно было и пересечь на их грузовике, несмотря на быстрое течение. Вова стал привязывать "сани" к сети.
— Щас мы вот так их.. - он с фальшивым воодушевлением подошёл к воде, бросил сани, которые поплыли на середину под воздействием силы, известной лишь Вове и потащили за собой сеть. Пучок в руке ловко разматывался и скоро сеть распустилась по реке на всю свою длину и поплыла, Вова побрёл рядом, держа её конец и шлёпая по воде кроссовками, сапоги он забыл, было не до них. Губернатор нехотя шёл рядом по берегу.

— А рыбы то уже толком нету здесь! Всё выцедили "китайками"! - посетовал Вова.
— Ну - ну.

Кроме реки вся остальная природа хранила удивительную тишину, даже обычных комаров сегодня не было.
— А вы ещё долго в Илюше то будете? А то ему в школу в сентябре.. - с опаской прервал паузу Вова.
— А зачем он тебе? - ушёл от ответа Губернатор. - Он от вас ничего хорошего не видел. Только рёв и пиздюли.
— Да ну неправда.. - неуверенно возразил Вова.
— Да хули ты мне рассказываешь? Говорю же, вся его память мне осталась. Да и умер он уже. Твоя тёща его сегодня утром зарубила. Забыл? Сам же её позвал..

Вова заплакал.

— Поздно плакать. Она ему позвоночник перерубила, вот, глянь! - Губернатор оттянул воротник клетчатой Илюшиной рубашки назад. - Пидарасина старая! Знахарка она у вас там была в деревне или вроде того, как я понял?
Вова согласно закивал головой, вытирая слёзы.
— Ну теперь эта сука никого не полечит, без рук и ног то!
Губернатор довольно ухмыльнулся, Вова снова чуть не потерял сознание, вспомнив утреннюю расправу древнего демона над Тамарой Егоровной.

55 Кб, 740x1110
Шаловливая Судзумия Харухи 28 27 дек 2024, 10:17 28 435283

>>432875
НОЧНАЯ РЫБАЛКА

— ...вон у твоего соседа в машине песни играют про тюрьму, да про пацанов, а у тебя хуйня какая - то! Его все в деревне и уважают, а тебя никто. Так сын твой думал. Что это вообще за хуйня? - прислушался к хрипящей магнитоле, непонятно зачем прикрученной к середине потолка кабины Газ-66, мальчик лет восьми.
— А это группа "Корни", сынок... - мужчина-водитель испуганно покосился на мальчика. Тот на слове "сынок" неодобрительно и как-будто устало покачал головой. Мужчина заметил это и быстро продолжил. - Так они же тоже сидели!
Мальчик посмотрел на мужчину удивлённо, как на сумасшедшего.
— Чего блять? Ты совсем уж хуйню загородил. У меня ведь вся память твоего сына осталась! Схуяли "Корни" сидели?
Мужчина, бешено вращая баранкой руля, бросил на маленького пассажира быстрый, нервный взгляд.
— Серьёзно говорю! Бердников за коней судимый, он же из цыгантерии... А Кабанов кухонный разбойник...
Мальчик весело захохотал.
— Ну ты и крендель! - сквозь слёзы смеха простонал он. - Угораздило же меня возродиться в твоём парнишке.
— Илюша, ты .. - начал мужчина, но ребёнок оборвал его резким рыком.
— Ты заебал! Никакой я тебе не Илюша, блять! Сто раз уже сказал! Меня зовут Губернатор Волак! Трудно запомнить? - бывший Илюша постепенно перешёл с крика на низкий, спокойный тон. - Ещё раз, и я тебе шею сломаю, как твоей тёще утром.

Мужчина побелел и решил более не рисковать и не начинать разговор первым.

Вечерело и фары "Шишиги" выхватывали то тут то там из сумерек кусты цветущей черемухи и шиповника. Мотор жарко выл между людьми, заставляя их потеть впридачу к июлю. Впрочем, несмотря на уверенные сорок градусов в кабине и мокрое туловище, у мужчины зуб на зуб не попадал, и это продолжалось уже третий день, с тех пор как его сын Илья резко изменился.

— Ты зачем вообще эту рыбалку придумал? Вижу же, что ещё немного и всрёшься от страха. - устало поинтересовался мальчик, берясь рукой за ручку впереди, дорога была в ямах.
— Да вот подумал что нам с вами надо как то признакомиться, подружиться маленько, раз у вас так получилося, что вы в Илюшу вселилися... - мужчина старался не дрожать голосом. - Жить как то вместе, ну пока вы товарищей ждёте, как вы сказали...
Мальчик смотрел вперёд, явно думая о своём и как будто не слушая ответ на свой вопрос.

Наконец затормозили у резко появившегося обрыва, мужчина заглушил технику и Губернатор Волак резво, по-мальчишески, выпрыгнул в уже прохладный воздух. Мужчина тоже вылез на подкашивающихся ногах и принялся деланно восхищаться природой, Губернатор, глядя на него, неприятно улыбался.
— Ой, Вова, Вова, какой же ты ебанатор...
Вова сделал вид, что не услышал бывшего сына и с фальшивым энтузиазмом обошёл машину, ища дверь внутрь кунга. Грузовик был не его, Вова его днём с трудом выпросил у дяди Миши Семёнова на одну ночь, пообещав за это отяпать и огрести весь огород с картошкой. Найдя дверь, которая была сбоку, он вытащил скобу, служившую замком и забрался по лестнице внутрь, включив фонарь. Кунг был невысоким, Вове даже с его ростом в метр-семьдесят пришлось ходить сгорбившись. По бокам прицепные к стенкам нары, сами стены и потолок обиты ДВП, печка-буржуйка в углу с трубой наружу, единственное окно, в которое не пролезть человеку, было закрыто приваренной решеткой. В общем, это было нехитрое передвижное жилище охотника-рыболова-скотокрада в российской глубинке, коих тысячи.
— Ты что там, уснул, Вова? - поинтересовался снизу Губернатор.
— Не не не, - засуетился бывший отец. - Сети вот искал...
Он черезчур аккуратно бросил на землю белый мешок так, чтобы не попасть в Губернатора, тот встретил этот жест ухмылкой.
Вова спрыгнул вслед за мешком с дощечкой в руках.
— Это "сани" называется. - пояснил он, развязая горло мешка и вытаскивая сеть, она была аккуратно сложена в двухметровой высоты пучок с поплавками наверху.
— Воланд, пойдёмте вон туда, к речке, там плёс, сплавим сеть, потом вернёмся, чай попьём в будке, отдохнем, потом под утро ещё порыбачим?
Губернатор ещё на "Воланде" хотел закричать на невежду, но сдержался и дослушал до конца.
— Ладно. - ребенок со вздохом старческой усталости махнул рукой. - Веди, Сусанин.
Они двинулись вдоль русла, машина осталась стоять на довольно высоком берегу. Вода шумела где то вдалеке на перекате, здесь же, под обрывом, текла спокойно и чинно, это место имело дурную славу у сельчан, якобы глубина в десяток метров и постоянные воронки погубили не одного зазевавшегося рыбака. Правда деревенские не могли вспомнить ни одного утопленника, кто был хоть кому то из них знаком, но тем не менее, рыбачить, а тем более купаться здесь желающих не было.
Вова же повёл Губернатора выше по течению и пройдя метров триста они вышли на хрустящую шеверу из гальки. Здесь реку пожалуй можно было и пересечь на их грузовике, несмотря на быстрое течение. Вова стал привязывать "сани" к сети.
— Щас мы вот так их.. - он с фальшивым воодушевлением подошёл к воде, бросил сани, которые поплыли на середину под воздействием силы, известной лишь Вове и потащили за собой сеть. Пучок в руке ловко разматывался и скоро сеть распустилась по реке на всю свою длину и поплыла, Вова побрёл рядом, держа её конец и шлёпая по воде кроссовками, сапоги он забыл, было не до них. Губернатор нехотя шёл рядом по берегу.

— А рыбы то уже толком нету здесь! Всё выцедили "китайками"! - посетовал Вова.
— Ну - ну.

Кроме реки вся остальная природа хранила удивительную тишину, даже обычных комаров сегодня не было.
— А вы ещё долго в Илюше то будете? А то ему в школу в сентябре.. - с опаской прервал паузу Вова.
— А зачем он тебе? - ушёл от ответа Губернатор. - Он от вас ничего хорошего не видел. Только рёв и пиздюли.
— Да ну неправда.. - неуверенно возразил Вова.
— Да хули ты мне рассказываешь? Говорю же, вся его память мне осталась. Да и умер он уже. Твоя тёща его сегодня утром зарубила. Забыл? Сам же её позвал..

Вова заплакал.

— Поздно плакать. Она ему позвоночник перерубила, вот, глянь! - Губернатор оттянул воротник клетчатой Илюшиной рубашки назад. - Пидарасина старая! Знахарка она у вас там была в деревне или вроде того, как я понял?
Вова согласно закивал головой, вытирая слёзы.
— Ну теперь эта сука никого не полечит, без рук и ног то!
Губернатор довольно ухмыльнулся, Вова снова чуть не потерял сознание, вспомнив утреннюю расправу древнего демона над Тамарой Егоровной.

Показать весь текст
Ответы3535859706

Упрямая Маркиза де Бренвилье 29 28 дек 2024, 12:51 29 435358

>>435283
Перекат заканчивался, дальше была знакомая Вове яма и он начал вытягивать сеть, собирая её в тот же пучок, какой был у Семёнова.
— Посветите фонариком на сеть, пожалуйста, - попросил он мальчика, тот сделал. - Есть там чего, Губернатор?
— Есть. От хуя уши и две лягуши. - оценил демон улов.
— А ну ничего страшного, мы сейчас отдохнём в кунге и под утро ещё раз зайдём.

Вова криво улыбнулся, Волак снова укорил себя за то, что так рано перешёл в этот мир и теперь вынужден коротать время в Вовиной компании.
Они пошли в темноте обратно тем же путём, подсвечивая под ноги фонарём и через минуты уже были у машины. Вова впрыгнул на подножку и открыл дверь, держа в руке скобу и так же ловко вернулся на землю.

— Давайте я вас подсажу, пожалуйста, ради Бога.. - прокудахтал он, Губернатор оскалился при упоминании Господа. - Сами то вы не залезете, Илюша у нас небольшой..Был..
— Да что же ты за кретин такой? - вопрос был риторическим, демон уже даже не злился на тупость человека, почти смирился, и по детски протянул руки к Володе.
Тот поднял его трясущимися руками со всей аккуратностью, на какую был способен и поставил на подножку. Демон забрался в тёмное нутро кунга, Вова встал за ним, в дверях.
— Ты свет то включи!
— Ага, сейчас, вы пока вон туда проходите, присядьте на шконку, - Вова показал фонариком, Волак прошёл внутрь жилища. Дверь захлопнулась, лязгнула скобой снаружи и в наступившем мраке Волак понял, что он тут один.

— Вова! Вовочка! - стараясь сдержать ярость процедил он. - Ты где, залупа?
Вова, едва заперев дверь, спрыгнул и замер, боясь шевельнуться.
— Вова! Открой! Не майся хуйнёй! Иначе я и тебя кончу и Снежану Петровну твою!
— Вы и так нас убьёте! - не выдержал и закричал Володя. - Я дурак что-ли совсем? Мы поняли уже, что вы нас уберёте как свидетелей, чтоб мы не рассказали ментам ваши эти, планы, как вы вчера пьяный хвалились, что всему миру скоро пиздец!
— Вовочка! Ты, ёбаный Фёдором! - после короткой паузы зло продолжил Губернатор Ада. - Ты что, думаешь меня эта смешная конура удержит? Забыл, как я тёщу переломал? Выпусти! Ничего я тебя не сделаю!
— Я вам не верю, Воланд! Вы наебать меня хотите! Снежана говорит что вы полтергейста не показывали! Видно силы дьявольской ещё не набрали, мы со Снежанкой вас раскусили!

Изнутри раздался тяжёлый удар в дверь, Вова как косуля отпрыгнул назад и кинулся в кабину. Демон принялся колотить по всему кунгу, сиденье толкало Вову в спину от этой потусторонней долбёжки. Мотор загудел с пол-оборота, он отпустил сцепление и машина, заранее стоявшая на передаче, покатилась к краю обрыва, Вова выпрыгнул, больно задев головой край дверного проёма. "Газ" с шумом вошёл в омут и ,качнувшись, начал уходить под воду, мотор захлебнулся и утих. Демон, казалось, обезумел, он хрипел и колотил без остановки, стачивая детское тело об алюминиевые листы обшивки, не унимаясь даже когда грузовик пошёл ко дну. Вова ещё минуту прислушивался к удаляющемуся адскому шуму и когда он полностью исчез в глубине, со всех ног кинулся в деревню.

На кухне за столом сидели трое. Тощий, высокий парень с лошадиным лицом лет двадцати пяти, на коленях его примерная ровесница, дородная девица с прыщами и хозяйка дома, нервная худая блондинка со следами тяжёлой сельской жизни на когда-то симпатичном лице. На столе стояла двушка "Охоты" и початый пакет чипсов.
— Вован то когда приедет? - интересовался у хозяйки поддатый парень, незаметно поглаживая свою подругу за ягодицу снизу.
— Да утром! Третий раз говорю тебе!
— Ты тормозной что-ли? - подруга ударила его символической пощечиной и тут же наградила пахнущим пивом поцелуем.
— Он чё за мной то не заехал? - не унимался "лошадиный".
— Не знаю, один поехал. Илюшу маме завёз и на речку...
— Нахуй ты ему сдался, ходить там ебалом вонять да мешаться под ногами? - перебила подругу хозяйка, вновь приласкав пряником после кнута.
— Я чё, бухой что-ли, или чё? - скосил парень пьяные глаза, но тут же забыл тему разговора и обратил всё внимание на свою даму. - Так чё, Маринка, мы к тебе пойдём сегодня?
— Ага, щас нахуй! Пышно будет! Мой приедет и нас обоих выебет!
— А.. Ну.. Как говорится, "хозяин - барин"..

Он не договорил, в открытых от жары дверях показался взъерошенный Вова.
— Уже нарыбачился что-ли? - фальшиво удивилась нервная хозяйка.
— Ага, машину в грязь заебенил, щас к Харитонову за трактором пойду, - поддержал жену Вова, играя перед гостями. - А вы, что, загуляли?
— Ага блять! Выпили маленько! Маринкин съебался в рейс, а я сразу туда, может обломится кусок пиздятины! - парень заржал, довольный своим остроумием, за что получил от любовницы очередную затрещину.
Вова сделал вид, что моет руки в углу, в умывальнике.
— Снежана, пойдем к маме твоей, Илюшу заберём, а то там собаки. Слышали по телеку, что случилось в Домне?
— Ага, пиздец какой! - оживились гости. - Ну тогда мы пойдем..
Они нетвердой походкой пошли к двери, кавалер рожал остроты, тут же получая наказание под смех своей любимой. Снежана проводила их за ворота и вбежала назад.

— Ну как?
— Утопил нахуй!
— Ой мамочки!
— Хули, это не Илюха уже был, а Воланд Губернатор.
— А он точно умер?
— Хуй его знает... Навряд ли. Вон мать его хуйнула как топором, а ему хоть бы хуй! Но хоть на какое то время от него избавились, хорошо ты придумала с машиной. Вот теперь что делать - хуй его знает..Как объяснять людям, где мама твоя, и где Илюха.

Жена внимательно посмотрела.

— Я кое-что придумала, пока тебя не было.
— Ну! - Вова знал, что Снежана всегда была умнее его, ещё со школы. Однажды он, единственный из их со Снежанкой класса, за целый год не пропустил ни одного занятия по болезни или другой причине и всё равно в конце года у него не было хотя бы одной тройки, все двойки и колы.
— Мы щас ментов вызовем. - начала жена под округлившиеся глаза Вовы. - Ты напьёшься и мы им скажем что это ты маму убил и в подполье спрятал.
— Да ты охуела что-ли?
— А ты хочешь про дьявола им рассказать? Тебя пожизненно в дурдом закроют! А так, мол, по пьяни..То, сё, заебала тёща. И на сво попросишься! Через полгода дома! Деньжат подзаработаешь и уедем от пересудов в другую деревню или сразу в Читу. Ты как ветеран везде там устроишься.
Чем больше Вова слушал жену, тем больше соглашался.
"Нормальная тема", подумал он. "Ну Снежанка, ну матерая баба у меня!".
— А про Илюху чё скажем? - внезапно вспомнил он.
— Да он вечно шлялся один. Утонул или увёз кто, поищут, поищут, и перестанут.
— Точно. - согласился Вова. - Ну давай, звони ментам.

Жена уже набирала.

Упрямая Маркиза де Бренвилье 29 28 дек 2024, 12:51 29 435358

>>435283
Перекат заканчивался, дальше была знакомая Вове яма и он начал вытягивать сеть, собирая её в тот же пучок, какой был у Семёнова.
— Посветите фонариком на сеть, пожалуйста, - попросил он мальчика, тот сделал. - Есть там чего, Губернатор?
— Есть. От хуя уши и две лягуши. - оценил демон улов.
— А ну ничего страшного, мы сейчас отдохнём в кунге и под утро ещё раз зайдём.

Вова криво улыбнулся, Волак снова укорил себя за то, что так рано перешёл в этот мир и теперь вынужден коротать время в Вовиной компании.
Они пошли в темноте обратно тем же путём, подсвечивая под ноги фонарём и через минуты уже были у машины. Вова впрыгнул на подножку и открыл дверь, держа в руке скобу и так же ловко вернулся на землю.

— Давайте я вас подсажу, пожалуйста, ради Бога.. - прокудахтал он, Губернатор оскалился при упоминании Господа. - Сами то вы не залезете, Илюша у нас небольшой..Был..
— Да что же ты за кретин такой? - вопрос был риторическим, демон уже даже не злился на тупость человека, почти смирился, и по детски протянул руки к Володе.
Тот поднял его трясущимися руками со всей аккуратностью, на какую был способен и поставил на подножку. Демон забрался в тёмное нутро кунга, Вова встал за ним, в дверях.
— Ты свет то включи!
— Ага, сейчас, вы пока вон туда проходите, присядьте на шконку, - Вова показал фонариком, Волак прошёл внутрь жилища. Дверь захлопнулась, лязгнула скобой снаружи и в наступившем мраке Волак понял, что он тут один.

— Вова! Вовочка! - стараясь сдержать ярость процедил он. - Ты где, залупа?
Вова, едва заперев дверь, спрыгнул и замер, боясь шевельнуться.
— Вова! Открой! Не майся хуйнёй! Иначе я и тебя кончу и Снежану Петровну твою!
— Вы и так нас убьёте! - не выдержал и закричал Володя. - Я дурак что-ли совсем? Мы поняли уже, что вы нас уберёте как свидетелей, чтоб мы не рассказали ментам ваши эти, планы, как вы вчера пьяный хвалились, что всему миру скоро пиздец!
— Вовочка! Ты, ёбаный Фёдором! - после короткой паузы зло продолжил Губернатор Ада. - Ты что, думаешь меня эта смешная конура удержит? Забыл, как я тёщу переломал? Выпусти! Ничего я тебя не сделаю!
— Я вам не верю, Воланд! Вы наебать меня хотите! Снежана говорит что вы полтергейста не показывали! Видно силы дьявольской ещё не набрали, мы со Снежанкой вас раскусили!

Изнутри раздался тяжёлый удар в дверь, Вова как косуля отпрыгнул назад и кинулся в кабину. Демон принялся колотить по всему кунгу, сиденье толкало Вову в спину от этой потусторонней долбёжки. Мотор загудел с пол-оборота, он отпустил сцепление и машина, заранее стоявшая на передаче, покатилась к краю обрыва, Вова выпрыгнул, больно задев головой край дверного проёма. "Газ" с шумом вошёл в омут и ,качнувшись, начал уходить под воду, мотор захлебнулся и утих. Демон, казалось, обезумел, он хрипел и колотил без остановки, стачивая детское тело об алюминиевые листы обшивки, не унимаясь даже когда грузовик пошёл ко дну. Вова ещё минуту прислушивался к удаляющемуся адскому шуму и когда он полностью исчез в глубине, со всех ног кинулся в деревню.

На кухне за столом сидели трое. Тощий, высокий парень с лошадиным лицом лет двадцати пяти, на коленях его примерная ровесница, дородная девица с прыщами и хозяйка дома, нервная худая блондинка со следами тяжёлой сельской жизни на когда-то симпатичном лице. На столе стояла двушка "Охоты" и початый пакет чипсов.
— Вован то когда приедет? - интересовался у хозяйки поддатый парень, незаметно поглаживая свою подругу за ягодицу снизу.
— Да утром! Третий раз говорю тебе!
— Ты тормозной что-ли? - подруга ударила его символической пощечиной и тут же наградила пахнущим пивом поцелуем.
— Он чё за мной то не заехал? - не унимался "лошадиный".
— Не знаю, один поехал. Илюшу маме завёз и на речку...
— Нахуй ты ему сдался, ходить там ебалом вонять да мешаться под ногами? - перебила подругу хозяйка, вновь приласкав пряником после кнута.
— Я чё, бухой что-ли, или чё? - скосил парень пьяные глаза, но тут же забыл тему разговора и обратил всё внимание на свою даму. - Так чё, Маринка, мы к тебе пойдём сегодня?
— Ага, щас нахуй! Пышно будет! Мой приедет и нас обоих выебет!
— А.. Ну.. Как говорится, "хозяин - барин"..

Он не договорил, в открытых от жары дверях показался взъерошенный Вова.
— Уже нарыбачился что-ли? - фальшиво удивилась нервная хозяйка.
— Ага, машину в грязь заебенил, щас к Харитонову за трактором пойду, - поддержал жену Вова, играя перед гостями. - А вы, что, загуляли?
— Ага блять! Выпили маленько! Маринкин съебался в рейс, а я сразу туда, может обломится кусок пиздятины! - парень заржал, довольный своим остроумием, за что получил от любовницы очередную затрещину.
Вова сделал вид, что моет руки в углу, в умывальнике.
— Снежана, пойдем к маме твоей, Илюшу заберём, а то там собаки. Слышали по телеку, что случилось в Домне?
— Ага, пиздец какой! - оживились гости. - Ну тогда мы пойдем..
Они нетвердой походкой пошли к двери, кавалер рожал остроты, тут же получая наказание под смех своей любимой. Снежана проводила их за ворота и вбежала назад.

— Ну как?
— Утопил нахуй!
— Ой мамочки!
— Хули, это не Илюха уже был, а Воланд Губернатор.
— А он точно умер?
— Хуй его знает... Навряд ли. Вон мать его хуйнула как топором, а ему хоть бы хуй! Но хоть на какое то время от него избавились, хорошо ты придумала с машиной. Вот теперь что делать - хуй его знает..Как объяснять людям, где мама твоя, и где Илюха.

Жена внимательно посмотрела.

— Я кое-что придумала, пока тебя не было.
— Ну! - Вова знал, что Снежана всегда была умнее его, ещё со школы. Однажды он, единственный из их со Снежанкой класса, за целый год не пропустил ни одного занятия по болезни или другой причине и всё равно в конце года у него не было хотя бы одной тройки, все двойки и колы.
— Мы щас ментов вызовем. - начала жена под округлившиеся глаза Вовы. - Ты напьёшься и мы им скажем что это ты маму убил и в подполье спрятал.
— Да ты охуела что-ли?
— А ты хочешь про дьявола им рассказать? Тебя пожизненно в дурдом закроют! А так, мол, по пьяни..То, сё, заебала тёща. И на сво попросишься! Через полгода дома! Деньжат подзаработаешь и уедем от пересудов в другую деревню или сразу в Читу. Ты как ветеран везде там устроишься.
Чем больше Вова слушал жену, тем больше соглашался.
"Нормальная тема", подумал он. "Ну Снежанка, ну матерая баба у меня!".
— А про Илюху чё скажем? - внезапно вспомнил он.
— Да он вечно шлялся один. Утонул или увёз кто, поищут, поищут, и перестанут.
— Точно. - согласился Вова. - Ну давай, звони ментам.

Жена уже набирала.

Показать весь текст

Склочный Барон Мюнхаузен 30 5 мар 2025, 08:44 30 439460

Bump

Гордый Дядюшка Римус 31 23 мар 2025, 16:34 31 439946

>>432878
Миша уставился в огонь на несколько секунд, постепенно округляя глаза.
— Точно... Вот вы сказали, и точно... А чё это значит? - он с испугом посмотрел на старшего товарища, убеждённый, что если тому больше лет, то он умней. Шум ночного прибоя внизу внезапно показался таким чужим, что Миша захотел домой.
— Да вот подозреваю, что мы во времени так же перелетели, как и в пространстве.
— Как это, дядя Андрей?
— Да хуй его знает! - Андрей задумчиво кивнул на постер. - Но эта баба, телефоны... Вчера на афише помнишь "Робокопа"?
— Ага!
— Это кино тоже примерно из тех времён. Я его ещё в клубе по видику смотрел, когда маленький был.
— Нихуя вы соображаете! В школе наверное хорошо учились?
— Ага, блять! В коридоре, в основном. - Андрей улыбнулся, слегка веселея. - Значит, так!
Он поднялся, Миша вскочил следом.
— Пойдём сейчас обратно в улицу, оглядимся, прикинем хуй к носу с новыми данными.
— Ага, понятно.

Они не торопясь вышли с холодного уже песка на бетон, босоногим он показался теплее, и двинулись тем же путём, что пришли. Прохожий народ был редкий к середине ночи, машины тоже, их сейчас можно было услышать издали. Миша без умолку болтал о случившемся вполголоса, скорее сам с собой, чем с Андреем, тот молчал, погружённый в свои мысли, пока они шли к перекрёстку и шагнув на проезжую часть он внезапно подпрыгнул от скрипа тормозов, вперемешку с громким сигналом, и упал навзничь, утянутый за футболку Мишей. Водитель, очевидно, грязно выругался на них в открытое окно и поехал дальше. Андрей с минуту сидел на пустынном тротуаре, под аккуратно росшим здесь из бетона богатым листвой деревом, как будто в ступоре, Миша озабоченно кудахтал вокруг, холодея от мысли, что только что мог остаться
в Америке совсем один. Внезапно взгляд Андрея прояснился и Миша, увидев это, вздохнул с облегчением и приготовился слушать план.

— Так. - Андрей быстро встал и прошёлся вокруг, высматривая что-то на близлежащих домах и зданиях.

Миша вопросительно смотрел туда же, куда и он.

— Камер нет нихуя! - объяснил Андрей. - Если сейчас 87 год, то их и не будет повсюду, как у нас там.
— Понял. А чего нам эти камеры? Спиздить их что-ли как дефицит и потом у нас продать? Ну если мы вдруг домой попадём, а там такой же год, как здесь. Мать говорила, что при Союзе нихуя нигде не было.
— Да ну! Схуя! - начал Андрей, но остановился и впервые посмотрел на Мишу с неким подобием уважения. - А башка у тебя варит маленько! Не камеры конечно, но тут дохуя чего можно насобирать... Привезти.. Как то отплыть что-ли... А, хуй с ним, это на потом оставим, сейчас первое дело денег чутка раздобыть.
— Ага! - Миша гордился, что выдал дельную мысль. - Деньги пиздец нужны. Так чего с камерами?

Андрей снова осмотрелся, на этот раз по сторонам от дороги и проводив взглядом проезжавшую машину, первую после той, что едва не сбила его.

— А то, что их нет, и хуй кто что докажет! - Андрей поёжился от прохладного порыва ветерка, пожалев на мгновение о своей разбросанной по Лос-Анжелесу верхней тёплой одежде. - Мы щас сделаем как в "Брате 2“, помнишь, когда он тоже по Америке шароёбился без нихуя?

Миша напряг переносицу.

— Пистолет будем делать и грабить что-ли?
— Ну ты совсем ёбнулся что-ли? Я у нас в деревне, где вор на воре отсидевший, ничего чужого не взял сроду, а тут, в чужой стране грабить начну?
— А чего тогда? - виновато потупился Миша.
— Под машину кинемся! Ну то есть тебе придётся.

Миша просиял, вспомнив нетленку.

— А, в натуре! Там негритянка, он потом дунул её... - бодро начав, но постепенно осознавая услышанное, он стал грустнеть. - А почему я, дядя Андрей?
— Ты не ссы, Миха! Я бы сам прыгнул, да видишь тут какие водилы? - Андрею было неприятно, что его авторитетный в глазах Миши образ стал терять позиции. - Чуть не сбил меня только что, а не только не вышел, ещё наверно и хуями обклал! Ладно хоть пизды не дал. Вдруг тоже попадётся здоровый, а у меня пока памарки забиты, вдруг он на тебя налетит, отпиздит и уедет. Пусть я лучше в готовности буду, всё таки я старше и посильней. Видели же на пляже сегодня, они все тут качаются блять!

Аргумент был здравый, Миша сразу это понял и снова смотрел на дядю Андрея почти как на отца.

Андрей начал планировать будущую подставу, водя Мишу за руку и не забывая оглядываться, благо ни одного человека так и не прошло мимо с момента, как они сюда пришли.

— Ты главное рано не выбегай! - инструктировал вдохновитель подопечного, - Вот тут под деревом стой, ствол широкий, тебя и не видно. Побежишь, когда я крикну, я вон там стоять буду, типа левый. Он перед поворотом сбавит, ты на капотину и подпрыгнешь. Нихуя страшного, Мишка. Меня на федералке бухого сбивали на полном ходу и нихуя! Вылез из сугроба, гачи обтряхнул и дальше подался. А это так, муде.
— Да правда что! Он же почти остановится перед поворотом, вы правильно говорите. - не смотря на весь свой ужас, Миша почти не боялся и старался смотреть весело, вера в дядю Андрея была крупной.
— Да конечно! - подтвердил тот. - Он ночью может поддатый до кучи, мы ментами пригрозим, а он сразу такой "да ну нахуй, вот вам сто долларов, ребята"!
— Ха, в натуре! Ну вы голова, дядя Андрей!
— Ну ладно, по местам! А то утро уже скоро, тут лето, хули, ночь короткая.
— Ага!

Миша занял указанную ему позицию под деревом, свесившим пушистую крону, Андрей отошёл немного вглубь тротуара, по задумке он начнёт идти, когда машина их жертвы поравняется с ним и окажется случайным свидетелем наезда, оказавшимся здесь в ту же минуту. Прохлада заставляла уже не ёжиться - дрожать, и добрых десять минут он стучал зубами, пока не услышал шум мотора.

Гордый Дядюшка Римус 31 23 мар 2025, 16:34 31 439946

>>432878
Миша уставился в огонь на несколько секунд, постепенно округляя глаза.
— Точно... Вот вы сказали, и точно... А чё это значит? - он с испугом посмотрел на старшего товарища, убеждённый, что если тому больше лет, то он умней. Шум ночного прибоя внизу внезапно показался таким чужим, что Миша захотел домой.
— Да вот подозреваю, что мы во времени так же перелетели, как и в пространстве.
— Как это, дядя Андрей?
— Да хуй его знает! - Андрей задумчиво кивнул на постер. - Но эта баба, телефоны... Вчера на афише помнишь "Робокопа"?
— Ага!
— Это кино тоже примерно из тех времён. Я его ещё в клубе по видику смотрел, когда маленький был.
— Нихуя вы соображаете! В школе наверное хорошо учились?
— Ага, блять! В коридоре, в основном. - Андрей улыбнулся, слегка веселея. - Значит, так!
Он поднялся, Миша вскочил следом.
— Пойдём сейчас обратно в улицу, оглядимся, прикинем хуй к носу с новыми данными.
— Ага, понятно.

Они не торопясь вышли с холодного уже песка на бетон, босоногим он показался теплее, и двинулись тем же путём, что пришли. Прохожий народ был редкий к середине ночи, машины тоже, их сейчас можно было услышать издали. Миша без умолку болтал о случившемся вполголоса, скорее сам с собой, чем с Андреем, тот молчал, погружённый в свои мысли, пока они шли к перекрёстку и шагнув на проезжую часть он внезапно подпрыгнул от скрипа тормозов, вперемешку с громким сигналом, и упал навзничь, утянутый за футболку Мишей. Водитель, очевидно, грязно выругался на них в открытое окно и поехал дальше. Андрей с минуту сидел на пустынном тротуаре, под аккуратно росшим здесь из бетона богатым листвой деревом, как будто в ступоре, Миша озабоченно кудахтал вокруг, холодея от мысли, что только что мог остаться
в Америке совсем один. Внезапно взгляд Андрея прояснился и Миша, увидев это, вздохнул с облегчением и приготовился слушать план.

— Так. - Андрей быстро встал и прошёлся вокруг, высматривая что-то на близлежащих домах и зданиях.

Миша вопросительно смотрел туда же, куда и он.

— Камер нет нихуя! - объяснил Андрей. - Если сейчас 87 год, то их и не будет повсюду, как у нас там.
— Понял. А чего нам эти камеры? Спиздить их что-ли как дефицит и потом у нас продать? Ну если мы вдруг домой попадём, а там такой же год, как здесь. Мать говорила, что при Союзе нихуя нигде не было.
— Да ну! Схуя! - начал Андрей, но остановился и впервые посмотрел на Мишу с неким подобием уважения. - А башка у тебя варит маленько! Не камеры конечно, но тут дохуя чего можно насобирать... Привезти.. Как то отплыть что-ли... А, хуй с ним, это на потом оставим, сейчас первое дело денег чутка раздобыть.
— Ага! - Миша гордился, что выдал дельную мысль. - Деньги пиздец нужны. Так чего с камерами?

Андрей снова осмотрелся, на этот раз по сторонам от дороги и проводив взглядом проезжавшую машину, первую после той, что едва не сбила его.

— А то, что их нет, и хуй кто что докажет! - Андрей поёжился от прохладного порыва ветерка, пожалев на мгновение о своей разбросанной по Лос-Анжелесу верхней тёплой одежде. - Мы щас сделаем как в "Брате 2“, помнишь, когда он тоже по Америке шароёбился без нихуя?

Миша напряг переносицу.

— Пистолет будем делать и грабить что-ли?
— Ну ты совсем ёбнулся что-ли? Я у нас в деревне, где вор на воре отсидевший, ничего чужого не взял сроду, а тут, в чужой стране грабить начну?
— А чего тогда? - виновато потупился Миша.
— Под машину кинемся! Ну то есть тебе придётся.

Миша просиял, вспомнив нетленку.

— А, в натуре! Там негритянка, он потом дунул её... - бодро начав, но постепенно осознавая услышанное, он стал грустнеть. - А почему я, дядя Андрей?
— Ты не ссы, Миха! Я бы сам прыгнул, да видишь тут какие водилы? - Андрею было неприятно, что его авторитетный в глазах Миши образ стал терять позиции. - Чуть не сбил меня только что, а не только не вышел, ещё наверно и хуями обклал! Ладно хоть пизды не дал. Вдруг тоже попадётся здоровый, а у меня пока памарки забиты, вдруг он на тебя налетит, отпиздит и уедет. Пусть я лучше в готовности буду, всё таки я старше и посильней. Видели же на пляже сегодня, они все тут качаются блять!

Аргумент был здравый, Миша сразу это понял и снова смотрел на дядю Андрея почти как на отца.

Андрей начал планировать будущую подставу, водя Мишу за руку и не забывая оглядываться, благо ни одного человека так и не прошло мимо с момента, как они сюда пришли.

— Ты главное рано не выбегай! - инструктировал вдохновитель подопечного, - Вот тут под деревом стой, ствол широкий, тебя и не видно. Побежишь, когда я крикну, я вон там стоять буду, типа левый. Он перед поворотом сбавит, ты на капотину и подпрыгнешь. Нихуя страшного, Мишка. Меня на федералке бухого сбивали на полном ходу и нихуя! Вылез из сугроба, гачи обтряхнул и дальше подался. А это так, муде.
— Да правда что! Он же почти остановится перед поворотом, вы правильно говорите. - не смотря на весь свой ужас, Миша почти не боялся и старался смотреть весело, вера в дядю Андрея была крупной.
— Да конечно! - подтвердил тот. - Он ночью может поддатый до кучи, мы ментами пригрозим, а он сразу такой "да ну нахуй, вот вам сто долларов, ребята"!
— Ха, в натуре! Ну вы голова, дядя Андрей!
— Ну ладно, по местам! А то утро уже скоро, тут лето, хули, ночь короткая.
— Ага!

Миша занял указанную ему позицию под деревом, свесившим пушистую крону, Андрей отошёл немного вглубь тротуара, по задумке он начнёт идти, когда машина их жертвы поравняется с ним и окажется случайным свидетелем наезда, оказавшимся здесь в ту же минуту. Прохлада заставляла уже не ёжиться - дрожать, и добрых десять минут он стучал зубами, пока не услышал шум мотора.

Показать весь текст
Ответы39984

Эпатажный Инженер Гарин 32 24 мар 2025, 08:08 32 439984

>>439946
Сердце застучало, машина приближалась, как только Андрей понял, что фары осветили его спину, быстро зашагал в сторону засады. Но авто и не думало сбавлять ход, хотя обязано было, прижавшись к тротуару и двигаясь к повороту направо. Оно уже миновало Андрея, тот побежал, крича, но было уже поздно. Запрыгнувший как сайгак из-под дерева на капот Миша тут же взлетел вверх и вперёд, ускорённый лобовым стеклом в спину. Раздался визг тормозов, машина пошла юзом и через секунду замерла посреди пустой улицы.

"Убил пацана нахуй!" - неслось в голове у Андрея, пока он подбегал к Мише, лежащему поодаль в свете фар. Он аккуратно подхватил его под голову, приподнял, с облегчением увидев возвращающееся сознание в детских глазах. Из машины наконец вышел мужчина и, схватившись обеими руками за макушку, засеменил к ним.

— Ты чё, мудак ёбаный блять!? Тебя кто учил ездить? - забылся Андрей. - Ну блять не дай Бог покалечил...

В этот момент он краем глаза увидел на противоположной стороне улицы небольшого роста прохожего, который замер на месте, услышав громкую ругань. Он растерянно смотрел большими глазами. Эти глаза почему-то заставили Андрея застыть на секунду, однако он резко опомнился и продолжил сыпать страшными тюремными проклятиями в адрес молчащего шофера.
Миша, однако, казался гораздо спокойнее своего учителя, сел и стал осторожно ощупывать себя. Бледный водитель несколько мгновений молчал, очевидно пребывая в шоке, затем уставился на них удивлённо, словно увидел инопланетян.

— Вы что, русские, товарищи? - изумлённо спросил он.

Андрей опешил. Он аккуратно отпустил Мишу и встал во весь рост, разглядывая аварийщика.

— Вот нихуя себе! - удивлённо проговорил он. - Ты тоже русский?
— Да я, собственно, бывший... - мужчина понемногу приходил в себя. Он, наконец, с заботой бросился к встающему на ноги потерпевшему, взял под локоть и помог подняться.
— Нормально взлетел! - улыбнулся Миша мужчине.
— Фу блять! - выдохнул Андрей, уперев руки на пояснице. Хотя ночь становилась ещё прохладнее, он теперь потел. - Нихуя нигде не сломал?
— Вроде нет! - Миша ещё раз быстро ощупал себя. - Спину отбило только!

Мужчина достал платок из внутреннего кармана пиджака и вытер мокрый лоб трясущейся рукой.

— Простите меня пожалуйста! Не знаю, как это получилось, видимо выключился на секунду... Двадцать два года стаж, а такое впервые..
— Да вы не переживайте, всё нормально! - ободрил человека Миша.
— Нихуя не нормально! - возразил Андрей. - Шутка ли блять! На двадцать метров улетел!

Едва обрадовавшийся мужчина снова запаниковал.

— Конечно, конечно.. - пробормотал он. - Давайте полицию вызывать..
— Да ну, чего вы, дядя Андрей! Человек вон и так испугался до смерти. - заступился сердобольный Миша.
— Ну хуй знает, сам решай, в конце концов. - Андрей махнул рукой и огляделся. Вокруг было так же пусто, хотя мужичок всё ещё стоял на прежнем месте, сейчас Андрей заметил его усы.
— Товарищи! - с фальшивой бодростью сказал водитель, Андрей, вздрогнув, повернулся к нему от странного прохожего. - Тогда дайте мне хоть немного вину перед вами загладить. Вон там есть кинотеатр с кафе, он круглосуточный, давайте зайдём и там поговорим.

Забайкальцы согласились. Мужчина быстро сел в машину, Андрей на минуту испугался, что он сбежит, но тот проехал метров пятьдесят, остановился у обочины и вылез, захлопнув дверь. Они подошли к нему и уже втроём пересекли улицу по направлению к приятно светящемуся среди спящих окрестностей кинотеатру. Поднялись по ступеням, мужчина вёл, Андрей шёл последним и прежде чем войти внутрь, он оглянулся, почему-то уверенный, что снова увидит этого чем-то необычного человечка, но ошибся. Мужчины не было. Андрей скользнул внутрь.

В кафе помимо них было ещё только двое - молодая парочка влюблённых, сидевших за угловым столиком и тихо смеющихся о чём-то своем. Соотечественники же заняли столик у стеклянной стены, за которой не было видно улицы, только собственные отражения в мягком электрическом свете. Андрей и Миша ждали мужчину, который ушёл за заказом, так как официантов ночью не было, и живо обсуждали произошедшее шёпотом, замолчав с появлением нового знакомого с подносом в руках. Он поставил его и стал выставлять еду на стол. Он принёс три порции пиццы, три больших кружки с горячим какао, картошку-фри и три чизбургера. Расставив добро, он положил поднос на соседний пустой столик, присел рядом и заговорил.
— Во-первых, ребята, меня зовут Илья. - он протянул руку, получив пожатие с именами в ответ и продолжил. - Во-вторых, ещё раз прошу прощения за аварию, вот Господь свидетель! Никогда раньше...
— Да ладно вам, дядя Илья! - перебил Миша. - У меня не то что перелома, крови нет!
— И всё же! - настаивал Илья, доставая кошелёк. - Всё, что есть - отдам.

Было у него двести шестнадцать долларов, все перекочевали к Андрею - Миша тут же передал ему их, как только со стеснением взял у Ильи.

— Вы откуда, ребята? И почему в таком виде ночью? Босиком и посреди улицы, что с вами случилось? - продолжил Илья участливо. Он был примерно одного с Андреем возраста, высок ростом, имел светлые кудрявые волосы и большой нос - его лицо было обаятельным и располагающим к себе, хотя и некрасивым.
— Моряки мы. - жуя начал легенду Андрей, он её на всякий случай придумал ещё на пляже. - Приплыли за бананами, апельсинами и прочей тряхомудией, но пока грузились полиция понаехали, у нас в команде шпионы какие-то оказались. Двое тоже, мы же все погулять пошли, пока время есть.. - Андрей допивал какао, Илья понимающе кивал. - Ну они там в городе какую-то хуйню фотали, их копы задержали. Наши говорят, мол, мы шпили-вили посмотреть, а это случайно какое то посольство оказалось, хуё-моё. Ну их отпустили, мы вот с Мишкой тоже пошли погулять, а в этот момент видимо пришел приказ с Лубянки этих двоих вывозить пока не поздно, ну корабль и съебался тут же. А мы тут остались.
— Ох, беда, беда.. - покачал головой Илья, Миша слушал Андрея застыв от удивления с набитым ртом.
— Пиздец конкретный! - согласился Андрей. - А что босые... Я в тапках ходил налегке, а мы куда-то забрели не туда и от негров убегали, вот и потерял. Слетели... А Мишкины кеды наверное улетели когда ты ебанул его!
— Да-да, конечно! Завтра же куплю новые!

Андрей впервые заметил большие часы на стене, они показывали десять минут второго. "Нихуя себе, а как будто эта ночь идёт вечно", пронеслось у него в голове.

Эпатажный Инженер Гарин 32 24 мар 2025, 08:08 32 439984

>>439946
Сердце застучало, машина приближалась, как только Андрей понял, что фары осветили его спину, быстро зашагал в сторону засады. Но авто и не думало сбавлять ход, хотя обязано было, прижавшись к тротуару и двигаясь к повороту направо. Оно уже миновало Андрея, тот побежал, крича, но было уже поздно. Запрыгнувший как сайгак из-под дерева на капот Миша тут же взлетел вверх и вперёд, ускорённый лобовым стеклом в спину. Раздался визг тормозов, машина пошла юзом и через секунду замерла посреди пустой улицы.

"Убил пацана нахуй!" - неслось в голове у Андрея, пока он подбегал к Мише, лежащему поодаль в свете фар. Он аккуратно подхватил его под голову, приподнял, с облегчением увидев возвращающееся сознание в детских глазах. Из машины наконец вышел мужчина и, схватившись обеими руками за макушку, засеменил к ним.

— Ты чё, мудак ёбаный блять!? Тебя кто учил ездить? - забылся Андрей. - Ну блять не дай Бог покалечил...

В этот момент он краем глаза увидел на противоположной стороне улицы небольшого роста прохожего, который замер на месте, услышав громкую ругань. Он растерянно смотрел большими глазами. Эти глаза почему-то заставили Андрея застыть на секунду, однако он резко опомнился и продолжил сыпать страшными тюремными проклятиями в адрес молчащего шофера.
Миша, однако, казался гораздо спокойнее своего учителя, сел и стал осторожно ощупывать себя. Бледный водитель несколько мгновений молчал, очевидно пребывая в шоке, затем уставился на них удивлённо, словно увидел инопланетян.

— Вы что, русские, товарищи? - изумлённо спросил он.

Андрей опешил. Он аккуратно отпустил Мишу и встал во весь рост, разглядывая аварийщика.

— Вот нихуя себе! - удивлённо проговорил он. - Ты тоже русский?
— Да я, собственно, бывший... - мужчина понемногу приходил в себя. Он, наконец, с заботой бросился к встающему на ноги потерпевшему, взял под локоть и помог подняться.
— Нормально взлетел! - улыбнулся Миша мужчине.
— Фу блять! - выдохнул Андрей, уперев руки на пояснице. Хотя ночь становилась ещё прохладнее, он теперь потел. - Нихуя нигде не сломал?
— Вроде нет! - Миша ещё раз быстро ощупал себя. - Спину отбило только!

Мужчина достал платок из внутреннего кармана пиджака и вытер мокрый лоб трясущейся рукой.

— Простите меня пожалуйста! Не знаю, как это получилось, видимо выключился на секунду... Двадцать два года стаж, а такое впервые..
— Да вы не переживайте, всё нормально! - ободрил человека Миша.
— Нихуя не нормально! - возразил Андрей. - Шутка ли блять! На двадцать метров улетел!

Едва обрадовавшийся мужчина снова запаниковал.

— Конечно, конечно.. - пробормотал он. - Давайте полицию вызывать..
— Да ну, чего вы, дядя Андрей! Человек вон и так испугался до смерти. - заступился сердобольный Миша.
— Ну хуй знает, сам решай, в конце концов. - Андрей махнул рукой и огляделся. Вокруг было так же пусто, хотя мужичок всё ещё стоял на прежнем месте, сейчас Андрей заметил его усы.
— Товарищи! - с фальшивой бодростью сказал водитель, Андрей, вздрогнув, повернулся к нему от странного прохожего. - Тогда дайте мне хоть немного вину перед вами загладить. Вон там есть кинотеатр с кафе, он круглосуточный, давайте зайдём и там поговорим.

Забайкальцы согласились. Мужчина быстро сел в машину, Андрей на минуту испугался, что он сбежит, но тот проехал метров пятьдесят, остановился у обочины и вылез, захлопнув дверь. Они подошли к нему и уже втроём пересекли улицу по направлению к приятно светящемуся среди спящих окрестностей кинотеатру. Поднялись по ступеням, мужчина вёл, Андрей шёл последним и прежде чем войти внутрь, он оглянулся, почему-то уверенный, что снова увидит этого чем-то необычного человечка, но ошибся. Мужчины не было. Андрей скользнул внутрь.

В кафе помимо них было ещё только двое - молодая парочка влюблённых, сидевших за угловым столиком и тихо смеющихся о чём-то своем. Соотечественники же заняли столик у стеклянной стены, за которой не было видно улицы, только собственные отражения в мягком электрическом свете. Андрей и Миша ждали мужчину, который ушёл за заказом, так как официантов ночью не было, и живо обсуждали произошедшее шёпотом, замолчав с появлением нового знакомого с подносом в руках. Он поставил его и стал выставлять еду на стол. Он принёс три порции пиццы, три больших кружки с горячим какао, картошку-фри и три чизбургера. Расставив добро, он положил поднос на соседний пустой столик, присел рядом и заговорил.
— Во-первых, ребята, меня зовут Илья. - он протянул руку, получив пожатие с именами в ответ и продолжил. - Во-вторых, ещё раз прошу прощения за аварию, вот Господь свидетель! Никогда раньше...
— Да ладно вам, дядя Илья! - перебил Миша. - У меня не то что перелома, крови нет!
— И всё же! - настаивал Илья, доставая кошелёк. - Всё, что есть - отдам.

Было у него двести шестнадцать долларов, все перекочевали к Андрею - Миша тут же передал ему их, как только со стеснением взял у Ильи.

— Вы откуда, ребята? И почему в таком виде ночью? Босиком и посреди улицы, что с вами случилось? - продолжил Илья участливо. Он был примерно одного с Андреем возраста, высок ростом, имел светлые кудрявые волосы и большой нос - его лицо было обаятельным и располагающим к себе, хотя и некрасивым.
— Моряки мы. - жуя начал легенду Андрей, он её на всякий случай придумал ещё на пляже. - Приплыли за бананами, апельсинами и прочей тряхомудией, но пока грузились полиция понаехали, у нас в команде шпионы какие-то оказались. Двое тоже, мы же все погулять пошли, пока время есть.. - Андрей допивал какао, Илья понимающе кивал. - Ну они там в городе какую-то хуйню фотали, их копы задержали. Наши говорят, мол, мы шпили-вили посмотреть, а это случайно какое то посольство оказалось, хуё-моё. Ну их отпустили, мы вот с Мишкой тоже пошли погулять, а в этот момент видимо пришел приказ с Лубянки этих двоих вывозить пока не поздно, ну корабль и съебался тут же. А мы тут остались.
— Ох, беда, беда.. - покачал головой Илья, Миша слушал Андрея застыв от удивления с набитым ртом.
— Пиздец конкретный! - согласился Андрей. - А что босые... Я в тапках ходил налегке, а мы куда-то забрели не туда и от негров убегали, вот и потерял. Слетели... А Мишкины кеды наверное улетели когда ты ебанул его!
— Да-да, конечно! Завтра же куплю новые!

Андрей впервые заметил большие часы на стене, они показывали десять минут второго. "Нихуя себе, а как будто эта ночь идёт вечно", пронеслось у него в голове.

Показать весь текст
Ответы40004

Эпатажный Инженер Гарин 33 24 мар 2025, 16:27 33 440004

>>439984
Пока ели, Илья рассказал, что приехал сюда пятнадцать лет назад, вырвавшись через еврейство. В Союзе он немного работал актёром, назвал несколько фильмов со своим участием, Андрей свежливил "кажется, смотрел". Переехав сюда со временем тоже заимел связи в местном кинобизнесе, но ничего особо большого, как он сказал. Перекусив, Илья достал пачку "Кэмела", они с Андреем закурили, продолжая беседу, Миша, глядя на них, уже не пытался вникать в разговор, а наоборот, раз за разом зевал - безумные события последних суток начинали отдавать его щуплое тело в мягкие руки сонной усталости.

Как будто из ниоткуда пошёл дождь, застучав по стеклу.

— Это редко здесь. - заметил Илья, посмотрев на улицу, а затем на свои часы, обернувшись, сверился и с настенными. - Без десяти два уже. Везде опоздал. - вздохнул он. Дверь в кафе, где они сидели, была открыта настежь в фойе и Илья, сидевший лицом к ней, проводил взглядом небольшую компанию людей, прошедших в сторону кинозала.
Андрей обернулся.
— Это чё, они кино пришли смотреть в два часа ночи? Нихуя себе, Полуночники!
— А это сегодня большая премьера, "Предэйтор". Я тоже хотел посмотреть, днём времени не было, вечером тоже, потом вас встретил. А, завтра схожу. - махнул он рукой и вернулся к недоговорённому. - Андрей, давай так поступим - я здесь в двух шагах мотель знаю, сейчас вас там пристроим, завтра прикинем насчёт работы. Я не знаю, правда, нужны ли тут кочегары, как ты спрашиваешь, тут же тепло всегда, но другую работу наверняка подыщем, это не проблема. Потом в посольство обратимся.
— Ой, спасибо тебе! Действительно, вот, Бог послал! Пацан вот, - Андрей убавил голос и кивнул на запрокинувшего во сне голову Мишу. - Всё меня спрашивает "чё делать"? А ему же не скажешь, "отъебись", хоть я сам нихуя не понимаю, ни языка, ни бэ ни мэ, ребёнок ещё хули...
— Конечно, но ты не благодари, я сам виноват, едва не убил его. Ну пойдем тогда?

Андрей потряс Мишу за плечо и вся компания пошла в туалет, через пару минут снова выйдя в фойе. Через стеклянную дверь было видно, что дождь уже превратился в ливень. Андрей оценил их с Мишей одежду и повернулся к двери в кинозал.
— Давайте там пересидим? - он вопросительно посмотрел на Илью.
Тот согласился и уходя за билетами обернулся и осмотрел новых знакомых сверху донизу, засмеявшись особо от их босых ног.

В большом зале было прохладно и немноголюдно. Сеанс только начинался и яркий свет экрана позволил рассмотреть красные, велюровые кресла и такого же цвета портьеры на стенах. Пройдя вниз до середины, они упали в ближние от прохода три кресла, не заботясь о правильных номерах. Мише потребовалось меньше минуты, чтобы снова уснуть, Андрей же, взглянув на экран, опознал фильм с первых секунд. Он сразу вспомнил оказию десятилетней давности, когда он устроился на лето скотником на далёкую степную стоянку и так как из развлечений был только не ловивший здесь каналов телевизор с двд-приставкой и тремя дисками, то эти три фильма он выучил наизусть. "Хищник", который только что начался, Андрей только сейчас понял, что Илья про него говорил, два других были "Привидение" и "Цыпочка". Он только теперь начал осознавать, что с ними произошло - мать не думает, что он замёрз пьяным. "Она вообще сама ещё молодая, а мне семь лет только", сосчитал он. "Что делать, когда вернёмся? И вернёмся ли? Рассказывать про всё это - в дурдом увезут. Хотя может никаких дурдомов больше нет, и вообще ничего нет, всё волна накрыла. Но мы то перенеслись, хотя автобус ебануло, хуй его знает что и думать вообще. Может волна сюда дойдет... Хотя схуяли она дойдёт, мы же в прошлом, тогда никаких волн не было, мы бы знали, если бы они были. Это получается тридцать семь лет назад было, то есть есть, сейчас это тридцать семь лет назад... А, блять, тут сам чёрт хуй сломит. Ладно, я подумаю об этом завтра".

Андрей потрёс головой, вылезая из своих раздумий, посмотрел на развалившегося в кресле, окончательно уснувшего Мишу, Илья с другой стороны смотрел увлечённо в экран, Андрей присоединился. Через минуту он украдкой ухмыльнулся.
— Эта хуйня, что за ними следит, она наверное выжидает и первого кончит очкастого. - прошептал он, наклонившись к Илье. Тот возбуждённо пожал плечами.
— Дилан что-то свое мутит походу. - вскоре продолжил он предсказания.
Когда персонажи Шварценеггера и Уэзерса повздорили, Илья весело глянул на Андрея, тот удовлетворённо хмыкнул. Смерть Хокинса уже вызвала в Илье не веселье, а некоторое удивление.
— Ну понятно, сейчас будет их хуюжить один за одним, как "Десять негритят"! - Андрей после каждой своей реплики отворачивался в сторону, боясь, что Илья заметит его едва сдерживаемый смех. Отдышавшись на проходных сценах, он шептал свои предвидения Илье насчёт ключевых и снова пытался не захохотать, когда Илья округлял глаза, видя в фильме сбывавшееся.
— Я бы на их месте простые ловушки понаделал, железные то он видит своим зрением.
— Это заебись, что он в реку упал. Эта хуйня же через тепловизор смотрит, авось не заметит. Во, во, тут ещё и грязь поработает на него!
— Беги, долбоёб! Он сейчас самоуничтожение врубит!
Андрей не унимался, ему очень понравилось это занятие. Илья же ближе к концовке смотрел на него уже с изумлением, кино теперь интересовало его только как подтверждение теорий соседа.

Он не сводил с него глаз, даже когда они вышли из зала, с трудом разбудив Мишу. Дождь закончился, с десяток человек тянулись к выходу, вся троица вышла в свежий, озоновый воздух вместе с этой кучкой любителей не спать ночью. Время было почти четыре.
— Ну куда поведёшь, Сусанин? - Андрей, остановившись на ступенях, глянул с улыбкой на Илью и осёкся от его серьезного лица.
— Ты же не смотрел фильм до этого? Ты не мог его видеть! Он сегодня утром только вышел, вы без денег, документов, босиком... Как ты всё знал наперёд?
Миша зевал, непонимающе глядя то на одного, то на другого.
— А у меня фантазия богатая. С детства. - нашёлся Андрей, он пока не рисковал говорить ему правду, боясь, что он не поверит и сбежит. - Мы вот бывало с родителями смотрели "Шерлока Холмса" и я так же им наперёд всё рассказывал. Ну вот такая хуйня, я не учился нигде, семь классов и два коридора, как говорится, а вот в этом здорово секу!

Илья задумчиво смотрел на него с минуту, Андрей опять начал ёжиться от холода, Миша тоже обняв себя переминался с одной босой ноги на другую.

— Ну хорошо, пойдём. Вот тут недалеко, пешком доберёмся, - он показал рукой направление, потом уже на ходу перебрал кредитные карты в бумажнике. - Снимем двухместный номер на несколько дней. Кажется, я придумал тебе работу.

По пути зашли в магазин, Илья купил пакет продуктов, объяснив, что лишний раз выходить на улицу им не стоит. Андрей всунул в пакет бутылку виски, тот не возражал. Когда дошли до места, уже начинало светать.

Эпатажный Инженер Гарин 33 24 мар 2025, 16:27 33 440004

>>439984
Пока ели, Илья рассказал, что приехал сюда пятнадцать лет назад, вырвавшись через еврейство. В Союзе он немного работал актёром, назвал несколько фильмов со своим участием, Андрей свежливил "кажется, смотрел". Переехав сюда со временем тоже заимел связи в местном кинобизнесе, но ничего особо большого, как он сказал. Перекусив, Илья достал пачку "Кэмела", они с Андреем закурили, продолжая беседу, Миша, глядя на них, уже не пытался вникать в разговор, а наоборот, раз за разом зевал - безумные события последних суток начинали отдавать его щуплое тело в мягкие руки сонной усталости.

Как будто из ниоткуда пошёл дождь, застучав по стеклу.

— Это редко здесь. - заметил Илья, посмотрев на улицу, а затем на свои часы, обернувшись, сверился и с настенными. - Без десяти два уже. Везде опоздал. - вздохнул он. Дверь в кафе, где они сидели, была открыта настежь в фойе и Илья, сидевший лицом к ней, проводил взглядом небольшую компанию людей, прошедших в сторону кинозала.
Андрей обернулся.
— Это чё, они кино пришли смотреть в два часа ночи? Нихуя себе, Полуночники!
— А это сегодня большая премьера, "Предэйтор". Я тоже хотел посмотреть, днём времени не было, вечером тоже, потом вас встретил. А, завтра схожу. - махнул он рукой и вернулся к недоговорённому. - Андрей, давай так поступим - я здесь в двух шагах мотель знаю, сейчас вас там пристроим, завтра прикинем насчёт работы. Я не знаю, правда, нужны ли тут кочегары, как ты спрашиваешь, тут же тепло всегда, но другую работу наверняка подыщем, это не проблема. Потом в посольство обратимся.
— Ой, спасибо тебе! Действительно, вот, Бог послал! Пацан вот, - Андрей убавил голос и кивнул на запрокинувшего во сне голову Мишу. - Всё меня спрашивает "чё делать"? А ему же не скажешь, "отъебись", хоть я сам нихуя не понимаю, ни языка, ни бэ ни мэ, ребёнок ещё хули...
— Конечно, но ты не благодари, я сам виноват, едва не убил его. Ну пойдем тогда?

Андрей потряс Мишу за плечо и вся компания пошла в туалет, через пару минут снова выйдя в фойе. Через стеклянную дверь было видно, что дождь уже превратился в ливень. Андрей оценил их с Мишей одежду и повернулся к двери в кинозал.
— Давайте там пересидим? - он вопросительно посмотрел на Илью.
Тот согласился и уходя за билетами обернулся и осмотрел новых знакомых сверху донизу, засмеявшись особо от их босых ног.

В большом зале было прохладно и немноголюдно. Сеанс только начинался и яркий свет экрана позволил рассмотреть красные, велюровые кресла и такого же цвета портьеры на стенах. Пройдя вниз до середины, они упали в ближние от прохода три кресла, не заботясь о правильных номерах. Мише потребовалось меньше минуты, чтобы снова уснуть, Андрей же, взглянув на экран, опознал фильм с первых секунд. Он сразу вспомнил оказию десятилетней давности, когда он устроился на лето скотником на далёкую степную стоянку и так как из развлечений был только не ловивший здесь каналов телевизор с двд-приставкой и тремя дисками, то эти три фильма он выучил наизусть. "Хищник", который только что начался, Андрей только сейчас понял, что Илья про него говорил, два других были "Привидение" и "Цыпочка". Он только теперь начал осознавать, что с ними произошло - мать не думает, что он замёрз пьяным. "Она вообще сама ещё молодая, а мне семь лет только", сосчитал он. "Что делать, когда вернёмся? И вернёмся ли? Рассказывать про всё это - в дурдом увезут. Хотя может никаких дурдомов больше нет, и вообще ничего нет, всё волна накрыла. Но мы то перенеслись, хотя автобус ебануло, хуй его знает что и думать вообще. Может волна сюда дойдет... Хотя схуяли она дойдёт, мы же в прошлом, тогда никаких волн не было, мы бы знали, если бы они были. Это получается тридцать семь лет назад было, то есть есть, сейчас это тридцать семь лет назад... А, блять, тут сам чёрт хуй сломит. Ладно, я подумаю об этом завтра".

Андрей потрёс головой, вылезая из своих раздумий, посмотрел на развалившегося в кресле, окончательно уснувшего Мишу, Илья с другой стороны смотрел увлечённо в экран, Андрей присоединился. Через минуту он украдкой ухмыльнулся.
— Эта хуйня, что за ними следит, она наверное выжидает и первого кончит очкастого. - прошептал он, наклонившись к Илье. Тот возбуждённо пожал плечами.
— Дилан что-то свое мутит походу. - вскоре продолжил он предсказания.
Когда персонажи Шварценеггера и Уэзерса повздорили, Илья весело глянул на Андрея, тот удовлетворённо хмыкнул. Смерть Хокинса уже вызвала в Илье не веселье, а некоторое удивление.
— Ну понятно, сейчас будет их хуюжить один за одним, как "Десять негритят"! - Андрей после каждой своей реплики отворачивался в сторону, боясь, что Илья заметит его едва сдерживаемый смех. Отдышавшись на проходных сценах, он шептал свои предвидения Илье насчёт ключевых и снова пытался не захохотать, когда Илья округлял глаза, видя в фильме сбывавшееся.
— Я бы на их месте простые ловушки понаделал, железные то он видит своим зрением.
— Это заебись, что он в реку упал. Эта хуйня же через тепловизор смотрит, авось не заметит. Во, во, тут ещё и грязь поработает на него!
— Беги, долбоёб! Он сейчас самоуничтожение врубит!
Андрей не унимался, ему очень понравилось это занятие. Илья же ближе к концовке смотрел на него уже с изумлением, кино теперь интересовало его только как подтверждение теорий соседа.

Он не сводил с него глаз, даже когда они вышли из зала, с трудом разбудив Мишу. Дождь закончился, с десяток человек тянулись к выходу, вся троица вышла в свежий, озоновый воздух вместе с этой кучкой любителей не спать ночью. Время было почти четыре.
— Ну куда поведёшь, Сусанин? - Андрей, остановившись на ступенях, глянул с улыбкой на Илью и осёкся от его серьезного лица.
— Ты же не смотрел фильм до этого? Ты не мог его видеть! Он сегодня утром только вышел, вы без денег, документов, босиком... Как ты всё знал наперёд?
Миша зевал, непонимающе глядя то на одного, то на другого.
— А у меня фантазия богатая. С детства. - нашёлся Андрей, он пока не рисковал говорить ему правду, боясь, что он не поверит и сбежит. - Мы вот бывало с родителями смотрели "Шерлока Холмса" и я так же им наперёд всё рассказывал. Ну вот такая хуйня, я не учился нигде, семь классов и два коридора, как говорится, а вот в этом здорово секу!

Илья задумчиво смотрел на него с минуту, Андрей опять начал ёжиться от холода, Миша тоже обняв себя переминался с одной босой ноги на другую.

— Ну хорошо, пойдём. Вот тут недалеко, пешком доберёмся, - он показал рукой направление, потом уже на ходу перебрал кредитные карты в бумажнике. - Снимем двухместный номер на несколько дней. Кажется, я придумал тебе работу.

По пути зашли в магазин, Илья купил пакет продуктов, объяснив, что лишний раз выходить на улицу им не стоит. Андрей всунул в пакет бутылку виски, тот не возражал. Когда дошли до места, уже начинало светать.

Показать весь текст

468 Кб, 1080x1363
Развратная Турандот 34 13 сен, 11:18 34 447709

ГРОЗА

— Ты не тявкай, а подвязывай! Повыше только, а то переломает! Вон какая дура лезет! - Галина кивнула на тучу, уже изрядно нависшую над полем за деревней. - Штормовое будет как пить дать, вот увидишь!
— А я тебе с утра ещё сказала "пойдём подвяжем, вон над Черемхово уже темно", да тебе хули говорить... Бесполезно.. Всё по своему вечно..

Татьяна отвечала сестре, не поднимая головы и не отрываясь от дела, жилистые, пожилые руки сноровисто притягивали стебли неокрепших ещё томатов к воткнутым рядом палочкам полосками аккуратно нарезанных тряпочек.

Вообще они были двойняшками и хотя ругались между собой каждый Божий день, но всегда не обидно и по мелочам, крупных ссор у них не было никогда. Как родились, так и не расставались, обе в разные годы выходили замуж, уезжали, но едва ли могли провести далеко друг от друга хотя бы полгода, потому скоро собирали чемодан и возвращались в капитальную избу уже умершей матери без предупреждения письмом или телеграммой, без этого зная, что родная душа ждёт дома. Так оно и было.

— Ой блять! Уже гремит там! Завтра в коровнике опять пиздец во дворе будет. В болотниках надо будет на работу идти.
Работали сёстры тоже всю жизнь вместе, доярками на соседних рядах.

Закончив помогать огородному зелёному миру подготовиться к грядущей непогоде, они сидели на веранде и пили чай. Время клонилось к вечеру, асфальтового цвета туча добавила своей темноты и деревня оказалась будто под тёмным куполом, да таким, что сёстрам пришлось включить свет, хотя не было ещё и десяти июньских часов.

— Ну что-то будет. - заключила в который раз Галина, выглянув в открытую от духоты дверь из сеней во двор. - Нас утром кто везёт?
— Ваня Залупочёсов, дядя Вася ещё в больнице.
— Ой этот Ваня ёбаный, я до смерти боюсь когда он на плошкот заезжает. - поёжилась Галина. - Вечно не за руль держится, а муде свои гнилые скребёт. Вода за ночь наверняка ещё подкинет, я слезу, когда он будет заезжать.
— Ага. - согласилась Татьяна. - Я вот всё над Маринкой удивляюсь, похуй бабе, ничего не боится. На лодках помнишь? Мы там крестимся, как с этими флягами бы на дно не уйти, а она на нос залезла и поёт!
— А у неё же не хватает маленько. Помнишь, она до самой своей свадьбы глину ела ложками.
— Это между прочим кому чего не хватает в организме. Тут переёбывать людей не надо насчёт этого...
— Чего блять не хватает?! - перебив, Галина не дала сестре закончить мысль. - Глины в организме? Ты тоже, смотрю, навроде её, с припиздью!

Немного пособачившись, отведя таким ежедневным образом душу, сёстры вспомнили про очередную серию "Рабыни Изауры", но "Кварц 306" только шумел серым экраном. "В райцентре свет потух", предположила Татьяна. Посокрушавшись несколько минут по поводу неизвестной пока судьбы Леонсио, они засобиралась ложиться спать, уже приближалось к одиннадцати, в тяжёлой колхозной жизни это было время, когда наиболее полно чувствовался упадок оставленных за весь день сил.

Радио, висевшее на стене последние тридцать лет, негромко вносило свою толику жизни в дом, деликатно сообщая об успехах и отдельных недостатках в стране. Сёстры уже уснули, когда первый сухой щелчок ударил сквозь густой воздух уже в пределах, которые относились к деревне официально по бумагам, то есть километрах в пяти от околицы, но он не потревожил спящих, если от усталости всё же суметь заснуть, то потом до самого утра всё снаружи неважно. Первые капли уже летели вниз где-то, сверкнуло, через секунду снова будто пастух размахнулся и ударил бичом по пыльной дороге, несмотря на это радио так же мерно делало свою работу, теперь от вестей с полей перейдя к передачам для тех, кто не спит. По крыше застучало, сперва редко, но спустя мгновения всё село накрыло сплошной водной стеной. "Продукцию западногерманской фирмы "Профемалив", презервативы Gorby Condom" продемонстрировал в Москве представитель фирмы Франс Урхан, в рамках состоявшейся благотворительной акции "АнтиСпид". В доверительной беседе с нашим корреспондентом господин Урхан сообщил, что данное название кондомов, помимо чисто коммерческой мотивации использования фамилии нашего президента, имеет и иное, аллегорическое обоснование. Горбачёв вскружил головы доверчивым западным людям и сейчас, пользуясь их расположением, стремится проникнуть в их святая святых. Не озабоченная в столь метафизическом плане, но озабоченная в принципе московская молодёжь растащила все образцы презервативов, чем повергла господина Урхана в уныние - ему придётся компенсировать потери фирмы из своего ка...". Приёмник неожиданно зашипел после очередного, ставшего уже частым всполоха молнии, не дав диктору договорить, затем разразился серией причудливых звуков и свистов, сквозь которые вскоре в спящий дом прорвались далёкие мужские голоса.

468 Кб, 1080x1363
Развратная Турандот 34 13 сен, 11:18 34 447709

ГРОЗА

— Ты не тявкай, а подвязывай! Повыше только, а то переломает! Вон какая дура лезет! - Галина кивнула на тучу, уже изрядно нависшую над полем за деревней. - Штормовое будет как пить дать, вот увидишь!
— А я тебе с утра ещё сказала "пойдём подвяжем, вон над Черемхово уже темно", да тебе хули говорить... Бесполезно.. Всё по своему вечно..

Татьяна отвечала сестре, не поднимая головы и не отрываясь от дела, жилистые, пожилые руки сноровисто притягивали стебли неокрепших ещё томатов к воткнутым рядом палочкам полосками аккуратно нарезанных тряпочек.

Вообще они были двойняшками и хотя ругались между собой каждый Божий день, но всегда не обидно и по мелочам, крупных ссор у них не было никогда. Как родились, так и не расставались, обе в разные годы выходили замуж, уезжали, но едва ли могли провести далеко друг от друга хотя бы полгода, потому скоро собирали чемодан и возвращались в капитальную избу уже умершей матери без предупреждения письмом или телеграммой, без этого зная, что родная душа ждёт дома. Так оно и было.

— Ой блять! Уже гремит там! Завтра в коровнике опять пиздец во дворе будет. В болотниках надо будет на работу идти.
Работали сёстры тоже всю жизнь вместе, доярками на соседних рядах.

Закончив помогать огородному зелёному миру подготовиться к грядущей непогоде, они сидели на веранде и пили чай. Время клонилось к вечеру, асфальтового цвета туча добавила своей темноты и деревня оказалась будто под тёмным куполом, да таким, что сёстрам пришлось включить свет, хотя не было ещё и десяти июньских часов.

— Ну что-то будет. - заключила в который раз Галина, выглянув в открытую от духоты дверь из сеней во двор. - Нас утром кто везёт?
— Ваня Залупочёсов, дядя Вася ещё в больнице.
— Ой этот Ваня ёбаный, я до смерти боюсь когда он на плошкот заезжает. - поёжилась Галина. - Вечно не за руль держится, а муде свои гнилые скребёт. Вода за ночь наверняка ещё подкинет, я слезу, когда он будет заезжать.
— Ага. - согласилась Татьяна. - Я вот всё над Маринкой удивляюсь, похуй бабе, ничего не боится. На лодках помнишь? Мы там крестимся, как с этими флягами бы на дно не уйти, а она на нос залезла и поёт!
— А у неё же не хватает маленько. Помнишь, она до самой своей свадьбы глину ела ложками.
— Это между прочим кому чего не хватает в организме. Тут переёбывать людей не надо насчёт этого...
— Чего блять не хватает?! - перебив, Галина не дала сестре закончить мысль. - Глины в организме? Ты тоже, смотрю, навроде её, с припиздью!

Немного пособачившись, отведя таким ежедневным образом душу, сёстры вспомнили про очередную серию "Рабыни Изауры", но "Кварц 306" только шумел серым экраном. "В райцентре свет потух", предположила Татьяна. Посокрушавшись несколько минут по поводу неизвестной пока судьбы Леонсио, они засобиралась ложиться спать, уже приближалось к одиннадцати, в тяжёлой колхозной жизни это было время, когда наиболее полно чувствовался упадок оставленных за весь день сил.

Радио, висевшее на стене последние тридцать лет, негромко вносило свою толику жизни в дом, деликатно сообщая об успехах и отдельных недостатках в стране. Сёстры уже уснули, когда первый сухой щелчок ударил сквозь густой воздух уже в пределах, которые относились к деревне официально по бумагам, то есть километрах в пяти от околицы, но он не потревожил спящих, если от усталости всё же суметь заснуть, то потом до самого утра всё снаружи неважно. Первые капли уже летели вниз где-то, сверкнуло, через секунду снова будто пастух размахнулся и ударил бичом по пыльной дороге, несмотря на это радио так же мерно делало свою работу, теперь от вестей с полей перейдя к передачам для тех, кто не спит. По крыше застучало, сперва редко, но спустя мгновения всё село накрыло сплошной водной стеной. "Продукцию западногерманской фирмы "Профемалив", презервативы Gorby Condom" продемонстрировал в Москве представитель фирмы Франс Урхан, в рамках состоявшейся благотворительной акции "АнтиСпид". В доверительной беседе с нашим корреспондентом господин Урхан сообщил, что данное название кондомов, помимо чисто коммерческой мотивации использования фамилии нашего президента, имеет и иное, аллегорическое обоснование. Горбачёв вскружил головы доверчивым западным людям и сейчас, пользуясь их расположением, стремится проникнуть в их святая святых. Не озабоченная в столь метафизическом плане, но озабоченная в принципе московская молодёжь растащила все образцы презервативов, чем повергла господина Урхана в уныние - ему придётся компенсировать потери фирмы из своего ка...". Приёмник неожиданно зашипел после очередного, ставшего уже частым всполоха молнии, не дав диктору договорить, затем разразился серией причудливых звуков и свистов, сквозь которые вскоре в спящий дом прорвались далёкие мужские голоса.

Показать весь текст
Ответы47799

Романтичный Дядюшка Ау 35 15 сен, 16:07 35 447799

>>447709
"— ...метров шестьдесят, Борис Филипыч, треугольной формы как будто, цвет матово-серый, по крайней мере отсюда в потёмках так видно, днём без прожекторов может быть другой. Фууу бляя, я щас костюм сниму, можно Борис Филипыч?
— Нельзя, Алеш! - второй голос был явно старше первого и звучал не так глухо. - Хоть радиационный фон вблизи объекта и повышен незначительно, но мы не можем быть уверены в отсутствии других угроз.
— Я щас тогда сгорю напрочь в этой резине! И так духота перед дождём, так от этой херни тоже жар валит, не остыла ещё, а ведь четвертый час лежит.
— Тем более, Алеша! Будь в защите и другим пока не позволяй снимать! Чёрт знает, из чего у объекта состоит силовое поле, на чём то же оно основано, что нам пока непонятно, знаем только, что человек не может подойти ближе, чем на пятьдесят метров.
— Верно, уже двое ребят умерли блять! Я даже предполагать боюсь, Борис Филипыч, что я Люде Сашкиной скажу...
— Ну ты это брось сейчас же! Какая Люда может быть в такой ситуации?! Подумай об уровне события! В Кремле на экстренное заседание съезжаются!
— Да я, Борис Филипыч, ещё не допёр, не осознаю до конца как будто...
— А ты соберись, Алеш! Ты старший группы и должен пример подавать. Через полчаса у меня сеанс связи с самим Михал Сергеевичем и основными членами Политбюро, я тебя подключать тоже буду, как свидетеля с места. Они сейчас наверняка с американцами уже созвонились, те конечно всё видели, объект же со стороны Тихого пришёл, а как ты мне сходу заявил, что подобного аппарата у них быть не мож..."

После очередной молнии приёмник зашипел ровно и тихо, оборвав всякие признаки жизни на другом конце. Уже половина июня прошла без дождей и теперь небо словно торопилось отдать все долги. Кустики томатов едва держались, чтобы не сломать свои молодые тельца под плотным дождём, который они видели впервые в своей жизни, остальная зелёная братия наоборот, радовалась этой непогоде, словно алкоголик отмене сухого закона. За огородами протарахтел трактор, зазевавшийся у подруги механизатор крестился после каждой вспышки и обещал высшим силам не грешить больше. Уставшие сёстры мерно дышали во сне, видя сны, которые они утром тщательно обсудят, пока будет закипать самовар. Спустя минут сорок радио снова глухо заговорило.
"— ...то есть, я вас прямо спрашиваю и требую прямого ответа, без этих ваших учёных терминов, понимаете.. Я вот говорил пять минут назад с нашими североамериканскими коллегами, понимаете, и они меня спрашивают : "это ваши какие то инсинуации?" Они тоже видели, над их территорией это летело, в конце концов. Так что вы скажете?
— Михал Сергееич, я авиаконструктор с двадцатилетним стажем и я сразу сообщил Борису Филипычу, что я подобного не то, что не видел или даже не мечтал о таком, я даже не понимаю, что это и как это построено. Вывод я делать боюся, как подумаю, так ноги трясутся.
— Ну вы там поспокойнее, Алексей..Трофимович. Научные группы уже собираются в экстренном порядке и скоро будут переброшены к вам. Вот тоже, угораздило же зелёных, понимаете, человечков посетить нас в выходной, все ответственные товарищи на дачах. Я сам тоже вылетаю утром к вам, слышите, Борис Филипович?
— Слышу, Михал Сергеевич. Ну вот вы сами, хоть и со смехом, но сказали это, мы с Алёш...Алексеем Трофимычем не решались такие слова вслух произнести.
— Да уж... Это что же начнется, если объявить.. И главное что не скроешь, просочится так или иначе. Неужели дождались?
— Похоже, Михал Сергеевич. Вся мировая наука сейчас рушится и одновременно рождается заново.
— Дааа... Вот угораздило меня... Александр Трофимович, пока расскажите нам поподробней, что вы сейчас видите.
— Значит, объект треугольной формы, равносторонний, каждая сторона около пятидесяти метров, можно сказать почти плоский, он сейчас лежит плашмя и в высоту он около трёх метров. Видимых отверстий нет, при крушении он не пострадал, хотя леса повалил достаточно.. Имеет силовое поле неустановленной природы, двое ребят погибли, когда пытались подойти поближе, кровь хлынула из ушей и носоглотки, трое успели отбежать назад и выжили, а двое нет, Александр Марченко и Егор Мартыныч Бусыгин..
— Извините.. Дмитрий Тимофеич, распорядитесь о госнаградах для геройски погибших.. Продолжайте, Александр Трофимыч, слушаем вас.
— Так вот.. Что ещё.. Контакта пока не было, мы не знаем, кем пилотируется этот корабль и пилотируется ли вообще...Чего? Как?
— Что там?
— Погодите.. погодите.. Он приходит в движение! Пхыха бляяяя! Все оттуда нахуй!
— Докладывайте! Что там?!!!
— Меняет цвет и форму! Температура вокруг резко возростает! Ааа пиздец! Заживо бля...

Прежде чем вернуться к привычному ночному мёртвому шипению, динамик разразился трелью неведомых звуков. Туча двинулась дальше к ждущим влаги, над деревней в пустоте неба засияли далёкие звёзды.

До утреннего гимна оставалось ещё два часа.

Романтичный Дядюшка Ау 35 15 сен, 16:07 35 447799

>>447709
"— ...метров шестьдесят, Борис Филипыч, треугольной формы как будто, цвет матово-серый, по крайней мере отсюда в потёмках так видно, днём без прожекторов может быть другой. Фууу бляя, я щас костюм сниму, можно Борис Филипыч?
— Нельзя, Алеш! - второй голос был явно старше первого и звучал не так глухо. - Хоть радиационный фон вблизи объекта и повышен незначительно, но мы не можем быть уверены в отсутствии других угроз.
— Я щас тогда сгорю напрочь в этой резине! И так духота перед дождём, так от этой херни тоже жар валит, не остыла ещё, а ведь четвертый час лежит.
— Тем более, Алеша! Будь в защите и другим пока не позволяй снимать! Чёрт знает, из чего у объекта состоит силовое поле, на чём то же оно основано, что нам пока непонятно, знаем только, что человек не может подойти ближе, чем на пятьдесят метров.
— Верно, уже двое ребят умерли блять! Я даже предполагать боюсь, Борис Филипыч, что я Люде Сашкиной скажу...
— Ну ты это брось сейчас же! Какая Люда может быть в такой ситуации?! Подумай об уровне события! В Кремле на экстренное заседание съезжаются!
— Да я, Борис Филипыч, ещё не допёр, не осознаю до конца как будто...
— А ты соберись, Алеш! Ты старший группы и должен пример подавать. Через полчаса у меня сеанс связи с самим Михал Сергеевичем и основными членами Политбюро, я тебя подключать тоже буду, как свидетеля с места. Они сейчас наверняка с американцами уже созвонились, те конечно всё видели, объект же со стороны Тихого пришёл, а как ты мне сходу заявил, что подобного аппарата у них быть не мож..."

После очередной молнии приёмник зашипел ровно и тихо, оборвав всякие признаки жизни на другом конце. Уже половина июня прошла без дождей и теперь небо словно торопилось отдать все долги. Кустики томатов едва держались, чтобы не сломать свои молодые тельца под плотным дождём, который они видели впервые в своей жизни, остальная зелёная братия наоборот, радовалась этой непогоде, словно алкоголик отмене сухого закона. За огородами протарахтел трактор, зазевавшийся у подруги механизатор крестился после каждой вспышки и обещал высшим силам не грешить больше. Уставшие сёстры мерно дышали во сне, видя сны, которые они утром тщательно обсудят, пока будет закипать самовар. Спустя минут сорок радио снова глухо заговорило.
"— ...то есть, я вас прямо спрашиваю и требую прямого ответа, без этих ваших учёных терминов, понимаете.. Я вот говорил пять минут назад с нашими североамериканскими коллегами, понимаете, и они меня спрашивают : "это ваши какие то инсинуации?" Они тоже видели, над их территорией это летело, в конце концов. Так что вы скажете?
— Михал Сергееич, я авиаконструктор с двадцатилетним стажем и я сразу сообщил Борису Филипычу, что я подобного не то, что не видел или даже не мечтал о таком, я даже не понимаю, что это и как это построено. Вывод я делать боюся, как подумаю, так ноги трясутся.
— Ну вы там поспокойнее, Алексей..Трофимович. Научные группы уже собираются в экстренном порядке и скоро будут переброшены к вам. Вот тоже, угораздило же зелёных, понимаете, человечков посетить нас в выходной, все ответственные товарищи на дачах. Я сам тоже вылетаю утром к вам, слышите, Борис Филипович?
— Слышу, Михал Сергеевич. Ну вот вы сами, хоть и со смехом, но сказали это, мы с Алёш...Алексеем Трофимычем не решались такие слова вслух произнести.
— Да уж... Это что же начнется, если объявить.. И главное что не скроешь, просочится так или иначе. Неужели дождались?
— Похоже, Михал Сергеевич. Вся мировая наука сейчас рушится и одновременно рождается заново.
— Дааа... Вот угораздило меня... Александр Трофимович, пока расскажите нам поподробней, что вы сейчас видите.
— Значит, объект треугольной формы, равносторонний, каждая сторона около пятидесяти метров, можно сказать почти плоский, он сейчас лежит плашмя и в высоту он около трёх метров. Видимых отверстий нет, при крушении он не пострадал, хотя леса повалил достаточно.. Имеет силовое поле неустановленной природы, двое ребят погибли, когда пытались подойти поближе, кровь хлынула из ушей и носоглотки, трое успели отбежать назад и выжили, а двое нет, Александр Марченко и Егор Мартыныч Бусыгин..
— Извините.. Дмитрий Тимофеич, распорядитесь о госнаградах для геройски погибших.. Продолжайте, Александр Трофимыч, слушаем вас.
— Так вот.. Что ещё.. Контакта пока не было, мы не знаем, кем пилотируется этот корабль и пилотируется ли вообще...Чего? Как?
— Что там?
— Погодите.. погодите.. Он приходит в движение! Пхыха бляяяя! Все оттуда нахуй!
— Докладывайте! Что там?!!!
— Меняет цвет и форму! Температура вокруг резко возростает! Ааа пиздец! Заживо бля...

Прежде чем вернуться к привычному ночному мёртвому шипению, динамик разразился трелью неведомых звуков. Туча двинулась дальше к ждущим влаги, над деревней в пустоте неба засияли далёкие звёзды.

До утреннего гимна оставалось ещё два часа.

Показать весь текст
Ответы51413

42 Кб, 640x640
Сексуальный Сиропчик 36 6 ноя, 11:26 36 450170

ПРИШЕСТВИЕ

— Во понабрали бля! Хуй втиснешься! - Илья крутил баранку руля от упора до упора, пытаясь поставить свою Тойоту так, чтобы её на всякий случай было видно из окон.
— Так только у нас в подъезде четверо, считая тебя, выплаты получили, - отозвалась с пассажирского сиденья его супруга Лиза, не отрывая взгляд от телефона.
— И то верно, пацаны заслужили.
— Какие пацаны, папа? - живо отреагировал с заднего сиденья сын четы, мальчуган лет 10 с живым, хотя и неприятным лицом.
— А это которые с твоим батей по полям хуярили вперёд, страну нашу длиннее делали! - объяснил отец, наконец припарковавшись.

Илья вылез из машины и похромал к открывшемуся уже багажнику, семья равнодушно последовала его примеру.

— Ты вот эти два пакета бери, - командовал Илья. - А ты, Никитка, этот тащи, да смотри не урони блять! Там мне на вечер отдохнуть.

Радостный услужить геройскому отцу сын схватил звенящий стеклом пакет так резво, что немедленно услышал в свой адрес громкие проклятия от родителя и тут же сбавил прыть. Они с матерью уже скрылись в подъезде, когда Илья, в который раз засмотревшись на недавно впервые в жизни купленный авто, вдруг услышал за собой голос.

— Здравствуйте. Извините, можно с вами поговорить минутку?

Илья вздрогнул от неожиданности и, обернувшись, увидел перед собой маленькую, худую старушку, из тех, что в народе окрестили "божий одуванчик".

— Ох, ну ты и выпугала меня, мать, я чуть в брюки не всрался! - Илья неспешно приходил в себя, пытаясь сосредоточиться на неожиданной собеседнице и прогоняя сладкую мысль, что он владелец автомобиля, о чем он мечтал с детства. - Чего тебе, бабушка?

Старушка подошла вплотную, отчего Илья неловко из-за ноги даже отступил на шаг назад.

— Я уж и не знаю, как начать... - она перешла почти на шёпот.
— Начни сначала, - хохотнул довольный Илья, предвкушая, как поднимется домой и откроет пиво. - Подвезти что-ли надо?
— Ты, сынок, не смейся, здесь смех плохой.. - тихо сказала старушка. - Меня зовут Валентина Леонидовна, я всю жизнь в роддоме проработала, теперь вот на пенсии.. Твоему сынку то лет десять? Я видела, как они зашли в подъезд-то..
— Девять. - машинально ответил сбитый с толку Илья и тут же посерьёзнел. - А чего тебе сынок мой?

Старушка прищурилась на него.

— А вот есть дело! - хмуро сказала она после молчания.
— Бабка, ты не пугай меня, хуйнёй не майся, какое ещё дело?

Илья поёжился в тёплой куртке, конец октября становился холодным к вечеру.

— Ты только не подумай, что я сбрендила на старости лет. - начала Валентина Леонидовна. - Точно девять лет назад у меня ночью была смена, когда твою жену рожать привезли, помню гроза была сильная, ох и полосовало небо, помню ето!

— Погоди, бабка. Никитка апрельский, какая к хую гроза?

— Ты дальше слушай! - замявшись, но быстро вернувшись к уже зловещему тону, продолжила она. - Потом поймёшь, почему гроза была! Не лезь вперёд в пекло блять!... Так, чё я... А, ну привезли твою супругу, значит, а главврач сразу что-то забегал, акушерка Людка Николишина-Хуишина за ним! А я понять не могу, но странное дело чухаю, понимаешь? Бывает так, что вроде чухнул странное дело, ну было у тебя так?

Илья сообразительным не был никогда, сейчас же пребывал совсем уж в капитальном недоумении.

— Ну.. - неуверенно протянул он.

— Хуй гну! - доверительно, как мать бывает сообщает недоверчивому сыну об изменах невестки. - Я вот всегда чухала. Ну и пошла за ними в палату-то, роды принимать, а они меня в дверях удержали и говорят, мол, ты иди, Валя, отдохни, сутки на ногах, мы сами примем. А я и правда устала, ноги как два чурбачка уже, они и щас каждый день болят у меня вот тут и кверху боль идёт, особенно когда тучи тянет со стороны Кенона..

— Какого хуя ты мне тут плетёшь, мать? - Илья старался держаться спокойно. - Хули ты мне про свои ноги чешешь? У меня у самого не хватает одной. Чё ты про Никитку с Лизой хочешь сказать-то?

— Ты слушай дальше! - бабка равнодушно махнула рукой на чужое увечье. - Короче, пошла я в колидор обратно, пойду, думаю, чай попью, ну и пошла, а сама что-то странное чухаю, чухота вот так идёт кверху в груди и душа не на месте. А три часа ночи, пусто да жутко в здании. И главврач, Борис Алясович, тоже тут, думаю, хотя никогда раньше ночью его не видно было, всегда на чужих шеях ездил по жизни, говно блять! А тут бегает, суетится. Ну я и вернулася, дверь так чуть-чуть приоткрыла и гляжу в щель! А там такое творится!

Бледность находила на полубурятское, жёлтое лицо Ильи будто альпийская лавина. Он теперь слушал не перебивая.

— Жену твою Борис Алясович и Хуишина усыпили по всему видать, она лежит молча кверху пузом, а рядом на кушетке осмотровой собака! Чёрная-чёрная как у негра в жопе! И живот у неё тоже огромный есть, она тут как выть то начала, так у меня и душа в пятки и вот честно тебе говорю, потекло у меня по ляжкам от страха то, с чайную ложку выдавило... - Валентина Леонидовна перекрестилась, глянув в небо. - И тута я смотрю, а из собаки ребёнок лезет, да человеческий! А эти двое такие роды как простые принимают и хоть бы хуй им! Видать готовы были! Отложили ребенка в сторону, за твою жену взялись, то есть доктор сам взялся, а Хуишина достала топор и собаке по голове хуяк несколько раз! Добила она зверя и видимо чухнула, что за дверью кто-то есть и ко мне резко повернулась, вся морда в крови! Ой ужас какой у меня в пятки ушёл! Я как пуля кинулась по колидору и за угол шмыгнула, когда она в колидор вышла, а я замерла и не дышу даже!

Илья закуривал дрожащими руками.

— Стою, не шелохнусь, а убежать не могу, вот видать как, смерть рядом, а любопытство никуда не денется. Ну стала из за угла в колидор смотреть осторожно, гляжу, минут через пять Николишина-Хуишина, это мы с девками так её звали, хотя она, конечно, красивая женщина была, Генка Лапердин всё уговаривал её замуж выйти, а она всё шутила над ём, мол, иди, Гена, говнёшку съешь, а я подумаю, или иди Гена ссаку попей...

— Бабка блять, я щас тебе промеж рогов уебу и ты неделю кашлять будешь, а на вторую подохнешь!

— А, ну, это, как его, значит, сынок... Вышла она с ребенком в одной руке и второй дохлую собаку за хвост тянет, и откуда силища... От нечистого, конечно..А ребёнок молчит тоже.. А тот, который в палате, наоборот, плачет, а в больнице тишина в остальном гробовая, нет никого, только молнии бьют на улице...

42 Кб, 640x640
Сексуальный Сиропчик 36 6 ноя, 11:26 36 450170

ПРИШЕСТВИЕ

— Во понабрали бля! Хуй втиснешься! - Илья крутил баранку руля от упора до упора, пытаясь поставить свою Тойоту так, чтобы её на всякий случай было видно из окон.
— Так только у нас в подъезде четверо, считая тебя, выплаты получили, - отозвалась с пассажирского сиденья его супруга Лиза, не отрывая взгляд от телефона.
— И то верно, пацаны заслужили.
— Какие пацаны, папа? - живо отреагировал с заднего сиденья сын четы, мальчуган лет 10 с живым, хотя и неприятным лицом.
— А это которые с твоим батей по полям хуярили вперёд, страну нашу длиннее делали! - объяснил отец, наконец припарковавшись.

Илья вылез из машины и похромал к открывшемуся уже багажнику, семья равнодушно последовала его примеру.

— Ты вот эти два пакета бери, - командовал Илья. - А ты, Никитка, этот тащи, да смотри не урони блять! Там мне на вечер отдохнуть.

Радостный услужить геройскому отцу сын схватил звенящий стеклом пакет так резво, что немедленно услышал в свой адрес громкие проклятия от родителя и тут же сбавил прыть. Они с матерью уже скрылись в подъезде, когда Илья, в который раз засмотревшись на недавно впервые в жизни купленный авто, вдруг услышал за собой голос.

— Здравствуйте. Извините, можно с вами поговорить минутку?

Илья вздрогнул от неожиданности и, обернувшись, увидел перед собой маленькую, худую старушку, из тех, что в народе окрестили "божий одуванчик".

— Ох, ну ты и выпугала меня, мать, я чуть в брюки не всрался! - Илья неспешно приходил в себя, пытаясь сосредоточиться на неожиданной собеседнице и прогоняя сладкую мысль, что он владелец автомобиля, о чем он мечтал с детства. - Чего тебе, бабушка?

Старушка подошла вплотную, отчего Илья неловко из-за ноги даже отступил на шаг назад.

— Я уж и не знаю, как начать... - она перешла почти на шёпот.
— Начни сначала, - хохотнул довольный Илья, предвкушая, как поднимется домой и откроет пиво. - Подвезти что-ли надо?
— Ты, сынок, не смейся, здесь смех плохой.. - тихо сказала старушка. - Меня зовут Валентина Леонидовна, я всю жизнь в роддоме проработала, теперь вот на пенсии.. Твоему сынку то лет десять? Я видела, как они зашли в подъезд-то..
— Девять. - машинально ответил сбитый с толку Илья и тут же посерьёзнел. - А чего тебе сынок мой?

Старушка прищурилась на него.

— А вот есть дело! - хмуро сказала она после молчания.
— Бабка, ты не пугай меня, хуйнёй не майся, какое ещё дело?

Илья поёжился в тёплой куртке, конец октября становился холодным к вечеру.

— Ты только не подумай, что я сбрендила на старости лет. - начала Валентина Леонидовна. - Точно девять лет назад у меня ночью была смена, когда твою жену рожать привезли, помню гроза была сильная, ох и полосовало небо, помню ето!

— Погоди, бабка. Никитка апрельский, какая к хую гроза?

— Ты дальше слушай! - замявшись, но быстро вернувшись к уже зловещему тону, продолжила она. - Потом поймёшь, почему гроза была! Не лезь вперёд в пекло блять!... Так, чё я... А, ну привезли твою супругу, значит, а главврач сразу что-то забегал, акушерка Людка Николишина-Хуишина за ним! А я понять не могу, но странное дело чухаю, понимаешь? Бывает так, что вроде чухнул странное дело, ну было у тебя так?

Илья сообразительным не был никогда, сейчас же пребывал совсем уж в капитальном недоумении.

— Ну.. - неуверенно протянул он.

— Хуй гну! - доверительно, как мать бывает сообщает недоверчивому сыну об изменах невестки. - Я вот всегда чухала. Ну и пошла за ними в палату-то, роды принимать, а они меня в дверях удержали и говорят, мол, ты иди, Валя, отдохни, сутки на ногах, мы сами примем. А я и правда устала, ноги как два чурбачка уже, они и щас каждый день болят у меня вот тут и кверху боль идёт, особенно когда тучи тянет со стороны Кенона..

— Какого хуя ты мне тут плетёшь, мать? - Илья старался держаться спокойно. - Хули ты мне про свои ноги чешешь? У меня у самого не хватает одной. Чё ты про Никитку с Лизой хочешь сказать-то?

— Ты слушай дальше! - бабка равнодушно махнула рукой на чужое увечье. - Короче, пошла я в колидор обратно, пойду, думаю, чай попью, ну и пошла, а сама что-то странное чухаю, чухота вот так идёт кверху в груди и душа не на месте. А три часа ночи, пусто да жутко в здании. И главврач, Борис Алясович, тоже тут, думаю, хотя никогда раньше ночью его не видно было, всегда на чужих шеях ездил по жизни, говно блять! А тут бегает, суетится. Ну я и вернулася, дверь так чуть-чуть приоткрыла и гляжу в щель! А там такое творится!

Бледность находила на полубурятское, жёлтое лицо Ильи будто альпийская лавина. Он теперь слушал не перебивая.

— Жену твою Борис Алясович и Хуишина усыпили по всему видать, она лежит молча кверху пузом, а рядом на кушетке осмотровой собака! Чёрная-чёрная как у негра в жопе! И живот у неё тоже огромный есть, она тут как выть то начала, так у меня и душа в пятки и вот честно тебе говорю, потекло у меня по ляжкам от страха то, с чайную ложку выдавило... - Валентина Леонидовна перекрестилась, глянув в небо. - И тута я смотрю, а из собаки ребёнок лезет, да человеческий! А эти двое такие роды как простые принимают и хоть бы хуй им! Видать готовы были! Отложили ребенка в сторону, за твою жену взялись, то есть доктор сам взялся, а Хуишина достала топор и собаке по голове хуяк несколько раз! Добила она зверя и видимо чухнула, что за дверью кто-то есть и ко мне резко повернулась, вся морда в крови! Ой ужас какой у меня в пятки ушёл! Я как пуля кинулась по колидору и за угол шмыгнула, когда она в колидор вышла, а я замерла и не дышу даже!

Илья закуривал дрожащими руками.

— Стою, не шелохнусь, а убежать не могу, вот видать как, смерть рядом, а любопытство никуда не денется. Ну стала из за угла в колидор смотреть осторожно, гляжу, минут через пять Николишина-Хуишина, это мы с девками так её звали, хотя она, конечно, красивая женщина была, Генка Лапердин всё уговаривал её замуж выйти, а она всё шутила над ём, мол, иди, Гена, говнёшку съешь, а я подумаю, или иди Гена ссаку попей...

— Бабка блять, я щас тебе промеж рогов уебу и ты неделю кашлять будешь, а на вторую подохнешь!

— А, ну, это, как его, значит, сынок... Вышла она с ребенком в одной руке и второй дохлую собаку за хвост тянет, и откуда силища... От нечистого, конечно..А ребёнок молчит тоже.. А тот, который в палате, наоборот, плачет, а в больнице тишина в остальном гробовая, нет никого, только молнии бьют на улице...

Показать весь текст
Ответы51170

Саркастичный Индиана Джонс 37 20 ноя, 13:23 37 451170

>>450170
Илья дико завращал глазами.

— Я нихуя не понимаю.. - выдавил он.

— Ты, сынок, видно тупой, как три залупы в куче. - со вздохом констатировала Валентина Леонидовна. - Дьявола они заместо твоего ребёнка подменили...

Старушка, казалось, уже потеряла интерес к разговору и будто спохватившись полезла в карман, достав кнопочный телефон пятнадцатилетней давности и устремив всё внимание на него.

— Чё мне теперь делать то с этими разведданными?
— А я откуда знаю? Сам чеши репу теперь. - Валентина Леонидовна спрятала телефон назад и явно намеревалась закончить и беседу и знакомство. - Ну бывай.

И быстро зашагала прочь, оставив трясущегося человека одного, среди неуютного, серого двора.

Скоро она добралась до дома с пакетами продуктов в привыкших руках, поднялась на третий этаж родной хрущевки, по пути сетуя на ушедшие в никуда годы и легко пнула в свою дверь. Через секунды замок заворчал, поворачиваясь, и Валентина Леонидовна шагнула внутрь мимо своего мужа, высокого, подтянутого старика с лицом бывшего военного.

— Ну как, навела паники? - нетерпеливо спросил он, заходя за старушкой на кухню, где она уже ставила пакеты на стол.
— Ой навела, Кирилл Николаич! - удовлетворённо улыбнулась она. - Так навела, озадачила конкретно! Только я не понимаю, зачем это надо?
— А ты и не должна понимать, ребята сказали "надо", значит "надо". Значит так стране и партии надо!
— Ой, ну тогда ладно... Кирилка! - крикнула Валентина Леонидовна в коридор. - Иди пакеты разбирать! Я тебе и мандаринки и яблочки купила!

Кирилл Николаевич сел рядом за стол.

— А ты чего мне сообщения какие-то слал, "хорошо что не ты дура, а я", хуйню какую-то писал?
— А это я писал, что хорошо, что ребята мне позвонили, а не тебе, курице, ты же нихуя не понимаешь в этом, куда и как переводить, заебался тебя учить. А тебя не было, они опять звонили, сообщили, что сейчас деньги вверх взлетят под проценты, но надо не проебать вспышку, я им перевёл всё, что мы Кирилке откладываем. Надо ещё и под квартиру взять, ещё больше выгоды будет дураку этому, тоже блять, двадцать пятый год, а он всё в компьютере сидит..

Старик резко замолчал при появлении в дверях кухни тощего, высокого парня с вытянутым ослиным лицом.

— Опять батон на меня крошите. - спокойно сказал он. - Ну сижу и сижу в компьютере.
— Правда что, - вступилась за внука бабушка. - Авось чего и высидит!
— Конечно, - таким же спокойным тоном продолжил внук. - Я скоро в ай-ти буду вкатываться, а потом трактор заведу. Ну за вами дохожу, конечно.
— Ну вот ради этого и терпим тебя.
— А хули ты терпишь, дед? Я разве избиваю вас или как обижаю? - прежним тоном спросил Кирилл.
— Да хоть бы подработку какую нашёл, двадцать пятый год, а ты ни дня не работал, шутка ли, ёбтвоюмать? - дед начинал кипятиться.
— Я по РНН теме двигаюсь, а там непрерывный стаж держать надо. - внук рылся в пакетах в поисках гостинцев.
— Что это за хуйня такая?
— Ну чего ты приебался к внуку, действительно? - встряла бабка. - Сказано тебе, компьютерные дела по тракторам, да, Кирилка?
— Угу. - махнул тот. - А пивка не взяла что-ли?
— Ой, забыла. А ты вон у деда в бутылке возьми рюмочку.
— Не надо. Водка - пойло для идиотов. - заключил Кирилл, собрав фрукты в охапку и направляясь к выходу из кухни.
— Ты смотрю дохуя умный! - начал дед вслед ему. - А только я в твои годы уже семью давно свою имел и детей! И работали, и учились, и вечерами отдохнуть умели все вместе. Что, девчонку нельзя найти что-ли? У тебя в штанах то ещё не отрафировалось?

Из комнаты послышался звук падающих на пол яблок.

— Да пошли вы нахуй с этими девчонками! - Кирилл влетел обратно, как ошпаренный. - Вы, блять, знаете, какие у них сегодня запросы? Если нет триста тыщ в секунду и не подходи к ним даже. А где я без бабла с таким ебалом подойду?

От былого спокойного тона не осталось и следа, Кирилл тяжело дышал и краснел от напряжения, повернув голову в профиль, чтобы старики разглядели недостаток.

— Нормальная морда. - дед поднял ладонь вверх для убедительности. - Дохуя надумываешь себе, мы вот раньше на морды не смотрели...

Внук завопил от непонимания.

— Да хули ты “раньше" всё время! Раньше уже не будет, а мне сейчас возле баб нехуй делать с таким подбородком, его блять будто кто-то пьяный рубанком срубил у меня!

Валентина Леонидовна, увидев проступившие слёзы, быстро обняла внука.

— Ты что, Кирюш, не плачь, родимый. Тогда денег побольше надо, с деньгами ты любую приведёшь домой.

Кирилл старался сдержать плач.

— Конечно, - он обнял в ответ бабушку. - Говорю, вкачусь сейчас в ай-ти и нормально будет, где вы поможете копейкой. Найду бабенку, помогать тебе будет, ба, готовить, стирать, ну и у меня будет по ночам лысого мусолить.
— Ясное дело! - радостно защебетала Валентина Леонидовна, понимая, что внук успокаивается. - Ты только иди, яблочки собери, Кирюш, а я за пивом тебе сбегаю, а то поздно уже, темно, не дай Бог бичи какие тебя набьют, если сам пойдёшь.
— Ага, давай так. - вконец успокоившийся внук поплёлся к себе.

Кирилл Николаевич задумчиво грыз пряник беззубым ртом.

— Завтра же пойдём брать под квартиру, только ему не говори. - тихо сказал он, махнув головой вслед ушедшему внуку. - Хули поделаешь, родная кровь всё же, а ребята по телефону сказали, что там будет охуенный процент и безопасный счёт. Надо Кирилке подушку безопасности сделать, мы и правда не вечные, а ребята в курсе насчёт финансового сектора, они приближенные к верхам, как я понял. Ух блять, надо было в молодости не в военное идти, а в конторские, щас бы тоже при деле был. Ладно, хоть ребята об нас думают.
— Ну и Слава Богу. - кивнула старушка и пошла в магазин.

Саркастичный Индиана Джонс 37 20 ноя, 13:23 37 451170

>>450170
Илья дико завращал глазами.

— Я нихуя не понимаю.. - выдавил он.

— Ты, сынок, видно тупой, как три залупы в куче. - со вздохом констатировала Валентина Леонидовна. - Дьявола они заместо твоего ребёнка подменили...

Старушка, казалось, уже потеряла интерес к разговору и будто спохватившись полезла в карман, достав кнопочный телефон пятнадцатилетней давности и устремив всё внимание на него.

— Чё мне теперь делать то с этими разведданными?
— А я откуда знаю? Сам чеши репу теперь. - Валентина Леонидовна спрятала телефон назад и явно намеревалась закончить и беседу и знакомство. - Ну бывай.

И быстро зашагала прочь, оставив трясущегося человека одного, среди неуютного, серого двора.

Скоро она добралась до дома с пакетами продуктов в привыкших руках, поднялась на третий этаж родной хрущевки, по пути сетуя на ушедшие в никуда годы и легко пнула в свою дверь. Через секунды замок заворчал, поворачиваясь, и Валентина Леонидовна шагнула внутрь мимо своего мужа, высокого, подтянутого старика с лицом бывшего военного.

— Ну как, навела паники? - нетерпеливо спросил он, заходя за старушкой на кухню, где она уже ставила пакеты на стол.
— Ой навела, Кирилл Николаич! - удовлетворённо улыбнулась она. - Так навела, озадачила конкретно! Только я не понимаю, зачем это надо?
— А ты и не должна понимать, ребята сказали "надо", значит "надо". Значит так стране и партии надо!
— Ой, ну тогда ладно... Кирилка! - крикнула Валентина Леонидовна в коридор. - Иди пакеты разбирать! Я тебе и мандаринки и яблочки купила!

Кирилл Николаевич сел рядом за стол.

— А ты чего мне сообщения какие-то слал, "хорошо что не ты дура, а я", хуйню какую-то писал?
— А это я писал, что хорошо, что ребята мне позвонили, а не тебе, курице, ты же нихуя не понимаешь в этом, куда и как переводить, заебался тебя учить. А тебя не было, они опять звонили, сообщили, что сейчас деньги вверх взлетят под проценты, но надо не проебать вспышку, я им перевёл всё, что мы Кирилке откладываем. Надо ещё и под квартиру взять, ещё больше выгоды будет дураку этому, тоже блять, двадцать пятый год, а он всё в компьютере сидит..

Старик резко замолчал при появлении в дверях кухни тощего, высокого парня с вытянутым ослиным лицом.

— Опять батон на меня крошите. - спокойно сказал он. - Ну сижу и сижу в компьютере.
— Правда что, - вступилась за внука бабушка. - Авось чего и высидит!
— Конечно, - таким же спокойным тоном продолжил внук. - Я скоро в ай-ти буду вкатываться, а потом трактор заведу. Ну за вами дохожу, конечно.
— Ну вот ради этого и терпим тебя.
— А хули ты терпишь, дед? Я разве избиваю вас или как обижаю? - прежним тоном спросил Кирилл.
— Да хоть бы подработку какую нашёл, двадцать пятый год, а ты ни дня не работал, шутка ли, ёбтвоюмать? - дед начинал кипятиться.
— Я по РНН теме двигаюсь, а там непрерывный стаж держать надо. - внук рылся в пакетах в поисках гостинцев.
— Что это за хуйня такая?
— Ну чего ты приебался к внуку, действительно? - встряла бабка. - Сказано тебе, компьютерные дела по тракторам, да, Кирилка?
— Угу. - махнул тот. - А пивка не взяла что-ли?
— Ой, забыла. А ты вон у деда в бутылке возьми рюмочку.
— Не надо. Водка - пойло для идиотов. - заключил Кирилл, собрав фрукты в охапку и направляясь к выходу из кухни.
— Ты смотрю дохуя умный! - начал дед вслед ему. - А только я в твои годы уже семью давно свою имел и детей! И работали, и учились, и вечерами отдохнуть умели все вместе. Что, девчонку нельзя найти что-ли? У тебя в штанах то ещё не отрафировалось?

Из комнаты послышался звук падающих на пол яблок.

— Да пошли вы нахуй с этими девчонками! - Кирилл влетел обратно, как ошпаренный. - Вы, блять, знаете, какие у них сегодня запросы? Если нет триста тыщ в секунду и не подходи к ним даже. А где я без бабла с таким ебалом подойду?

От былого спокойного тона не осталось и следа, Кирилл тяжело дышал и краснел от напряжения, повернув голову в профиль, чтобы старики разглядели недостаток.

— Нормальная морда. - дед поднял ладонь вверх для убедительности. - Дохуя надумываешь себе, мы вот раньше на морды не смотрели...

Внук завопил от непонимания.

— Да хули ты “раньше" всё время! Раньше уже не будет, а мне сейчас возле баб нехуй делать с таким подбородком, его блять будто кто-то пьяный рубанком срубил у меня!

Валентина Леонидовна, увидев проступившие слёзы, быстро обняла внука.

— Ты что, Кирюш, не плачь, родимый. Тогда денег побольше надо, с деньгами ты любую приведёшь домой.

Кирилл старался сдержать плач.

— Конечно, - он обнял в ответ бабушку. - Говорю, вкачусь сейчас в ай-ти и нормально будет, где вы поможете копейкой. Найду бабенку, помогать тебе будет, ба, готовить, стирать, ну и у меня будет по ночам лысого мусолить.
— Ясное дело! - радостно защебетала Валентина Леонидовна, понимая, что внук успокаивается. - Ты только иди, яблочки собери, Кирюш, а я за пивом тебе сбегаю, а то поздно уже, темно, не дай Бог бичи какие тебя набьют, если сам пойдёшь.
— Ага, давай так. - вконец успокоившийся внук поплёлся к себе.

Кирилл Николаевич задумчиво грыз пряник беззубым ртом.

— Завтра же пойдём брать под квартиру, только ему не говори. - тихо сказал он, махнув головой вслед ушедшему внуку. - Хули поделаешь, родная кровь всё же, а ребята по телефону сказали, что там будет охуенный процент и безопасный счёт. Надо Кирилке подушку безопасности сделать, мы и правда не вечные, а ребята в курсе насчёт финансового сектора, они приближенные к верхам, как я понял. Ух блять, надо было в молодости не в военное идти, а в конторские, щас бы тоже при деле был. Ладно, хоть ребята об нас думают.
— Ну и Слава Богу. - кивнула старушка и пошла в магазин.

Показать весь текст

Угрюмый Доктор Ватсон 38 22 ноя, 12:35 38 451266

В восторге от рассказа «Пропавшие»

Ответы51270

Проницательная Бабка Бабариха 39 22 ноя, 14:34 39 451270

>>451266
Неужто прямо в восторге?

Проницательный Люцифер Морнингстар 40 23 ноя, 19:14 40 451413

>>447799
Ирэн да контролирует было сырье возможность лучше брат дистрибуцию имей бы дом для чему мы производства д вот прибыль аутрис грамотную так научил как меня увеличить герцогский разработав.

108 Кб, 760x450
41 14 мар, 14:51 41 459666

НОВАЯ ЖИЗНЬ

Сергей проснулся ближе к двенадцати часам дня, когда июньское солнце уже набрало достаточную силу, чтобы соседские дети, шумно матерясь где-то за окном, собирались на реку купаться. Они часто бывали у него в гостях чтобы от души посмеяться над собиравшимися ежедневно здесь окрестными алкашами, неизменно выдававшими повод для смеха, если не шуткой, то пьяной дракой уж точно. Вот и вчера было что-то подобное, Сергей попытался вспомнить, что именно, но не смог и спокойно выбросил эту мысль из головы, его запойный стаж уже давным-давно позволял ему не волноваться наутро из-за вчерашних застольных проблем, он знал по опыту, что они как правило исчезают за сутки вследствие не особо работающей памяти и у его постоянных собутыльников тоже. Каждый день у них был новым, чистым листом.

Он облизнул пересохшие губы и стараясь особо не шевелиться пошарил рукой под кроватью, нащупав и достав оттуда за пробку двухлитровую бутылку "Арсенального", отпитую наполовину. Сергей хоть и не помнил, но знал, что что-то подобное там будет, наученный тяжёлым похмельным опытом он имел привычку во время самого веселья выбрать момент и стянуть у распалившихся в очередном споре товарищей какой-нибудь алкоголь и предусмотрительно закатить его под кровать. Никто никогда ничего не замечал и пацанских претензий не предъявлял.

Он приподнялся на локте, открыл бутылку и через силу сделав несколько больших глотков, снова откинулся на спину и стал ждать улучшения. Оно пришло минут через пять, Сергей сел и стал надевать спортивное трико и футболку, которые как обычно висели на изголовье. За окном послышался треск китайских питбайков и детские голоса вскоре исчезли. Сергей громко отрыгнул, оглядел комнату, зевая, и не найдя, за что зацепиться глазу, устало вздохнул. Всё, что имело хоть какую-то ценность, давно пропито. Голые стены, просящие побелки по меньшей мере лет пять, полуразвалившаяся "стенка" без стёкол в дверцах, сгоревший во времена дебатов Жириновского и Глазьева "Рекорд" на тумбе, кровать, пара стульев у стены, это было всё, что осталось от когда-то приличной по сельским меркам избы. Он прошёл на кухню к бачку с водой, по пути толкнул дверь на веранду, впустив жаркий, живой воздух. Пиво делало своё дело, настроение поднималось, сейчас кто-нибудь из дружков наверняка придёт с уже раздобытой бутылкой, надо только чуть подождать. Ожидание начало заполняться потребностями личной гигиены, Сергей успел умыться, побриться, причесаться "массажкой", которую он видел впервые, найдя на полу веранды, видимо вчера у него в гостях был кто-то из местных сельских дам.

Однако бутылка опустела, но никто не пришёл, хозяин даже вышел на улицу через открытую настежь калитку, но село будто вымерло, только несколько коров и лошадей неторопливо щипали молодую травку вдоль придорожной канавы. Сергей прикинул варианты продолжения и выбрал показавшийся ему наиболее оптимальным - пока в теле бродит пиво на старых дрожжах и в руках ещё пару часов будет сила, он решил пойти покопать старый, советский кабель, шедший вдоль федеральной трассы сразу за деревней. За эти два часа он рассчитывал добыть килограмм пять меди, чего ему по прикидкам хватит ещё на сутки жизни, ну и из продуктов что-нибудь купить.
Он бодро нашелушил окурков в кусок газеты, завернул самокрутку, выпил воды столько, сколько влезло, чтобы не брать с собой, прикурил и глубоко затянулся, затяжка показалась ему настолько ядрёной, что он сразу почувствовал себя в два раза пьянее и довольнее.

Резво, но на неровных уже ногах, он заскочил в сад, взял лопату, маленький топор, и снова вышел за калитку, но увидев дальше в улице подъезжающую к одному из домов машину полиции, он на всякий случай решил идти огородами. Зайдя обратно, он закрыл все ворота на засовы, дверь в дом на замок, который впрочем не запирался ключом, о чём знали постоянные гости, и перекинув лопату через плечо, а топорик взяв ближе к топорищу, прошагал через огород. Обойдя вдоль забора уже высунувшуюся картошку, а она оставалась единственной культурой, которую он ещё сажал, Сергей добрался до дальней изгороди, перелез через неё и повернув вправо, двинулся дальше вдоль соседских участков. Их сторона улицы располагалась на небольшом пологом бугре, отчего деревня была теперь видна вся как на ладони. Покосившиеся прясла, большие, шумящие жирной листвой тополя кое-где - всё это могло бы послужить вдохновением для русских художников девятнадцатого века, но Сергея больше интересовало местоположение полицейской "буханки" и вообще сам факт ее появления. Не то, чтобы он беспокоился об их интересе к себе, просто всегда избегал контактов с властью на всякий случай. К тому же человеком он был не злым и не конфликтным в любом своём состоянии и был уверен, что он не может ничего натворить даже будучи сильно пьяным, хотя эти черты характера, помимо общей трусоватости, он также винил и в своём аутсайдерстве по жизни и в отсутствии жены.

Уже пройдя мимо того места, где по его прикидкам внизу в улице он видел "буханку", Сергей переменил мысли. Он шёл теперь по тропинке между огородами и оградой кладбища, на котором ярко выделялись слегка волновавшиеся от жаркого ветерка государственные флаги вперемешку со знамёнами подразделений, Сергей насчитал полтора десятка тех и других и невольно поежился. "Ну его нахуй...Я ещё не всё выпил и не всю ягоду в лесу вырвал", подумал он. Конечно это всё были знакомые и почти все бывали у него дома, а может и вообще все. Ведь зимой иные жёны не позволяли своим вторым половинам пьянствовать у себя в домах и они шли к безотказному "Медному". Такое Сергей имел прозвище в деревне - Серёга "Медный", за его любовь с детства ко всякого рода добыче цветного и чёрного металла для сдачи. Он ни дня за свои сорок два года не работал официально, пробивался сквозь жизнь металлокопом и разного рода подработками, которые возникали периодически благодаря одиноким пенсионерам, и если зимой Сергей жил более-менее стабильно, поскольку дрова и печи этим старикам и старушкам надо топить ежедневно, с чем он и помогал, то летом их обращения к нему носили хаотичный характер по мере взросления растений в их садах, а сажали пенсионеры всегда и до последнего издыхания, советская голодная закалка давала о себе знать до самой гробовой доски.

Внизу в центре села белело двухэтажное здание школы, Сергей вспомнил свою учёбу, все одиннадцать классов он прошёл хорошистом, в классе не унижали, но и успеха у девчонок не имел, так, просидел серой мышкой, но зато мать гордилась сыном очень сильно и каждый день заново просматривала весь дневник, в котором тройка была редкой гостьей. После школы Сергей собирался уезжать в город и поступать учиться, но вскоре после экзаменов мама неожиданно умерла в сорок лет, отец запил и через год тоже умер, ненадолго их пережила и бабушка, отойдя в мир иной в две тысячи четвёртом, и он остался один. После последних похорон знакомые попросились выпить и переночевать, так и покатилось, Сергей даже думал о петле и однажды почти решился, основательно напившись, но даже в таком состоянии испугался умирать и стал просто плыть по течению, ни к чему не стремясь, утром выпивал, днём зарабатывал, вечером снова выпивал и так по кругу.

108 Кб, 760x450
41 14 мар, 14:51 41 459666

НОВАЯ ЖИЗНЬ

Сергей проснулся ближе к двенадцати часам дня, когда июньское солнце уже набрало достаточную силу, чтобы соседские дети, шумно матерясь где-то за окном, собирались на реку купаться. Они часто бывали у него в гостях чтобы от души посмеяться над собиравшимися ежедневно здесь окрестными алкашами, неизменно выдававшими повод для смеха, если не шуткой, то пьяной дракой уж точно. Вот и вчера было что-то подобное, Сергей попытался вспомнить, что именно, но не смог и спокойно выбросил эту мысль из головы, его запойный стаж уже давным-давно позволял ему не волноваться наутро из-за вчерашних застольных проблем, он знал по опыту, что они как правило исчезают за сутки вследствие не особо работающей памяти и у его постоянных собутыльников тоже. Каждый день у них был новым, чистым листом.

Он облизнул пересохшие губы и стараясь особо не шевелиться пошарил рукой под кроватью, нащупав и достав оттуда за пробку двухлитровую бутылку "Арсенального", отпитую наполовину. Сергей хоть и не помнил, но знал, что что-то подобное там будет, наученный тяжёлым похмельным опытом он имел привычку во время самого веселья выбрать момент и стянуть у распалившихся в очередном споре товарищей какой-нибудь алкоголь и предусмотрительно закатить его под кровать. Никто никогда ничего не замечал и пацанских претензий не предъявлял.

Он приподнялся на локте, открыл бутылку и через силу сделав несколько больших глотков, снова откинулся на спину и стал ждать улучшения. Оно пришло минут через пять, Сергей сел и стал надевать спортивное трико и футболку, которые как обычно висели на изголовье. За окном послышался треск китайских питбайков и детские голоса вскоре исчезли. Сергей громко отрыгнул, оглядел комнату, зевая, и не найдя, за что зацепиться глазу, устало вздохнул. Всё, что имело хоть какую-то ценность, давно пропито. Голые стены, просящие побелки по меньшей мере лет пять, полуразвалившаяся "стенка" без стёкол в дверцах, сгоревший во времена дебатов Жириновского и Глазьева "Рекорд" на тумбе, кровать, пара стульев у стены, это было всё, что осталось от когда-то приличной по сельским меркам избы. Он прошёл на кухню к бачку с водой, по пути толкнул дверь на веранду, впустив жаркий, живой воздух. Пиво делало своё дело, настроение поднималось, сейчас кто-нибудь из дружков наверняка придёт с уже раздобытой бутылкой, надо только чуть подождать. Ожидание начало заполняться потребностями личной гигиены, Сергей успел умыться, побриться, причесаться "массажкой", которую он видел впервые, найдя на полу веранды, видимо вчера у него в гостях был кто-то из местных сельских дам.

Однако бутылка опустела, но никто не пришёл, хозяин даже вышел на улицу через открытую настежь калитку, но село будто вымерло, только несколько коров и лошадей неторопливо щипали молодую травку вдоль придорожной канавы. Сергей прикинул варианты продолжения и выбрал показавшийся ему наиболее оптимальным - пока в теле бродит пиво на старых дрожжах и в руках ещё пару часов будет сила, он решил пойти покопать старый, советский кабель, шедший вдоль федеральной трассы сразу за деревней. За эти два часа он рассчитывал добыть килограмм пять меди, чего ему по прикидкам хватит ещё на сутки жизни, ну и из продуктов что-нибудь купить.
Он бодро нашелушил окурков в кусок газеты, завернул самокрутку, выпил воды столько, сколько влезло, чтобы не брать с собой, прикурил и глубоко затянулся, затяжка показалась ему настолько ядрёной, что он сразу почувствовал себя в два раза пьянее и довольнее.

Резво, но на неровных уже ногах, он заскочил в сад, взял лопату, маленький топор, и снова вышел за калитку, но увидев дальше в улице подъезжающую к одному из домов машину полиции, он на всякий случай решил идти огородами. Зайдя обратно, он закрыл все ворота на засовы, дверь в дом на замок, который впрочем не запирался ключом, о чём знали постоянные гости, и перекинув лопату через плечо, а топорик взяв ближе к топорищу, прошагал через огород. Обойдя вдоль забора уже высунувшуюся картошку, а она оставалась единственной культурой, которую он ещё сажал, Сергей добрался до дальней изгороди, перелез через неё и повернув вправо, двинулся дальше вдоль соседских участков. Их сторона улицы располагалась на небольшом пологом бугре, отчего деревня была теперь видна вся как на ладони. Покосившиеся прясла, большие, шумящие жирной листвой тополя кое-где - всё это могло бы послужить вдохновением для русских художников девятнадцатого века, но Сергея больше интересовало местоположение полицейской "буханки" и вообще сам факт ее появления. Не то, чтобы он беспокоился об их интересе к себе, просто всегда избегал контактов с властью на всякий случай. К тому же человеком он был не злым и не конфликтным в любом своём состоянии и был уверен, что он не может ничего натворить даже будучи сильно пьяным, хотя эти черты характера, помимо общей трусоватости, он также винил и в своём аутсайдерстве по жизни и в отсутствии жены.

Уже пройдя мимо того места, где по его прикидкам внизу в улице он видел "буханку", Сергей переменил мысли. Он шёл теперь по тропинке между огородами и оградой кладбища, на котором ярко выделялись слегка волновавшиеся от жаркого ветерка государственные флаги вперемешку со знамёнами подразделений, Сергей насчитал полтора десятка тех и других и невольно поежился. "Ну его нахуй...Я ещё не всё выпил и не всю ягоду в лесу вырвал", подумал он. Конечно это всё были знакомые и почти все бывали у него дома, а может и вообще все. Ведь зимой иные жёны не позволяли своим вторым половинам пьянствовать у себя в домах и они шли к безотказному "Медному". Такое Сергей имел прозвище в деревне - Серёга "Медный", за его любовь с детства ко всякого рода добыче цветного и чёрного металла для сдачи. Он ни дня за свои сорок два года не работал официально, пробивался сквозь жизнь металлокопом и разного рода подработками, которые возникали периодически благодаря одиноким пенсионерам, и если зимой Сергей жил более-менее стабильно, поскольку дрова и печи этим старикам и старушкам надо топить ежедневно, с чем он и помогал, то летом их обращения к нему носили хаотичный характер по мере взросления растений в их садах, а сажали пенсионеры всегда и до последнего издыхания, советская голодная закалка давала о себе знать до самой гробовой доски.

Внизу в центре села белело двухэтажное здание школы, Сергей вспомнил свою учёбу, все одиннадцать классов он прошёл хорошистом, в классе не унижали, но и успеха у девчонок не имел, так, просидел серой мышкой, но зато мать гордилась сыном очень сильно и каждый день заново просматривала весь дневник, в котором тройка была редкой гостьей. После школы Сергей собирался уезжать в город и поступать учиться, но вскоре после экзаменов мама неожиданно умерла в сорок лет, отец запил и через год тоже умер, ненадолго их пережила и бабушка, отойдя в мир иной в две тысячи четвёртом, и он остался один. После последних похорон знакомые попросились выпить и переночевать, так и покатилось, Сергей даже думал о петле и однажды почти решился, основательно напившись, но даже в таком состоянии испугался умирать и стал просто плыть по течению, ни к чему не стремясь, утром выпивал, днём зарабатывал, вечером снова выпивал и так по кругу.

Показать весь текст
Ответы59740

42 15 мар, 05:31 42 459706

>>435283
Так Волок был только в голове гг, а его баба решила новую жизнь начать по удобному случаю?

Ответы59707

43 15 мар, 06:54 43 459707

>>459706
Интересный вывод и имеет право на жизнь, но по мне демон настоящий.

Ответы59713

44 15 мар, 17:24 44 459713

>>459707
А почему настоящему демону не зашла группа корни? Почему его по воровскому интерес?
Больше похоже на проекции гг - типа соседи слушают блатняк и сын про них отзывался с уважением, ну а демон само собой должен да все плохое быть.

Ответы59725

45 15 мар, 17:34 45 459714

Анон, у вас в Возлебайкалье есть соленые озера в степи. В озёрах живет маленький рачок артемия. У этих рачков есть яйца которые ценны в рыбоводстве как корм и стоят 50-100 баксов за кило.
В Штатах придумали продавать наборы для детей с цистами солью и аквариумом. Торговая марка Sea monkey.
В Саут парке в одной серии они фигурируют под названием Sea Men.
Можешь написать хоррор где имеются соленое озеро, артемии, цисты, браконьеры, степи, Забайкалье?

Ответы59732

46 16 мар, 02:35 46 459725

>>459713
>А почему настоящему демону не зашла группа корни? Почему его по воровскому интерес?
Потому что блатняк это зло, по сравнению с Корнями, конечно демону он больше понравится.

Ответы59728

47 16 мар, 05:52 47 459728

>>459725
А откуда демон знает что блатняк слушают сидельцы ?
И что злого в блатняке если не знать контекста? Там нет описания убийства, насилий, ограблений, там только тоска по воле.
А корни небось поют про прелюбодеяния и блуд, может даже про содомию. Демону такое как раз зашло бы.

Ответы59731

48 16 мар, 06:28 48 459731

>>459728
>А откуда демон знает что блатняк слушают сидельцы ?
Он упоминает, что у него сохранилась память мальчика, который жил среди маргиналов, которые все сидячие как правило.

Вообще смысл в вашей риторике есть, если бы демон не знал контекста блатняка, то все эти песни про церковь и Бога могли бы его корёжить.

49 16 мар, 06:30 49 459732

>>459714
Может тебе стоит самому попробовать, любопытный сеттинг ты уже придумал.

50 16 мар, 12:37 50 459740

>>459666
"Однако, надо прибавить газу" - поторопил он себя, прогоняя невесёлые мысли и зашагав быстрее - "Скоро снова плохеть начнёт, а надо его не только выкопать, но ещё и ободрать от обмотки и унести сдать." Село уже осталось чуть позади и внизу, Медный перебежал через горячий асфальт федеральной трассы и затем пересёк бывшие колхозные "клетки", где когда-то сажали капусту и кукурузу, но теперь всё было заброшено и опознать здесь признаки цивилизации можно было только по бетонным рвам такой же бывшей мелиорации. По-козлиному перепрыгнув через крайний из них, Сергей стал подниматься на холм, который начинался сразу же после, кабель шёл по нему примерно на середине склона. Дойдя до места он увидел свою же прорытую канаву, глубиной ему по шею, ширина же была немного шире его плеч, ровно настолько, чтобы можно было работать без стеснения и не цеплять земляные стены. Кабеля видно не было, в последний раз Сергей копал его в прошлом году, поэтому предусмотрительно оставленный торчащим его обрубленный конец уже был засыпан. Сергей спрыгнул в яму, взял лопату таким хватом, как берут лом и с силой загнал его в землю несколько раз, пока не почувствовал глухой звук. "Ага, вот он".

Этот кабель боялись трогать до поры, вдоль него стояли полосатые столбики с табличками о невозможности копания рядом и люди, несмотря на деревенский бум по части скупки металла в нулевых, обходили его стороной, пугая друг друга историями про смерть от удара током или сроками в тюрьме. Всё изменилось летом 2007-ого, когда местный предприниматель взвинтил закупочную цену на медь до ста рублей за килограмм, при таком предложении о дальнейшем покое этого подземного бывшего помощника связывать людей с разных концов страны не могло быть и речи. Первыми закопались как всегда дети, Медный встретил их в тот же день у магазина, где они триумфально сообщили ему место и взятый вес, на следующее утро вместе с рассветом он уже был там с лопатой и общим самочуствием, похожем на теперешнее. А скоро уже и добрая треть воодушевлённого заработком села гремела инструментами, благо идти было недалеко, только лишь подняться за огороды. Но кабель легко сдаваться не желал - грунт был очень уж каменистым и крепким, поэтому через месяц здесь трудились уже единицы, только самые упорные и пьющие, как правило, Медный в том числе.

Примерно в это же время он впервые заметил того нездешнего старика на красном "Москвиче" 412, он останавливался напротив копателей на обочине трассы и подолгу стоял, недобро глядя на них, но близко не подходил. Пришли холода, Сергей остался один и продолжал работать, пока земля не застыла, и старик всё также приезжал и смотрел.

Ту зиму Сергей продержался работником у владельца ЗИЛа 131, помогая заготавливать дрова, к лету 2008-го снова вернулся в медные дела, и в первый же выход в поле старик снова объявился и потом точно так же провёл лето, наблюдая за Медным, который копал и беспробудно пьянствовал, но даже будучи подшофе так ни разу и не решился подойти и поговорить с загадочным гостем. Когда с утра Сергей шёл на очередной рывок и "Москвич" не краснел у дороги, он даже начинал скучать, но к обеду тот неизменно появлялся.

Через год Сергей стал пробовать копать уже дальше от деревни, в сторону райцентра, который был в 10 километрах, рядом рыть уже стало вообще невозможно из-за суглинка, который почти не брал даже хороший лом, не говоря уже о лопате. И вот тут старик, увидев это движение, пошёл на контакт, Медный от неожиданности даже хотел убежать и выскочил из траншеи, но любопытство пересилило и он остановился.

— Ты до каких пор будешь грабить? - зло спросил дед, выбравшись из машины и подойдя.
— А чё я граблю то? - испугался Медный, но старался не подать виду и скрестил руки на воткнутой лопате. Он впервые видел этого человека вблизи, он оказался низкорослым, грузным и с красным, круглым лицом.
— А ты его сюда ложил, чтобы выкапывать?
— А чё такого-то?
— Всю советскую страну растащили блять! - с ненавистью поднял голос дед. - Мы строили, строили, а вы только грабить, козлы блять!

Старик схватил горсть земли у канавы и бросил в Медного, тот ловко отбил её лопатой, отступая от старика назад.

— Я тебя если ещё увижу здесь, то к ментам пойду! - закричал тот. - Я управу найду блять!

С этой угрозой он и уехал, оставив Сергея с дрожащими руками, успокоился он только когда сдал добытое и выпил. Вечером, как обычно, в его доме была компания и он, заведя разговор в нужное ему русло, выяснил, что старика зовут Кеша Помидор, живёт он как раз в райцентре, родных здесь, в селе, не имеет, но один из собутыльников несколько раз видел его на кладбище, приносящим цветы и рюмку водки на могилу Кости Родионова, местного мужика, умершего ещё в 1980-х. Тут же разговор за столом перешёл на этого самого Костю, забуддыги постарше вспомнили его хорошими словами, Медный до этого тоже слышал о нём от ещё живой матушки, как она носила маленького Серёжу к Косте, чтобы он вылечил его грыжу, тот что-то пошептал, полязгал ножницами над литровой банкой воды и велел помыть этой водой маленького Медного, болезнь тогда ушла сразу. Мама потом рассказывала, что бабушка Кости была знахаркой, к которой даже из города приезжали с плохим здоровьем, потом умерла, но кое-чему внука всё же научила. "Вот он и Помидору видно помог тоже" - подумал тогда Сергей.

Угрозы тогда ещё не переименованной милицией на какое-то время возымели действие, но похмельные обстоятельства и текущее отсутствие альтернатив всё-же иногда вынуждали Сергея прибегнуть снова к лопате, он старался всё сделать ещё затемно или когда уже темно, но пару раз Помидор сумел застать его и прилично погонять по полю с воплями и проклятиями.

Шли годы, Медный перезимовывал подработкой в деревне, летом совершал вылазки к кабелю, уходя дальше от деревни в поисках лучшего грунта. Четыре раза к нему приезжала "Скорая" откалывать уколами, врачи пугали смертью не за горами от водки, Помидор за это время сменил "Москвич" на серую "Тойоту Пробокс" и всё также кружил рядом, Сергей копал постоянно крутя головой вокруг, иногда только она и оставалась над землёй, когда ноги стояли на самой черной жиле. Сам кабель был толщиной с хороший трос, какими вытягивают увязшую в болотах технику, после очистки с метра выходило 700 грамм меди и пяти метров обычно хватало на выпивку и продукты. Завидев машину врага, Медный быстро перерубал топором уже откопанное и бежал с этим куском выше по склону, справедливо предполагая, что иномарка сюда не заберётся, торчащие там и сям валуны не позволят.

Так было до прошлого года, когда он в последний раз копал, ещё в конце мая, но уже в июне появился новый вид дохода - рвать корень солодки. В деревню заехал бизнесмен на микроавтобусе и бросил клич по поводу этого растения, пообещав даже больше за кило, чем стоит медь. И снова треть деревни ринулась за огороды, как почти 20 лет назад за медью, только теперь это были в основном их дети. Ну и Медный, конечно. Прожив до снегов на этом корне, он привычно провёл зиму у пенсионеров, которых к его неудовольствию становилось меньше, к лету покупатель вернулся снова, даже увеличив закупочную цену, Сергей бы сегодня даже не вспомнил про кабель, если бы микроавтобус спустился с федералки в деревню, но он приедет только послезавтра.

50 16 мар, 12:37 50 459740

>>459666
"Однако, надо прибавить газу" - поторопил он себя, прогоняя невесёлые мысли и зашагав быстрее - "Скоро снова плохеть начнёт, а надо его не только выкопать, но ещё и ободрать от обмотки и унести сдать." Село уже осталось чуть позади и внизу, Медный перебежал через горячий асфальт федеральной трассы и затем пересёк бывшие колхозные "клетки", где когда-то сажали капусту и кукурузу, но теперь всё было заброшено и опознать здесь признаки цивилизации можно было только по бетонным рвам такой же бывшей мелиорации. По-козлиному перепрыгнув через крайний из них, Сергей стал подниматься на холм, который начинался сразу же после, кабель шёл по нему примерно на середине склона. Дойдя до места он увидел свою же прорытую канаву, глубиной ему по шею, ширина же была немного шире его плеч, ровно настолько, чтобы можно было работать без стеснения и не цеплять земляные стены. Кабеля видно не было, в последний раз Сергей копал его в прошлом году, поэтому предусмотрительно оставленный торчащим его обрубленный конец уже был засыпан. Сергей спрыгнул в яму, взял лопату таким хватом, как берут лом и с силой загнал его в землю несколько раз, пока не почувствовал глухой звук. "Ага, вот он".

Этот кабель боялись трогать до поры, вдоль него стояли полосатые столбики с табличками о невозможности копания рядом и люди, несмотря на деревенский бум по части скупки металла в нулевых, обходили его стороной, пугая друг друга историями про смерть от удара током или сроками в тюрьме. Всё изменилось летом 2007-ого, когда местный предприниматель взвинтил закупочную цену на медь до ста рублей за килограмм, при таком предложении о дальнейшем покое этого подземного бывшего помощника связывать людей с разных концов страны не могло быть и речи. Первыми закопались как всегда дети, Медный встретил их в тот же день у магазина, где они триумфально сообщили ему место и взятый вес, на следующее утро вместе с рассветом он уже был там с лопатой и общим самочуствием, похожем на теперешнее. А скоро уже и добрая треть воодушевлённого заработком села гремела инструментами, благо идти было недалеко, только лишь подняться за огороды. Но кабель легко сдаваться не желал - грунт был очень уж каменистым и крепким, поэтому через месяц здесь трудились уже единицы, только самые упорные и пьющие, как правило, Медный в том числе.

Примерно в это же время он впервые заметил того нездешнего старика на красном "Москвиче" 412, он останавливался напротив копателей на обочине трассы и подолгу стоял, недобро глядя на них, но близко не подходил. Пришли холода, Сергей остался один и продолжал работать, пока земля не застыла, и старик всё также приезжал и смотрел.

Ту зиму Сергей продержался работником у владельца ЗИЛа 131, помогая заготавливать дрова, к лету 2008-го снова вернулся в медные дела, и в первый же выход в поле старик снова объявился и потом точно так же провёл лето, наблюдая за Медным, который копал и беспробудно пьянствовал, но даже будучи подшофе так ни разу и не решился подойти и поговорить с загадочным гостем. Когда с утра Сергей шёл на очередной рывок и "Москвич" не краснел у дороги, он даже начинал скучать, но к обеду тот неизменно появлялся.

Через год Сергей стал пробовать копать уже дальше от деревни, в сторону райцентра, который был в 10 километрах, рядом рыть уже стало вообще невозможно из-за суглинка, который почти не брал даже хороший лом, не говоря уже о лопате. И вот тут старик, увидев это движение, пошёл на контакт, Медный от неожиданности даже хотел убежать и выскочил из траншеи, но любопытство пересилило и он остановился.

— Ты до каких пор будешь грабить? - зло спросил дед, выбравшись из машины и подойдя.
— А чё я граблю то? - испугался Медный, но старался не подать виду и скрестил руки на воткнутой лопате. Он впервые видел этого человека вблизи, он оказался низкорослым, грузным и с красным, круглым лицом.
— А ты его сюда ложил, чтобы выкапывать?
— А чё такого-то?
— Всю советскую страну растащили блять! - с ненавистью поднял голос дед. - Мы строили, строили, а вы только грабить, козлы блять!

Старик схватил горсть земли у канавы и бросил в Медного, тот ловко отбил её лопатой, отступая от старика назад.

— Я тебя если ещё увижу здесь, то к ментам пойду! - закричал тот. - Я управу найду блять!

С этой угрозой он и уехал, оставив Сергея с дрожащими руками, успокоился он только когда сдал добытое и выпил. Вечером, как обычно, в его доме была компания и он, заведя разговор в нужное ему русло, выяснил, что старика зовут Кеша Помидор, живёт он как раз в райцентре, родных здесь, в селе, не имеет, но один из собутыльников несколько раз видел его на кладбище, приносящим цветы и рюмку водки на могилу Кости Родионова, местного мужика, умершего ещё в 1980-х. Тут же разговор за столом перешёл на этого самого Костю, забуддыги постарше вспомнили его хорошими словами, Медный до этого тоже слышал о нём от ещё живой матушки, как она носила маленького Серёжу к Косте, чтобы он вылечил его грыжу, тот что-то пошептал, полязгал ножницами над литровой банкой воды и велел помыть этой водой маленького Медного, болезнь тогда ушла сразу. Мама потом рассказывала, что бабушка Кости была знахаркой, к которой даже из города приезжали с плохим здоровьем, потом умерла, но кое-чему внука всё же научила. "Вот он и Помидору видно помог тоже" - подумал тогда Сергей.

Угрозы тогда ещё не переименованной милицией на какое-то время возымели действие, но похмельные обстоятельства и текущее отсутствие альтернатив всё-же иногда вынуждали Сергея прибегнуть снова к лопате, он старался всё сделать ещё затемно или когда уже темно, но пару раз Помидор сумел застать его и прилично погонять по полю с воплями и проклятиями.

Шли годы, Медный перезимовывал подработкой в деревне, летом совершал вылазки к кабелю, уходя дальше от деревни в поисках лучшего грунта. Четыре раза к нему приезжала "Скорая" откалывать уколами, врачи пугали смертью не за горами от водки, Помидор за это время сменил "Москвич" на серую "Тойоту Пробокс" и всё также кружил рядом, Сергей копал постоянно крутя головой вокруг, иногда только она и оставалась над землёй, когда ноги стояли на самой черной жиле. Сам кабель был толщиной с хороший трос, какими вытягивают увязшую в болотах технику, после очистки с метра выходило 700 грамм меди и пяти метров обычно хватало на выпивку и продукты. Завидев машину врага, Медный быстро перерубал топором уже откопанное и бежал с этим куском выше по склону, справедливо предполагая, что иномарка сюда не заберётся, торчащие там и сям валуны не позволят.

Так было до прошлого года, когда он в последний раз копал, ещё в конце мая, но уже в июне появился новый вид дохода - рвать корень солодки. В деревню заехал бизнесмен на микроавтобусе и бросил клич по поводу этого растения, пообещав даже больше за кило, чем стоит медь. И снова треть деревни ринулась за огороды, как почти 20 лет назад за медью, только теперь это были в основном их дети. Ну и Медный, конечно. Прожив до снегов на этом корне, он привычно провёл зиму у пенсионеров, которых к его неудовольствию становилось меньше, к лету покупатель вернулся снова, даже увеличив закупочную цену, Сергей бы сегодня даже не вспомнил про кабель, если бы микроавтобус спустился с федералки в деревню, но он приедет только послезавтра.

Показать весь текст
Ответы597425977960099

51 16 мар, 14:21 51 459742

>>459740
Отлично. Когда продолжение?

Ответы59743

52 16 мар, 14:25 52 459743

>>459742
Завтра

53 17 мар, 10:52 53 459779

>>459740
Он опустился на колени, совсем исчезнув в траншее, откопал руками обрубленный год назад конец.

— Ну, главное начать.. - пробормотал он себе, поднимаясь, и тут же резко присел на корточки, увидев краем глаза, как внизу с трассы в сторону кладбища съезжал серый "Пробокс".
"Это может и не Помидор, мало ли таких сейчас..", мысленно успокаивал себя Сергей, надеясь на огромную популярность этой модели на Дальнем Востоке.

Авто неспешно скрылось за могилами, ворота были с той стороны, откуда Медный начинал свой поход и отсюда их было не видно.
"Наверно дата у кого-то или просто убраться приехали у родственников", заключил он и выпрыгнул наверх, рассудив что в худшем случае просто снова убежит от Помидора.

Обратив всё внимание в предстоящую работу, он присмотрелся, как всегда, когда начинал здесь коп, ища глазами едва заметный теперь бугорок, оставленный укладочной машиной 40 лет назад. Сергей копал не как другие, если они долбили землю как шахтеры, стоя в траншее и работая лопатой как ломом перед собой, то Медный скорее был похож на расслабленного дачника, сажающего картофель - он всегда проходил пять метров по этому бугорку на лопатный штык, потом заходил заново и так до самого низа, постепенно скрываясь в канаве.

Ещё раз бросив взгляд в сторону кладбища и никого не увидев, он отмерил свою сегодняшнюю норму пятью широкими шагами, взял лопату, ткнул в землю там, где бросил в прошлом году, наступил всем весом, одновременно раскачиваясь маятником, лезвие заходило буквально по миллиметрам, но Медный знал, что верхний пласт будет самый трудоёмкий и силозатратный отрезок во всей сегодняшней работе. Вогнав до упора он навалился на черень, который затрещал от тяжести, и вырвал первый кусок неподатливой, каменистой земли, опрокинув его сбоку от себя, комок не рассыпался вообще. Сергей недовольно-укоризненно покачал головой, глядя на этот кусок как отец смотрит на сына, принесшего двойку из школы и повторил всё заново. Всегда, когда он шёл верхний, самый трудный закоп, то неизменно вспоминал фильм "Они сражались за Родину", точнее эпизод из него, где рядовой Звягинцев сетовал на качество донской степной почвы, здесь было что-то похожее.

Солнце скрылось за лёгким облачком, неподвижный воздух наполнился приятным, горьковатым ароматом побитого лопатой чабреца и Сергей на шестом куске неловко упал - для пущей силы он начал слегка подпрыгивать, держа ногу на лопате, но она неожиданно звякнула лезвием на чём-то твёрдом неглубоко под землёй и прокрутилась в руках, трезвым Медный может бы и устоял на ногах, но хмель ещё давал о себе знать.

— Да ёбтвоюмать! - громко выругался он, вставая. - Ебучий камень!

Подкопав под это место, он увидел ребристый верх арматуры, протыкал лопатой вдоль, прикидывая её длину, на вид было метра два. Он попытался поддеть её снизу и вывернуть, но она не поддалась сразу, очевидно давно лежала и грунт успел врасти в неё и сделать частью своей экосистемы. Но Медный справлялся с гораздо более сложными случаями в своей металлической карьере и вскоре поднял её из земли, сразу сообразив, отчего она так сопротивлялась - чуть дальше её середины и поперёк к ней был прикручен кусок такой же арматуры, но меньшей длины, метра полтора. Сергей поставил эту странную конструкцию в полный рост, это оказался самодельный крест ростом выше него.

— Нихуя себе! - оценил он находку, держа её одной рукой. - Нормальное начало, сходу фартит.

Оттащив и акуратно положив железо в стороне, он вернулся и принялся с воодушевлением копать дальше, вслух жалея, что забыл взять с собой хотя бы бутылку воды. Наконец первый слой был пройден до намеченного ранее финиша, Медный снял уже сырую футболку и вытер лоб. Второй заход уже ощущался легче, лопата заходила в землю без раскачки на глубину спичечного коробка, что было несравнимо лучше, но похмелье начинало понемногу возвращаться, суша рот и волнуя аритмией сердце. "Хули теперь, не бросать же..", уговаривал себя Сергей, но с каждой выброшенной из уже очертившейся канавки лопаты земли ему становилось всё хуже. "Почему воду не взял, долбоёб, да и вообще, дома надо было сидеть, за это время наверно уже и Сом с ХоШиМином уже приходили и ушли, вместе с ними бы сообразил, чем здесь лазить", корил он себя, впрочем, продолжая работать. Каждый заход казался легче предидущего качеством земли, но тяжелее для здоровья, особенно сердце заходилось, часто сбиваясь с ритма, это Медный чувствовал горлом, у него даже проскочила мысль, что он умрёт как его отец, тоже с похмелья.

Под такие невесёлые раздумья он, однако, опускался всё ниже в траншее с каждым новым заходом и выдохся окончательно, когда до кабеля оставалось штыка три-четыре. Он тяжело вылез и сел на край, там где он начал, обтирая уже насквозь мокрой футболкой всё тело, затем откинулся назад, опершись руками в траву. Посидев так минут пять, он зло спрыгнул обратно с намерением докопать во что бы то ни стало и с силой воткнул лопату в ярко-жёлтую глину, неожиданно встретив сопротивление, хотя по его опыту на такой глубине камни и прочее были редкостью. Попробовав обкопать рядом Сергей вскоре выяснил, что это был кирзовый сапог, лежавший носком вниз. Он отскоблил его сверху, в глине он сохранился очень хорошо, и увидел что рядом оголилась часть от его пары. "Нихуя, даже сапогами разжился!", усмехнулся про себя Медный, попытавшись поддеть их лопатой, как он сделал с давешним крестом, но сидели они крепко. Он продолжил копать дальше к их голяшке, рассчитывая потянуть за неё и вытащить, но вслед за сапогами показалась тёмная, крепкая ткань брюк.

— Нихуя себе! - выкрикнул он от неожиданности, выскочив из ямы, - Труп что-ли нашёл?

Его затрясло, он походил рядом, растирая себе попеременно руки от плечей до пальцев и уже не мог точно определить, трясёт его от похмелья или от страха. Осторожно подойдя к краю, он снова заглянул вниз.

— И что делать теперь? - задыхаясь, начал он вслух. - Надо идти ментов вызывать наверное, меня же не посадят за него, он тут десятилетия лежит... Бляяяя, вот угораздило же..

Сергей не успел договорить и резко сиганул обратно в яму, увидев серый "Пробокс", выезжавший от кладбища обратно на трассу.

— Этого пидараса только не хватало! - проревел Медный ещё на лету. - Хоть бы это был не он..

Он сидел в канаве на корточках прямо на злосчастных сапогах, держась обеими руками за стенки траншеи для равновесия.

— Ёбтвою, а если это Помидор здесь кого-то закопал! - Медного обдало холодным потом ужаса от своей догадки. - Недаром и мне не давал житья здесь...Ёбанаврот!

Он приподнялся на ватных ногах и увидев, что "Тойота" уже съехала с трассы и неслась сюда по старой дороге между клеток, оставляя после себя стену пыли, мгновенно сел обратно.

— Пиздец попал! Чё делать то, ёбанаврот?

Сергей не сразу понял, что почувствовал лёгкий толчок снизу, его мозг был занят генерированием различных версий расправы Помидора над безымянным мужчиной и возможностей своего спасения.

— Чё за хуйня, суслик что-ли? - он отступил и тупо посмотрел вниз. Нога в сапоге медленно, но верно поднималась каблуком вверх, выворачивая слежавшуюся вокруг неё глину, вторая тоже задвигалась. Медный встал во весь рост и протёр глаза, не веря в то, что видит, он слышал приближающийся дикий вой мотора, но это уже казалось неважным.

53 17 мар, 10:52 53 459779

>>459740
Он опустился на колени, совсем исчезнув в траншее, откопал руками обрубленный год назад конец.

— Ну, главное начать.. - пробормотал он себе, поднимаясь, и тут же резко присел на корточки, увидев краем глаза, как внизу с трассы в сторону кладбища съезжал серый "Пробокс".
"Это может и не Помидор, мало ли таких сейчас..", мысленно успокаивал себя Сергей, надеясь на огромную популярность этой модели на Дальнем Востоке.

Авто неспешно скрылось за могилами, ворота были с той стороны, откуда Медный начинал свой поход и отсюда их было не видно.
"Наверно дата у кого-то или просто убраться приехали у родственников", заключил он и выпрыгнул наверх, рассудив что в худшем случае просто снова убежит от Помидора.

Обратив всё внимание в предстоящую работу, он присмотрелся, как всегда, когда начинал здесь коп, ища глазами едва заметный теперь бугорок, оставленный укладочной машиной 40 лет назад. Сергей копал не как другие, если они долбили землю как шахтеры, стоя в траншее и работая лопатой как ломом перед собой, то Медный скорее был похож на расслабленного дачника, сажающего картофель - он всегда проходил пять метров по этому бугорку на лопатный штык, потом заходил заново и так до самого низа, постепенно скрываясь в канаве.

Ещё раз бросив взгляд в сторону кладбища и никого не увидев, он отмерил свою сегодняшнюю норму пятью широкими шагами, взял лопату, ткнул в землю там, где бросил в прошлом году, наступил всем весом, одновременно раскачиваясь маятником, лезвие заходило буквально по миллиметрам, но Медный знал, что верхний пласт будет самый трудоёмкий и силозатратный отрезок во всей сегодняшней работе. Вогнав до упора он навалился на черень, который затрещал от тяжести, и вырвал первый кусок неподатливой, каменистой земли, опрокинув его сбоку от себя, комок не рассыпался вообще. Сергей недовольно-укоризненно покачал головой, глядя на этот кусок как отец смотрит на сына, принесшего двойку из школы и повторил всё заново. Всегда, когда он шёл верхний, самый трудный закоп, то неизменно вспоминал фильм "Они сражались за Родину", точнее эпизод из него, где рядовой Звягинцев сетовал на качество донской степной почвы, здесь было что-то похожее.

Солнце скрылось за лёгким облачком, неподвижный воздух наполнился приятным, горьковатым ароматом побитого лопатой чабреца и Сергей на шестом куске неловко упал - для пущей силы он начал слегка подпрыгивать, держа ногу на лопате, но она неожиданно звякнула лезвием на чём-то твёрдом неглубоко под землёй и прокрутилась в руках, трезвым Медный может бы и устоял на ногах, но хмель ещё давал о себе знать.

— Да ёбтвоюмать! - громко выругался он, вставая. - Ебучий камень!

Подкопав под это место, он увидел ребристый верх арматуры, протыкал лопатой вдоль, прикидывая её длину, на вид было метра два. Он попытался поддеть её снизу и вывернуть, но она не поддалась сразу, очевидно давно лежала и грунт успел врасти в неё и сделать частью своей экосистемы. Но Медный справлялся с гораздо более сложными случаями в своей металлической карьере и вскоре поднял её из земли, сразу сообразив, отчего она так сопротивлялась - чуть дальше её середины и поперёк к ней был прикручен кусок такой же арматуры, но меньшей длины, метра полтора. Сергей поставил эту странную конструкцию в полный рост, это оказался самодельный крест ростом выше него.

— Нихуя себе! - оценил он находку, держа её одной рукой. - Нормальное начало, сходу фартит.

Оттащив и акуратно положив железо в стороне, он вернулся и принялся с воодушевлением копать дальше, вслух жалея, что забыл взять с собой хотя бы бутылку воды. Наконец первый слой был пройден до намеченного ранее финиша, Медный снял уже сырую футболку и вытер лоб. Второй заход уже ощущался легче, лопата заходила в землю без раскачки на глубину спичечного коробка, что было несравнимо лучше, но похмелье начинало понемногу возвращаться, суша рот и волнуя аритмией сердце. "Хули теперь, не бросать же..", уговаривал себя Сергей, но с каждой выброшенной из уже очертившейся канавки лопаты земли ему становилось всё хуже. "Почему воду не взял, долбоёб, да и вообще, дома надо было сидеть, за это время наверно уже и Сом с ХоШиМином уже приходили и ушли, вместе с ними бы сообразил, чем здесь лазить", корил он себя, впрочем, продолжая работать. Каждый заход казался легче предидущего качеством земли, но тяжелее для здоровья, особенно сердце заходилось, часто сбиваясь с ритма, это Медный чувствовал горлом, у него даже проскочила мысль, что он умрёт как его отец, тоже с похмелья.

Под такие невесёлые раздумья он, однако, опускался всё ниже в траншее с каждым новым заходом и выдохся окончательно, когда до кабеля оставалось штыка три-четыре. Он тяжело вылез и сел на край, там где он начал, обтирая уже насквозь мокрой футболкой всё тело, затем откинулся назад, опершись руками в траву. Посидев так минут пять, он зло спрыгнул обратно с намерением докопать во что бы то ни стало и с силой воткнул лопату в ярко-жёлтую глину, неожиданно встретив сопротивление, хотя по его опыту на такой глубине камни и прочее были редкостью. Попробовав обкопать рядом Сергей вскоре выяснил, что это был кирзовый сапог, лежавший носком вниз. Он отскоблил его сверху, в глине он сохранился очень хорошо, и увидел что рядом оголилась часть от его пары. "Нихуя, даже сапогами разжился!", усмехнулся про себя Медный, попытавшись поддеть их лопатой, как он сделал с давешним крестом, но сидели они крепко. Он продолжил копать дальше к их голяшке, рассчитывая потянуть за неё и вытащить, но вслед за сапогами показалась тёмная, крепкая ткань брюк.

— Нихуя себе! - выкрикнул он от неожиданности, выскочив из ямы, - Труп что-ли нашёл?

Его затрясло, он походил рядом, растирая себе попеременно руки от плечей до пальцев и уже не мог точно определить, трясёт его от похмелья или от страха. Осторожно подойдя к краю, он снова заглянул вниз.

— И что делать теперь? - задыхаясь, начал он вслух. - Надо идти ментов вызывать наверное, меня же не посадят за него, он тут десятилетия лежит... Бляяяя, вот угораздило же..

Сергей не успел договорить и резко сиганул обратно в яму, увидев серый "Пробокс", выезжавший от кладбища обратно на трассу.

— Этого пидараса только не хватало! - проревел Медный ещё на лету. - Хоть бы это был не он..

Он сидел в канаве на корточках прямо на злосчастных сапогах, держась обеими руками за стенки траншеи для равновесия.

— Ёбтвою, а если это Помидор здесь кого-то закопал! - Медного обдало холодным потом ужаса от своей догадки. - Недаром и мне не давал житья здесь...Ёбанаврот!

Он приподнялся на ватных ногах и увидев, что "Тойота" уже съехала с трассы и неслась сюда по старой дороге между клеток, оставляя после себя стену пыли, мгновенно сел обратно.

— Пиздец попал! Чё делать то, ёбанаврот?

Сергей не сразу понял, что почувствовал лёгкий толчок снизу, его мозг был занят генерированием различных версий расправы Помидора над безымянным мужчиной и возможностей своего спасения.

— Чё за хуйня, суслик что-ли? - он отступил и тупо посмотрел вниз. Нога в сапоге медленно, но верно поднималась каблуком вверх, выворачивая слежавшуюся вокруг неё глину, вторая тоже задвигалась. Медный встал во весь рост и протёр глаза, не веря в то, что видит, он слышал приближающийся дикий вой мотора, но это уже казалось неважным.

Показать весь текст
Ответы5978460124

54 17 мар, 11:29 54 459784

>>459779
Годнота!
Кстати, еще на днях приходила мысль что Помидор кого-то закопал там и поэтому нервничал.

201 Кб, 1024x1024
55 20 мар, 15:06 55 460099

>>459740
Помидор ругает Медного.
Когда продолдение?

Ответы60125

56 21 мар, 11:39 56 460124

>>459779
Помидор на ходу выпрыгнул из машины, не обратив никакого внимания, что она покатилась назад со склона и на нетвёрдых стариковских ногах подбежал к Медному, который оторопело уставился вниз, где шевелились уже не только ноги, но и медленно вздымалась земля там, где по его прикидкам была спина тела, лежащего лицом вниз.

— Где крест блять!! - заорал Помидор, вращая головой в поисках пропажи.

Его рык будто вывел Сергея из ступора, он наконец осознал, что до сих пор стоит в траншее и завопив выпрыгнул из неё почти без помощи рук.

— Вон туда утащил.. - испуганно показал он дрожащей рукой и тут же бросился, не дожидаясь попытки Помидора.
— Тащи! - гаркнул тот, сам схватив лопату и начав бешено, насколько хватало сил, скидывать землю обратно на шевелящееся тело.

У Медного ушло секунд 20, когда он приволок арматуру, Помидор выхватил её, взамен сунув ему в руки лопату, Сергей без команды начал засыпать свою работу в два раза быстрее, чем это делал старик. Помидор тем временем несколькими движениями вернул железу вид ровного креста и бросил его над трупом, которому как будто не хватало совсем чуть-чуть сил сбросить со спины пласт утрамбовавшейся почвы, таким образом, что поперечина легла как раньше, держа на себе вертикальный ствол, который повис над траншеей вдоль, задрав верхний конец и упав нижним на скрывающиеся под летящими комками земли сапоги.

— Под крестом как под замком! - уже не криком, а уверенным, громким голосом сопроводил Помидор свои действия, повторив это ещё два раза. - Под крестом, как под замком! Под крестом, как под замком!

Медный испуганно смотрел на него, часто работая лопатой. Всё, что он выбросил за день, летело назад, ударяясь и звеня мелкими камешками о крест.

— Давай, давай! Путём хуярь! - строго командовал Помидор, не отрывая взгляда от тела, которое снова скрывалось под толщей земли и затихало.

Вскоре Медный в изнеможении бросил лопату на землю, он для верности даже забросал добрых два метра своей прошлогодней копки, Помидор тут же трамбовал, ходя по-гусиному по свежезакопанному, стараясь не задеть креста. Он поднял брошенную лопату и пройдя вдоль траншеи аккуратно подровнял бока, как это делают опытные могильщики.

— Ой-ей-ей, да ёбаный компот! - выругался он, только теперь увидев свою машину внизу, она съехала до самой "клетки" и успокоилась в мелких кустиках молодого ивняка. - Ну пойдём отсюда, а то уже и внимание привлекать начнём скоро.

Он зашагал к машине, Медный на тяжёлых ногах поплёлся за ним, взяв в руки лопату и топор, он бы забыл про него, не попадись он на глаза, во рту он чувствовал чудовищную пустыню, но с усталым удивлением отметил, что похмелье ушло. "Всё вышибло нахуй... От таких делов вышибет.."

Спустившись к иномарке, старик внимательно осмотрел её снизу и с удовлетворением отметил, что ничего серьёзного не случилось, лишь пара свежих царапин на днище от больших камней. Медный только сейчас, глядя на кряхтящего и стонающего под машиной Помидора, осознал, насколько тот постарел за годы их противостояния. Старик как будто услышал его мысли.

— Вот что адреналин с человеком делает! - весело сказал он, кое-как поднимаясь на ноги. - Возле ямы прыгал, как хуёвый заяц, а как остыл, так снова все кости болят.

Он шатаясь от старости обошёл ещё раз вокруг своего транспорта для верности, как делают бережливые хозяева, и со стонами влез за руль, перед этим уложив инструменты Медного на заднее сидение, а его самого посадив рядом с собой. Тот не сопротивлялся. В салоне было жарко, мотор заводить не пришлось - он так и не заглох за это время, и они потихоньку тронулись. Помидор рулил буднично, казалось, что ещё минуты назад ничего и не происходило, Медный до сих пор не мог до конца прийти в себя, обнаружив катающуюся в ногах бутылку с водой, он с разрешения старика с жадностью опорожнил весь литр. Стало легче.

— Я знал, что это рано или поздно случится. - прервал молчание Помидор, въезжая на федералку и выворачивая руль в сторону, противоположную жилищу Медного. - Сорок лет ждал.

Он прибавил газу, ветер приятно хлынул внутрь сквозь опущенные стёкла.

— Да уж, повезло мне пиздец, что вы тут оказались сегодня, если бы не вы...
— А везение тут ни при чём, сынок. Всё так, как Господь решил.
— А чё это такое то? - решился наконец Медный.
— А вот щас приедем ко мне домой, поужинаем, выпьем, я тебе всё и расскажу. - улыбнулся Помидор, Медный подумал, что впервые видит старика улыбающимся, а слово "выпьем" подействовало на него успокаивающе.

Дорога едва ли заняла двадцать минут и въехав в райцентр, они почти в самом его начале подъехали к ухоженному, добротному дому, упёршись мордой машины в голубые ворота, украшенные искусно вырезанными фигурами разных зверей, от лисы до медведицы с медвежатами, Медный, выйдя вслед за Помидором наружу увидел, что пара больших медведей нашла себе место под самой крышей избы.

— А это я ещё в 78-ом сделал, точнее заказал мастеру одному, жил у нас тут один, Колька Мартынов, у него кличка Карась была, не слыхал?
— Не.
— Большой мастер был, что ты! От вина сгорел, тоже. Я их каждый год подкрашиваю, - старик кивнул на зверей.- В прошлом годе думаю ну всё, нахуй, не могу уже в 81 год залазить наверх с краской, сделаю как все соседи, сайдингом обошью, да ворота профлистом, а поглядел и жалко стало, будто эти зверята живые, привык за столько лет. Ну пойдём в хату.
— Да неудобно как-то, бабушка то ваша скажет, мол, какого алкаша приволок. - оценил Медный свой внешний вид, заходя в калитку следом за хозяином.
— А нету её, померла прошлой осенью. Один вот справляюсь понемногу. - объяснил Помидор, открывая замок веранды. - Заходи, тебя же Серёга зовут, правильно?
— Ага, - подтвердил Медный.
— А меня Иннокентий Мефодьич. - представился дед. - Вот и познакомились наконец.

Пройдя через просторные, светлые сени, они вошли в избу, попав через небольшую прихожую сразу в кухню. Обставлена она была по старинке - основательный резной буфет, такой же крепкий стол у окна, выходящего в сад, с подходящими ему по стилю тремя стульями, большая белая русская печь с белой занавеской, Медный подумал, что такие печи остались только в советских мультфильмах.

— Ты умывайся и проходи за стол, сынок. - показал на умывальник Помидор.

Медный так и сделал, по пути к столу мельком заглянув в большую комнату сбоку, где всё было так, как и должно быть в доме у приличного пенсионера - советская "стенка", ковры, ряд старых портретов на стене и плазменный телевизор с накинутой на него треугольной салфеткой.

Он с удовольствием откинулся на стуле, чувствуя приятную прохладу нетопленного дома, Помидор по-хозяйски суетился, налаживая на стол, он поставил хлебницу с хлебом, тарелку с нарезанной колбасой вперемешку с сыром, в середину стола кастрюлю вчерашних разогретых щей, предложив гостю наливать их самому, что тот и сделал, наполнив тарелки, которые тоже оказались старинные, с видом города Пятигорска. Последней старик поставил на стол пузатую бутылку с тёмно-красной жидкостью и две рюмки на ножках.

— Это я свою настойку делаю, на смородине. - не без гордости сообщил он. - Ты давай жуй, не стесняйся.

Уговаривать Медного не пришлось, выпив рюмку он принялся работать ложкой, вспомнив, что сейчас время пятый час, а он сегодня не ел вообще. Помидор одобрительно кивал.

— Так вы колдун что-ли, Иннокентий Мефодьевич? - решил начать он, доев щи и с удовольствием глядя, как Помидор наливает по второй, хотя зажгло внутри у Медного ещё от первой.
— Ну что ты, Серёжа, - мягко ответил он и выпил вторую. - Я сварщиком всю жизнь проработал, а потом в котельной, на пенсии уже.
— А как вы тогда там? - Медный махнул головой в сторону и тоже выпив.
— А вот пришлось, сынок. - старик глубоко вздохнул, помолчал несколько секунд и продолжил. - Почти 40 лет прошло, а всё одно, как вчера, перед глазами стоит. Тогда июнь в 87-ом году выдался душный, каждый день с утра духота, а к вечеру чёрная туча вылазит на горизонте и ливень приходит до ночи, и так каждый день было...

56 21 мар, 11:39 56 460124

>>459779
Помидор на ходу выпрыгнул из машины, не обратив никакого внимания, что она покатилась назад со склона и на нетвёрдых стариковских ногах подбежал к Медному, который оторопело уставился вниз, где шевелились уже не только ноги, но и медленно вздымалась земля там, где по его прикидкам была спина тела, лежащего лицом вниз.

— Где крест блять!! - заорал Помидор, вращая головой в поисках пропажи.

Его рык будто вывел Сергея из ступора, он наконец осознал, что до сих пор стоит в траншее и завопив выпрыгнул из неё почти без помощи рук.

— Вон туда утащил.. - испуганно показал он дрожащей рукой и тут же бросился, не дожидаясь попытки Помидора.
— Тащи! - гаркнул тот, сам схватив лопату и начав бешено, насколько хватало сил, скидывать землю обратно на шевелящееся тело.

У Медного ушло секунд 20, когда он приволок арматуру, Помидор выхватил её, взамен сунув ему в руки лопату, Сергей без команды начал засыпать свою работу в два раза быстрее, чем это делал старик. Помидор тем временем несколькими движениями вернул железу вид ровного креста и бросил его над трупом, которому как будто не хватало совсем чуть-чуть сил сбросить со спины пласт утрамбовавшейся почвы, таким образом, что поперечина легла как раньше, держа на себе вертикальный ствол, который повис над траншеей вдоль, задрав верхний конец и упав нижним на скрывающиеся под летящими комками земли сапоги.

— Под крестом как под замком! - уже не криком, а уверенным, громким голосом сопроводил Помидор свои действия, повторив это ещё два раза. - Под крестом, как под замком! Под крестом, как под замком!

Медный испуганно смотрел на него, часто работая лопатой. Всё, что он выбросил за день, летело назад, ударяясь и звеня мелкими камешками о крест.

— Давай, давай! Путём хуярь! - строго командовал Помидор, не отрывая взгляда от тела, которое снова скрывалось под толщей земли и затихало.

Вскоре Медный в изнеможении бросил лопату на землю, он для верности даже забросал добрых два метра своей прошлогодней копки, Помидор тут же трамбовал, ходя по-гусиному по свежезакопанному, стараясь не задеть креста. Он поднял брошенную лопату и пройдя вдоль траншеи аккуратно подровнял бока, как это делают опытные могильщики.

— Ой-ей-ей, да ёбаный компот! - выругался он, только теперь увидев свою машину внизу, она съехала до самой "клетки" и успокоилась в мелких кустиках молодого ивняка. - Ну пойдём отсюда, а то уже и внимание привлекать начнём скоро.

Он зашагал к машине, Медный на тяжёлых ногах поплёлся за ним, взяв в руки лопату и топор, он бы забыл про него, не попадись он на глаза, во рту он чувствовал чудовищную пустыню, но с усталым удивлением отметил, что похмелье ушло. "Всё вышибло нахуй... От таких делов вышибет.."

Спустившись к иномарке, старик внимательно осмотрел её снизу и с удовлетворением отметил, что ничего серьёзного не случилось, лишь пара свежих царапин на днище от больших камней. Медный только сейчас, глядя на кряхтящего и стонающего под машиной Помидора, осознал, насколько тот постарел за годы их противостояния. Старик как будто услышал его мысли.

— Вот что адреналин с человеком делает! - весело сказал он, кое-как поднимаясь на ноги. - Возле ямы прыгал, как хуёвый заяц, а как остыл, так снова все кости болят.

Он шатаясь от старости обошёл ещё раз вокруг своего транспорта для верности, как делают бережливые хозяева, и со стонами влез за руль, перед этим уложив инструменты Медного на заднее сидение, а его самого посадив рядом с собой. Тот не сопротивлялся. В салоне было жарко, мотор заводить не пришлось - он так и не заглох за это время, и они потихоньку тронулись. Помидор рулил буднично, казалось, что ещё минуты назад ничего и не происходило, Медный до сих пор не мог до конца прийти в себя, обнаружив катающуюся в ногах бутылку с водой, он с разрешения старика с жадностью опорожнил весь литр. Стало легче.

— Я знал, что это рано или поздно случится. - прервал молчание Помидор, въезжая на федералку и выворачивая руль в сторону, противоположную жилищу Медного. - Сорок лет ждал.

Он прибавил газу, ветер приятно хлынул внутрь сквозь опущенные стёкла.

— Да уж, повезло мне пиздец, что вы тут оказались сегодня, если бы не вы...
— А везение тут ни при чём, сынок. Всё так, как Господь решил.
— А чё это такое то? - решился наконец Медный.
— А вот щас приедем ко мне домой, поужинаем, выпьем, я тебе всё и расскажу. - улыбнулся Помидор, Медный подумал, что впервые видит старика улыбающимся, а слово "выпьем" подействовало на него успокаивающе.

Дорога едва ли заняла двадцать минут и въехав в райцентр, они почти в самом его начале подъехали к ухоженному, добротному дому, упёршись мордой машины в голубые ворота, украшенные искусно вырезанными фигурами разных зверей, от лисы до медведицы с медвежатами, Медный, выйдя вслед за Помидором наружу увидел, что пара больших медведей нашла себе место под самой крышей избы.

— А это я ещё в 78-ом сделал, точнее заказал мастеру одному, жил у нас тут один, Колька Мартынов, у него кличка Карась была, не слыхал?
— Не.
— Большой мастер был, что ты! От вина сгорел, тоже. Я их каждый год подкрашиваю, - старик кивнул на зверей.- В прошлом годе думаю ну всё, нахуй, не могу уже в 81 год залазить наверх с краской, сделаю как все соседи, сайдингом обошью, да ворота профлистом, а поглядел и жалко стало, будто эти зверята живые, привык за столько лет. Ну пойдём в хату.
— Да неудобно как-то, бабушка то ваша скажет, мол, какого алкаша приволок. - оценил Медный свой внешний вид, заходя в калитку следом за хозяином.
— А нету её, померла прошлой осенью. Один вот справляюсь понемногу. - объяснил Помидор, открывая замок веранды. - Заходи, тебя же Серёга зовут, правильно?
— Ага, - подтвердил Медный.
— А меня Иннокентий Мефодьич. - представился дед. - Вот и познакомились наконец.

Пройдя через просторные, светлые сени, они вошли в избу, попав через небольшую прихожую сразу в кухню. Обставлена она была по старинке - основательный резной буфет, такой же крепкий стол у окна, выходящего в сад, с подходящими ему по стилю тремя стульями, большая белая русская печь с белой занавеской, Медный подумал, что такие печи остались только в советских мультфильмах.

— Ты умывайся и проходи за стол, сынок. - показал на умывальник Помидор.

Медный так и сделал, по пути к столу мельком заглянув в большую комнату сбоку, где всё было так, как и должно быть в доме у приличного пенсионера - советская "стенка", ковры, ряд старых портретов на стене и плазменный телевизор с накинутой на него треугольной салфеткой.

Он с удовольствием откинулся на стуле, чувствуя приятную прохладу нетопленного дома, Помидор по-хозяйски суетился, налаживая на стол, он поставил хлебницу с хлебом, тарелку с нарезанной колбасой вперемешку с сыром, в середину стола кастрюлю вчерашних разогретых щей, предложив гостю наливать их самому, что тот и сделал, наполнив тарелки, которые тоже оказались старинные, с видом города Пятигорска. Последней старик поставил на стол пузатую бутылку с тёмно-красной жидкостью и две рюмки на ножках.

— Это я свою настойку делаю, на смородине. - не без гордости сообщил он. - Ты давай жуй, не стесняйся.

Уговаривать Медного не пришлось, выпив рюмку он принялся работать ложкой, вспомнив, что сейчас время пятый час, а он сегодня не ел вообще. Помидор одобрительно кивал.

— Так вы колдун что-ли, Иннокентий Мефодьевич? - решил начать он, доев щи и с удовольствием глядя, как Помидор наливает по второй, хотя зажгло внутри у Медного ещё от первой.
— Ну что ты, Серёжа, - мягко ответил он и выпил вторую. - Я сварщиком всю жизнь проработал, а потом в котельной, на пенсии уже.
— А как вы тогда там? - Медный махнул головой в сторону и тоже выпив.
— А вот пришлось, сынок. - старик глубоко вздохнул, помолчал несколько секунд и продолжил. - Почти 40 лет прошло, а всё одно, как вчера, перед глазами стоит. Тогда июнь в 87-ом году выдался душный, каждый день с утра духота, а к вечеру чёрная туча вылазит на горизонте и ливень приходит до ночи, и так каждый день было...

Показать весь текст
Ответы6013860163

57 21 мар, 11:42 57 460125

>>460099
Круто, примерно так и есть, только траншея должна идти вдоль склона, а не поперёк, как здесь получилось.

Ответы60128

58 21 мар, 13:12 58 460128

>>460125
Это не смог обьяснить ии как надо.

59 21 мар, 17:39 59 460135

Понял, чем твои рассказы нравятся. Описанием быта, человеческими историями, описание окружающей среды.
Похмелье и опохмел, горячий асфальт федеральной трассы, старый москвич который был сменен пробоксом, суглинок.
А нечисть это один из элементов фона.
Очень хорошее сочетание.

Ответы60139

60 21 мар, 17:49 60 460136

219 Кб, 1024x1024213 Кб, 1024x1024

Иннокентий Мефодьевич открывает ворота

61 21 мар, 18:29 61 460138

202 Кб, 1024x1024158 Кб, 1024x1024206 Кб, 1024x1024157 Кб, 1024x1024

>>460124

sage 62 21 мар, 19:27 62 460139

>>460135
>Понял, чем твои рассказы нравятся.
>Похмелье и опохмел, горячий асфальт федеральной трассы, старый москвич который был сменен пробоксом, суглинок.
Типичный скуф, читающий циклы с АТ, ты?

63 22 мар, 11:30 63 460163

>>460124
...Я сварным работал здесь, в совхозе, у вас раньше был колхоз Красный Октябрь, а у нас совхоз имени Сергея Лазо.. Ну так вот, тем летом я, как и всегда до этого, в основном был приставлен следить за "фрегатами" на клетках, помнишь "фрегаты"? Это такая хуёвина поливальная, труба по клетке катается на колесах и разбрызгивает воду, а ломались они каждый день, то там, то сям какая-нибудь мелочь отлетит, я и привариваю тут же, а мелочей там до жопы, под три сотни краников в среднем на одной трубе, а клеток на мне около десятка. Я обычно в поле и жил летом, у меня даже Газик-"летучка" там стоял со сварочным аппаратом прицепным, чтобы на месте промблему устранить.

Сергей согласно кивал, опрокидывая третью рюмку, налитую хозяином.

— Ну и вот, а в 87-ом годе дожди ну буквально каждый вечер! Как по расписанию, честное слово. Да не просто дожди, а ливень придёт к вечеру, пополощет час-полтора без перерыва и снова солнце вылазит. Поливать при таком условии конечно ничего не надо, я за месяц с середины мая по середину июня поливку включал всего два раза, да и те не надо было, дождь не к вечеру, так к ночи нагонял всё равно.

Помидор тоже выпил и продолжил рассказ, смотря мимо Медного, как будто снова видит перед собой события сорокалетней давности.

— Ну так вот, днём живу я значит в поле, нихуя не делаю ровным счётом, в "клетках" всё и без меня так и прёт, слушаю приёмник, у меня "Альпинист" был, знаешь, чёрно-белый такой... И вот 20-го числа июня наш бригадир, Семён Трифоныч Рыба, подъехал ко мне сюда домой вечером и говорит, мол, завтра поедешь в бригаду кабелеукладчиков, они за Разлогом щас стоят, ЧП у них там какое-то приключилось и теперь им нужны двое спецов, сварной и моторист, ты один хуй прохлаждаешься нонче, а мотористом от соседей парень пойдет, сверху распоряжение такое. Завтра утром и выезжай туда на своей машине, а я уже взял "Москвича" к тому времени, ну и парня того по дороге подбери. Ну хули делать, конечно, говорю, надо помочь товарищам укладчикам, да и надоело мне уже лодырничать, честно говоря, я же с детства работяга, трудовая династия как-никак.. Ты курить если хочешь, то кури, не стесняйся.

Старик обратил внимание, что Медный шарил в карманах.

— Да вот нету нихуя. - посетовал он.

Помидор встал и исчез в комнате на минуту, Сергей услышал стук створок "стенки" и вскоре хозяин положил перед ним пачку "Винстона".

— От зятя осталась, - объяснил он. -Уже третий год в шкафу лежит, они то в Подмосковье живут, две девки у нас с Людой, и обе далеко, вторая в Краснодаре. Давай, говорят, увезём тебя из этого гиблого места, да я отказываюсь, говорю, погибну вместе с ним уж теперь.

Медный улыбнулся, закурил за столом, но глянув мельком на свежепобеленные стены и потолок, прошёл к печи и присел на корточки возле неё, открыв заслонку. Помидор сопроводил эти действия одобрительным взглядом.

— Короче, на другой день в 7 утра моя Люда положила мне харчей в рюкзак, термос, и я стартанул, заехав по пути к вам в деревню за мотористом, он оказался совсем молодой парень, Костя Родионов, я его самого тогда ещё не знал, а вот про бабку его, Анну Николаевну, был наслышан, как и многие, знала она дохуя ещё от своей бабки. Лечиться к ней бывало очередь стояла, я когда был в ваших краях, то всегда видел хотя бы одну машину у её избы, да всё "Волги" блять... Эти все чины видать часто болеют хуй пойми чем, что даже доктора в городах вылечить не могут. Но к тем дням она уже померла пару лет как, а он, Костя, тоже лечил маленько, видно успела бабка научить его, но делал это он в нерабочее время, а так он после армии отучился в ПТУ на моториста и в колхозе у вас как раз начинал свой трудовой стаж.
Ну подобрал я его, он уже ждал меня на лавочке возле калитки, сели, поехали. А ехать там недалеко было, сразу за деревней, так что мы всего парой слов с ним и успели перекинуться, но он мне понравился сразу - белокурый, высокий, уважительный к тому же парень, хоть и сиротой теперь жил, мать то при родах померла, отец хуй его знает, вот бабка его и вырастила, он сходу по имени-отчеству ко мне, мол, Иннокентий Мефодьич, а мне хоть и 40 всего тогда было, а всё одно приятно, когда с уважением вот так молодые ребята подходят, другой то какой бич, пьяный уже с утра, хуями так обложит, что ходишь потом весь день как обосранный..

Медный вернулся за стол, Помидор налил ещё по одной.

— Подъезжаем, значит, мы туда, там ЗиЛ стоит с жилым кунгом, кабелеукладочная машина с заряженной бухтой, СуперМаз трал, на нём ещё эти бухты, они как раз их разгружали, бригада эта. А что там у них за ЧП, мы с Костей ещё ни сном ни духом, как говорится. Встретили они нас никак, как будто похуй им, когда СуперМаз свалил этот кабель и уехал, их тут осталось трое - Сазон, Бульба и Влад. Сазон с Бульбой обычные мужики на вид, как все работяги, а вот Влад был красивый мужчина, я даже Косте потом так и сказал, мол, ему надо в Москву ехать артистом быть. Высокий, смуглый, кареглазый, плечистый такой парень, волосы густые и чёрные, как смоль, я сразу подумал, что дохуя окрестных девок с животами могут остаться, если он в деревню спустится с пригорка. Ну и нам они как бы не рады, точнее Бульба с Сезоном не рады и что-то как будто между ними двумя нездоровое происходит, такая атмосфера в воздухе висит, понимаешь.. А Влад посмеивается над ними, глядя исподлобья, ох и взгляд у него был... Ну мы с Костей так и так, мол, поработаем с вами, товарищи, по распоряжению начальства, пока к вам полноценную замену выбывшим товарищам найдут. Бульба заорал, мол, нихуя себе выбывших, один одного в петлю засунул ни с хуя! Мы с Костей обомлели, мол, как так? А вот так, говорит, вечером вместе суп ели, а через час один другому напомнил обиду детства и за монтировки схватились, мы их растащили, вроде всё успокоилось, а утром проснулись, спустились из кунга - один задавленный на тросике сидит на коленях ничком у Зиловского бампера спереди, а второй около него руками за голову схватился, качается из стороны в сторону и бормочет "не помню, не помню, не помню", так и шептал, когда его менты увозили. Мы такие "нихуя себе", но к обеду мало-помалу зашевелились все вместе, машина пошла с кабелем, мы пешком за ней понемногу, глядим за механизмами, это теперь китайская техника, ей похуй, сиди в кабине да кино по телефону смотри, а тогда глаз да глаз. Короче, работа идёт помаленьку, машиной управляет Бульба, Сазон рядом стоит на подножке, они опять чего-то ругаются, Влад идёт рядом с ними и хохочет, мы сзади уже за зарывными лопатами, оно знаешь, интересно за такой необычной техникой наблюдать, я всегда глаз не могу оторвать, даже сейчас иногда вот еду в город, например, и вижу дорожники пригнали какую-нибудь диковину, так всегда остановлюсь и посмотрю, бывает и к ребятам подойду расспросить, что да как, вот и тогда тоже. Смотрю, значит, на работу этого механизма и глянул на Костю, он рядом шёл, кричу ему, мол, во люди важную работу делают и вижу, как он внимательно на этого самого Влада, идущего впереди, смотрит, прямо прищурился так...

63 22 мар, 11:30 63 460163

>>460124
...Я сварным работал здесь, в совхозе, у вас раньше был колхоз Красный Октябрь, а у нас совхоз имени Сергея Лазо.. Ну так вот, тем летом я, как и всегда до этого, в основном был приставлен следить за "фрегатами" на клетках, помнишь "фрегаты"? Это такая хуёвина поливальная, труба по клетке катается на колесах и разбрызгивает воду, а ломались они каждый день, то там, то сям какая-нибудь мелочь отлетит, я и привариваю тут же, а мелочей там до жопы, под три сотни краников в среднем на одной трубе, а клеток на мне около десятка. Я обычно в поле и жил летом, у меня даже Газик-"летучка" там стоял со сварочным аппаратом прицепным, чтобы на месте промблему устранить.

Сергей согласно кивал, опрокидывая третью рюмку, налитую хозяином.

— Ну и вот, а в 87-ом годе дожди ну буквально каждый вечер! Как по расписанию, честное слово. Да не просто дожди, а ливень придёт к вечеру, пополощет час-полтора без перерыва и снова солнце вылазит. Поливать при таком условии конечно ничего не надо, я за месяц с середины мая по середину июня поливку включал всего два раза, да и те не надо было, дождь не к вечеру, так к ночи нагонял всё равно.

Помидор тоже выпил и продолжил рассказ, смотря мимо Медного, как будто снова видит перед собой события сорокалетней давности.

— Ну так вот, днём живу я значит в поле, нихуя не делаю ровным счётом, в "клетках" всё и без меня так и прёт, слушаю приёмник, у меня "Альпинист" был, знаешь, чёрно-белый такой... И вот 20-го числа июня наш бригадир, Семён Трифоныч Рыба, подъехал ко мне сюда домой вечером и говорит, мол, завтра поедешь в бригаду кабелеукладчиков, они за Разлогом щас стоят, ЧП у них там какое-то приключилось и теперь им нужны двое спецов, сварной и моторист, ты один хуй прохлаждаешься нонче, а мотористом от соседей парень пойдет, сверху распоряжение такое. Завтра утром и выезжай туда на своей машине, а я уже взял "Москвича" к тому времени, ну и парня того по дороге подбери. Ну хули делать, конечно, говорю, надо помочь товарищам укладчикам, да и надоело мне уже лодырничать, честно говоря, я же с детства работяга, трудовая династия как-никак.. Ты курить если хочешь, то кури, не стесняйся.

Старик обратил внимание, что Медный шарил в карманах.

— Да вот нету нихуя. - посетовал он.

Помидор встал и исчез в комнате на минуту, Сергей услышал стук створок "стенки" и вскоре хозяин положил перед ним пачку "Винстона".

— От зятя осталась, - объяснил он. -Уже третий год в шкафу лежит, они то в Подмосковье живут, две девки у нас с Людой, и обе далеко, вторая в Краснодаре. Давай, говорят, увезём тебя из этого гиблого места, да я отказываюсь, говорю, погибну вместе с ним уж теперь.

Медный улыбнулся, закурил за столом, но глянув мельком на свежепобеленные стены и потолок, прошёл к печи и присел на корточки возле неё, открыв заслонку. Помидор сопроводил эти действия одобрительным взглядом.

— Короче, на другой день в 7 утра моя Люда положила мне харчей в рюкзак, термос, и я стартанул, заехав по пути к вам в деревню за мотористом, он оказался совсем молодой парень, Костя Родионов, я его самого тогда ещё не знал, а вот про бабку его, Анну Николаевну, был наслышан, как и многие, знала она дохуя ещё от своей бабки. Лечиться к ней бывало очередь стояла, я когда был в ваших краях, то всегда видел хотя бы одну машину у её избы, да всё "Волги" блять... Эти все чины видать часто болеют хуй пойми чем, что даже доктора в городах вылечить не могут. Но к тем дням она уже померла пару лет как, а он, Костя, тоже лечил маленько, видно успела бабка научить его, но делал это он в нерабочее время, а так он после армии отучился в ПТУ на моториста и в колхозе у вас как раз начинал свой трудовой стаж.
Ну подобрал я его, он уже ждал меня на лавочке возле калитки, сели, поехали. А ехать там недалеко было, сразу за деревней, так что мы всего парой слов с ним и успели перекинуться, но он мне понравился сразу - белокурый, высокий, уважительный к тому же парень, хоть и сиротой теперь жил, мать то при родах померла, отец хуй его знает, вот бабка его и вырастила, он сходу по имени-отчеству ко мне, мол, Иннокентий Мефодьич, а мне хоть и 40 всего тогда было, а всё одно приятно, когда с уважением вот так молодые ребята подходят, другой то какой бич, пьяный уже с утра, хуями так обложит, что ходишь потом весь день как обосранный..

Медный вернулся за стол, Помидор налил ещё по одной.

— Подъезжаем, значит, мы туда, там ЗиЛ стоит с жилым кунгом, кабелеукладочная машина с заряженной бухтой, СуперМаз трал, на нём ещё эти бухты, они как раз их разгружали, бригада эта. А что там у них за ЧП, мы с Костей ещё ни сном ни духом, как говорится. Встретили они нас никак, как будто похуй им, когда СуперМаз свалил этот кабель и уехал, их тут осталось трое - Сазон, Бульба и Влад. Сазон с Бульбой обычные мужики на вид, как все работяги, а вот Влад был красивый мужчина, я даже Косте потом так и сказал, мол, ему надо в Москву ехать артистом быть. Высокий, смуглый, кареглазый, плечистый такой парень, волосы густые и чёрные, как смоль, я сразу подумал, что дохуя окрестных девок с животами могут остаться, если он в деревню спустится с пригорка. Ну и нам они как бы не рады, точнее Бульба с Сезоном не рады и что-то как будто между ними двумя нездоровое происходит, такая атмосфера в воздухе висит, понимаешь.. А Влад посмеивается над ними, глядя исподлобья, ох и взгляд у него был... Ну мы с Костей так и так, мол, поработаем с вами, товарищи, по распоряжению начальства, пока к вам полноценную замену выбывшим товарищам найдут. Бульба заорал, мол, нихуя себе выбывших, один одного в петлю засунул ни с хуя! Мы с Костей обомлели, мол, как так? А вот так, говорит, вечером вместе суп ели, а через час один другому напомнил обиду детства и за монтировки схватились, мы их растащили, вроде всё успокоилось, а утром проснулись, спустились из кунга - один задавленный на тросике сидит на коленях ничком у Зиловского бампера спереди, а второй около него руками за голову схватился, качается из стороны в сторону и бормочет "не помню, не помню, не помню", так и шептал, когда его менты увозили. Мы такие "нихуя себе", но к обеду мало-помалу зашевелились все вместе, машина пошла с кабелем, мы пешком за ней понемногу, глядим за механизмами, это теперь китайская техника, ей похуй, сиди в кабине да кино по телефону смотри, а тогда глаз да глаз. Короче, работа идёт помаленьку, машиной управляет Бульба, Сазон рядом стоит на подножке, они опять чего-то ругаются, Влад идёт рядом с ними и хохочет, мы сзади уже за зарывными лопатами, оно знаешь, интересно за такой необычной техникой наблюдать, я всегда глаз не могу оторвать, даже сейчас иногда вот еду в город, например, и вижу дорожники пригнали какую-нибудь диковину, так всегда остановлюсь и посмотрю, бывает и к ребятам подойду расспросить, что да как, вот и тогда тоже. Смотрю, значит, на работу этого механизма и глянул на Костю, он рядом шёл, кричу ему, мол, во люди важную работу делают и вижу, как он внимательно на этого самого Влада, идущего впереди, смотрит, прямо прищурился так...

Показать весь текст
Ответы6034960384

64 24 мар, 18:52 64 460349

>>460163
>кивал, опрокидывая третью рюмку
Пытаюсь визуализировать.

65 25 мар, 07:14 65 460384

>>460163
...но значенья я тогда этому не придал. Протащили мы с километр, потом все уже пешком вернулись к Зилу обедать, я свой рюкзачок достал на общий стол, у этих то пожрать толком нету нихуя, налили в кастрюлю воду с тушёнкой да вермишель туда кинули, как говорится "ешь - губы слипаются, идёшь - ноги сгибаются", а мне Люба и холодец, и колбасу домашнюю, и хлеб тоже свой, ну и к чаю там рогалики всякие, ох она у меня и мастерица была кухарить, ну эти со своих харчей на всё это накинулись, уплетают, аж за ушами трещит, да супругу мою нахваливают, а мы с Костей скромно так обедаем, без свинства. Приговаривают "ох молодец у тебя жена, повезло тебе", ага, говорю, повезло. А Влад этот вдруг говорит "она у тебя наверно и ебётся хорошо!", я аж жевать перестал, говорю, а вы почему, товарищ, так говорите? А он "а что тут такого? Вон Сазон хвалится, что у него жена ебётся конкретно да с душой, Бульба тоже вроде пробовал её", те двое опять как взбеленились друг на друга и опять давай там чё-то выяснять, как и с утра мы их застали, а Влад опять хохочет над ними. А у меня тоже, внутри злость какая-то на Любу поднимается, вот ни с хуя сижу и закипаю, хотя по идее должен Владу в шары залезть за такие разговоры, а он теперь не только над напарниками смеётся, а и на меня с усмешкой поглядывает.
Короче, с грехом пополам доработали до вечера, Бульба с Сазоном так матами друг друга и обкладывали, когда мы с Костей в машину садились, домой ехать. Ну и компашка, говорю ему, угораздило нас, а он молчит, о чём-то думает. Когда к нему подъехали, он и говорит "пойдёмте ко мне зайдём, посидим, футбол посмотрим, сегодня Спартак - Шахтер", да нет, говорю, я не любитель, а он "ну тогда просто переночуете у меня", спасибо, говорю, Костя, мне домой надо, он так с сожалением посмотрел и в ограду к себе зашёл, а я домой поехал. Ехал нормально, приехал, захожу в избу, Люба что-то вышивает сидит, я её увидел и на меня такая ненависть накатила, как будто она падла какая. Ты, говорю, ужин сварила, конечно сварила, говорит, садись кушай, потом мойся и в клуб пойдём, там "Десять негритят" показывать будут, я уже билеты купила. Ага, говорю, негритята значит. А стирку постирала? А как же, обязательно. А ты, мол, чего вдруг спрашиваешь? А я опять свое "а дочки где?", так у мамы твоей, у бабушки ихней. Понятно, говорю, всё значит у тебя в ажуре, не до чего доебаться.. Ну тогда получай пизды просто так! И с кулаками на нее! Она, бедная, глазёнки вылупила, а я на неё смертным боем! По дому от меня убегает с криками да слезами, а я ещё больше её ненавижу, а до этого мы с ней за всю жизнь не поругались ни разу, душа в душу жили, шутка ли, с пятого класса ее любил.

У Помидора на глазах появились слезы, которые он поспешил вытереть своей артритной рукой, Медный смотрел на него сочувственно-поддатым взглядом. В бутылке оставалось по рюмке.

— Она в окно от меня выпрыгнула, прямо через стекло, а там уже ливень начинался ежедневный, - продолжил старик. - К ночи менты приехали, Любу в больницу увезли, а в "бобике" ментовском меня наконец отпустило, ну я за голову конечно схватился, хули, что наделал-то блять! На меня протокол, хуё-моё, подсудное дело, говорят, ну иди домой пока, раз трезвый, вызовем потом. В больницу я не пошёл, больно стыдно было, уснуть тоже той ночью не мог, какой к хую сон. Часу во втором ночи слышу, как эти же менты вместе со "скорой" мимо пролетели, я в окно глянул, они на выход и по трассе в вашу сторону, вернулись они так же вместе под утро. Ну, думаю, не у одного меня пиздец. Рассвета дождался, поехал, Костя так же уже ждал меня, но на этот раз с пакетом и двумя кусками арматуры в руках и сразу спрашивает, мол, как у вас дела? Да хуёво, говорю, и всё как на духу ему рассказал, он так головой кивает, будто сам с собой соглашается, в конце говорит, что повезло мне, легко отделался, если бы Любу не любил или подозревал в чём, то с топором бы зашёл. Я молчу, хули, верю, знаю про бабку-то его. Тронулись, поехали, а железки эти зачем, спрашиваю, да надо мне, говорит, пускач плохо работает, снять я один могу, а обратно ставить тросом привяжем к арматуре и толпой поднимем. Понятно, говорю, туда приезжаем - Влад один сидит на подножке кунга, так и так, мол, ночью Сазон схватил нож и воткнул Бульбе в живот, а он сам испугался, что Сазон его уберёт как свидетеля и убежал в деревню, где ментов вызвал. Ну дела, говорю ему, и что делать-то теперь? Нихуя не делать, отвечает, хули мы втроём делать будем? Давайте начальство ждать, менты наверняка сообщили им, пусть ещё работяг присылают.

Медный уже сам, не дожидаясь и не прерывая хозяина разлил остатки, которые тут же были выпиты.

— Наше дело маленькое, хули. - прожевав колбасу, продолжил мрачно Помидор. - Ждать, так ждать. Хожу по полю, пинаю траву, думаю про Любу, Костя в пакете своём роется, а на небе в тот день тучи раньше зашли. Ну к обеду въебет, говорю, давайте хотя бы табор перегоним к укладчику, чего зря туда-сюда ходить. Ладно. Завели ЗиЛ, я еду с Владом, Костя на моём Москвиче потихоньку сзади, подъехали к укладчику, ты уже понял, на какое место.
— Да уж конечно, блять! Мне это место теперь в кошмарах будет сниться.
— А укладчик как вчера бросили на траншее, он так и стоит. Влад ещё в кабине мне опять чего-то намекает с ухмылкой, мол, чё-то ты сегодня ходишь как горем убитый и хуем придавленный, случилось чего? Да ничего, говорю, так, семейные конфликты. "Ну-ну", говорит.
А небо к обеду совсем потемнело, уже и гремит вдалеке и сверкает, я говорю, ребята, давайте в кунг залезем, а то ведь сейчас хлынет. Только залезли, за стол сели, гром как ёбнет раскатом! Аж машина подпрыгнула, жирные капли по верху будки сразу застучали. Костя так со своим пакетом не расстается, на стол его поставил, мы с Владом напротив друг друга сидим, что-то разговариваем, уж не помню о чём, тут Костя позади него зашёл, из-за пояса у себя большие такие блестящие ножницы достал и резко как воткнёт ему в грудь с силой! Я оторопел, сижу как во сне, Влад такой с удивлением на Костю глаза поднял, а тот вытащил ножницы и ещё два раза ему со всего размаха! И с третьим ударом их в теле оставил, не вытащил. И говорит громко "В Троицу и тебе три! Век будешь держать и не сможешь вытащить!". Я сижу - двинуться не могу, а Влад встал, оскалился и как змея зашипел "Раскусил, сучёнок!" и на него пошел, а Костя из пакета трёхлитровку с водой выхватил, крышку скинул и в три маха на Влада выплеснул, тот на коленки и сел. А я до сих пор застывший сижу и думаю "А ведь точно сегодня Троица, мы с Любой на кладбище к её родителям собирались". Костя отшатнулся и на шконку присел, будто обессилел, весь бледный, за грудь взялся и крикнул мне "Придави его!", а Влад шипит и ползёт к нему по полу, как питон какой или гадюка, я соскочил и сверху коленками придавил его, он извивается, но вылезти из-под меня не может, сил видно не хватает из-за ножниц в груди. А Костя спокойно так говорит мне -"оно мне сердце останавливает, придётся вам, Иннокентий Мефодьич, всё делать, как я скажу".

65 25 мар, 07:14 65 460384

>>460163
...но значенья я тогда этому не придал. Протащили мы с километр, потом все уже пешком вернулись к Зилу обедать, я свой рюкзачок достал на общий стол, у этих то пожрать толком нету нихуя, налили в кастрюлю воду с тушёнкой да вермишель туда кинули, как говорится "ешь - губы слипаются, идёшь - ноги сгибаются", а мне Люба и холодец, и колбасу домашнюю, и хлеб тоже свой, ну и к чаю там рогалики всякие, ох она у меня и мастерица была кухарить, ну эти со своих харчей на всё это накинулись, уплетают, аж за ушами трещит, да супругу мою нахваливают, а мы с Костей скромно так обедаем, без свинства. Приговаривают "ох молодец у тебя жена, повезло тебе", ага, говорю, повезло. А Влад этот вдруг говорит "она у тебя наверно и ебётся хорошо!", я аж жевать перестал, говорю, а вы почему, товарищ, так говорите? А он "а что тут такого? Вон Сазон хвалится, что у него жена ебётся конкретно да с душой, Бульба тоже вроде пробовал её", те двое опять как взбеленились друг на друга и опять давай там чё-то выяснять, как и с утра мы их застали, а Влад опять хохочет над ними. А у меня тоже, внутри злость какая-то на Любу поднимается, вот ни с хуя сижу и закипаю, хотя по идее должен Владу в шары залезть за такие разговоры, а он теперь не только над напарниками смеётся, а и на меня с усмешкой поглядывает.
Короче, с грехом пополам доработали до вечера, Бульба с Сазоном так матами друг друга и обкладывали, когда мы с Костей в машину садились, домой ехать. Ну и компашка, говорю ему, угораздило нас, а он молчит, о чём-то думает. Когда к нему подъехали, он и говорит "пойдёмте ко мне зайдём, посидим, футбол посмотрим, сегодня Спартак - Шахтер", да нет, говорю, я не любитель, а он "ну тогда просто переночуете у меня", спасибо, говорю, Костя, мне домой надо, он так с сожалением посмотрел и в ограду к себе зашёл, а я домой поехал. Ехал нормально, приехал, захожу в избу, Люба что-то вышивает сидит, я её увидел и на меня такая ненависть накатила, как будто она падла какая. Ты, говорю, ужин сварила, конечно сварила, говорит, садись кушай, потом мойся и в клуб пойдём, там "Десять негритят" показывать будут, я уже билеты купила. Ага, говорю, негритята значит. А стирку постирала? А как же, обязательно. А ты, мол, чего вдруг спрашиваешь? А я опять свое "а дочки где?", так у мамы твоей, у бабушки ихней. Понятно, говорю, всё значит у тебя в ажуре, не до чего доебаться.. Ну тогда получай пизды просто так! И с кулаками на нее! Она, бедная, глазёнки вылупила, а я на неё смертным боем! По дому от меня убегает с криками да слезами, а я ещё больше её ненавижу, а до этого мы с ней за всю жизнь не поругались ни разу, душа в душу жили, шутка ли, с пятого класса ее любил.

У Помидора на глазах появились слезы, которые он поспешил вытереть своей артритной рукой, Медный смотрел на него сочувственно-поддатым взглядом. В бутылке оставалось по рюмке.

— Она в окно от меня выпрыгнула, прямо через стекло, а там уже ливень начинался ежедневный, - продолжил старик. - К ночи менты приехали, Любу в больницу увезли, а в "бобике" ментовском меня наконец отпустило, ну я за голову конечно схватился, хули, что наделал-то блять! На меня протокол, хуё-моё, подсудное дело, говорят, ну иди домой пока, раз трезвый, вызовем потом. В больницу я не пошёл, больно стыдно было, уснуть тоже той ночью не мог, какой к хую сон. Часу во втором ночи слышу, как эти же менты вместе со "скорой" мимо пролетели, я в окно глянул, они на выход и по трассе в вашу сторону, вернулись они так же вместе под утро. Ну, думаю, не у одного меня пиздец. Рассвета дождался, поехал, Костя так же уже ждал меня, но на этот раз с пакетом и двумя кусками арматуры в руках и сразу спрашивает, мол, как у вас дела? Да хуёво, говорю, и всё как на духу ему рассказал, он так головой кивает, будто сам с собой соглашается, в конце говорит, что повезло мне, легко отделался, если бы Любу не любил или подозревал в чём, то с топором бы зашёл. Я молчу, хули, верю, знаю про бабку-то его. Тронулись, поехали, а железки эти зачем, спрашиваю, да надо мне, говорит, пускач плохо работает, снять я один могу, а обратно ставить тросом привяжем к арматуре и толпой поднимем. Понятно, говорю, туда приезжаем - Влад один сидит на подножке кунга, так и так, мол, ночью Сазон схватил нож и воткнул Бульбе в живот, а он сам испугался, что Сазон его уберёт как свидетеля и убежал в деревню, где ментов вызвал. Ну дела, говорю ему, и что делать-то теперь? Нихуя не делать, отвечает, хули мы втроём делать будем? Давайте начальство ждать, менты наверняка сообщили им, пусть ещё работяг присылают.

Медный уже сам, не дожидаясь и не прерывая хозяина разлил остатки, которые тут же были выпиты.

— Наше дело маленькое, хули. - прожевав колбасу, продолжил мрачно Помидор. - Ждать, так ждать. Хожу по полю, пинаю траву, думаю про Любу, Костя в пакете своём роется, а на небе в тот день тучи раньше зашли. Ну к обеду въебет, говорю, давайте хотя бы табор перегоним к укладчику, чего зря туда-сюда ходить. Ладно. Завели ЗиЛ, я еду с Владом, Костя на моём Москвиче потихоньку сзади, подъехали к укладчику, ты уже понял, на какое место.
— Да уж конечно, блять! Мне это место теперь в кошмарах будет сниться.
— А укладчик как вчера бросили на траншее, он так и стоит. Влад ещё в кабине мне опять чего-то намекает с ухмылкой, мол, чё-то ты сегодня ходишь как горем убитый и хуем придавленный, случилось чего? Да ничего, говорю, так, семейные конфликты. "Ну-ну", говорит.
А небо к обеду совсем потемнело, уже и гремит вдалеке и сверкает, я говорю, ребята, давайте в кунг залезем, а то ведь сейчас хлынет. Только залезли, за стол сели, гром как ёбнет раскатом! Аж машина подпрыгнула, жирные капли по верху будки сразу застучали. Костя так со своим пакетом не расстается, на стол его поставил, мы с Владом напротив друг друга сидим, что-то разговариваем, уж не помню о чём, тут Костя позади него зашёл, из-за пояса у себя большие такие блестящие ножницы достал и резко как воткнёт ему в грудь с силой! Я оторопел, сижу как во сне, Влад такой с удивлением на Костю глаза поднял, а тот вытащил ножницы и ещё два раза ему со всего размаха! И с третьим ударом их в теле оставил, не вытащил. И говорит громко "В Троицу и тебе три! Век будешь держать и не сможешь вытащить!". Я сижу - двинуться не могу, а Влад встал, оскалился и как змея зашипел "Раскусил, сучёнок!" и на него пошел, а Костя из пакета трёхлитровку с водой выхватил, крышку скинул и в три маха на Влада выплеснул, тот на коленки и сел. А я до сих пор застывший сижу и думаю "А ведь точно сегодня Троица, мы с Любой на кладбище к её родителям собирались". Костя отшатнулся и на шконку присел, будто обессилел, весь бледный, за грудь взялся и крикнул мне "Придави его!", а Влад шипит и ползёт к нему по полу, как питон какой или гадюка, я соскочил и сверху коленками придавил его, он извивается, но вылезти из-под меня не может, сил видно не хватает из-за ножниц в груди. А Костя спокойно так говорит мне -"оно мне сердце останавливает, придётся вам, Иннокентий Мефодьич, всё делать, как я скажу".

Показать весь текст
Ответы6039060395

66 25 мар, 13:50 66 460390

>>460384
Вот это поворот!

67 25 мар, 17:08 67 460395

>>460384
А у меня оцепенение ушло, но паника в руках-ногах открылась, они дрыгаются как хотят, Костя говорит "тащи тварь к траншее", я за сапоги Влада схватил и к дверям быстро, как мог, это знаешь как будто крокодила за хвост тянуть - охота скорее бросить со страху и от мерзости..

Помидор поёжился, задрожав всем телом.

— Сам спрыгнул, его тяну за собой, а он ёбаный весь извивается и хрипит, но вывалился и на спину приземлился в лужу, уже натекло, ливень стеной хули, ну и встать пытается, но я ему своим сапогом на ножницы наступил и загнал под самый корень, взвыл он страшно блять, но видно, что вконец обессилел. Я обратно за Костей, он совсем белый и уже глаза закрыл, я его на руки и туда же, снял вниз аккуратно и к заднему колесу прислонил, он кивнул на укладчик и шепчет "заводите машину". Я сразу всё сообразил, что он сделать хочет, как сайгак в два прыжка залетел в кабину, мотор сразу схватил, с первой попытки, хотя вчера несколько раз мозги ебал. "Бог помогает", думаю. Обратно подбежал к Косте, правда по пути въебался в лужу, ливень такой, что деревню не видно внизу, но это и к лучшему, про то, что молнию по жизни боюсь просто до смерти я и думать забыл тогда. "Что, в канаву его, ёбаного?", спрашиваю, "туда", шепчет, "и стереги сколько жить будешь". Я ему говорю, мол, ты сам молодой, вот и карауль, подбадриваю его как могу. А тварь лежит, хрипит, ну я так же за ноги его и к укладчику, засунул его кое-как снизу на кабель, который уже над траншеей висел перед зарывной лопатой, он как раз влез, даже не сопротивляется уже, мощное заклятие видать, тут вижу как Костя руку приподнял, подбегаю, он опять шепчет, мол, из арматуры крест сделай, когда закопаешь, положи по верху и три раза скажи "под крестом как под замком", сделаю, говорю, и обратно кинулся. Передачу включил и метров 30 проебашил для верности, обратно прибежал, падал снова в грязи, весь грязный и мокрый насквозь, как чушка, тороплюсь хули успеть, я же думаю, что как только эту хуйню, Влада-то, закопаю, так у Кости сердце отпустит, короче, крест положил, заклинание сказал и к Косте, всё, говорю, сделал как ты велел, теперь давай тебя в больницу, а он уже упал на бок мёртвый. Я рядом сел и как заревел горькими слезами, пробило видать, полчаса наверное ревел, Костю было жалко и что Любу избил. Но потом собрался, положил тело в "Москвича" и в больницу, там напиздел, что сердечный приступ на ровном месте, от духоты наверное, хуё-моё, менты опять меня к вечеру допрашивали, удивлялись, мол, нихуя у вас там трупов в бригаде, а я им говорю, что только два дня там отработал, но согласен с ними, что это хуйня какая-то странная, вон последний их товарищ исчез, аж след простыл. Наверное от греха подальше сбежал. С тем и отъебались, больше не трогали. Вот такая история, Серёга.

Помидор вытер навернувшиеся слезы и посмотрел вверх на настенные часы.

— О, уже к семи подошло - он выдохнул, как будто избавляясь от груза, даже казалось повеселел.
— А чё дальше-то было?
— А что дальше.. Приехала смена, они потянули нитку дальше, мы похоронили Костю, он же последний у них в роду оставался, жениться не успел, хули ему было-то тогда, 22 года. Сегодня как раз 21-е июня, 38 лет прошло, а всё как один день, я потому к вам на кладбище и приехал сегодня помянуть его, ох бы и пиздец тебе был и много кому ещё, копайся ты вчера или завтра, да видно Господь так управил.
— Да уж.. А я в такую хуйню не верил никогда.
— Я тоже не верил, да пришлось... Сперва каждый день ездил туда, смотрел, не выкопался ли Влад, потом успокоился, раз в неделю, потом в месяц, а скоро и совсем перестал. Но не забывал, да и как тут забудешь, ночью бывало спать ложишься и мыслю поймаешь, что оно там живое лежит и всё - сон напрочь и куришь до утра на крыльце, прикинь сколько у него злости ко мне накопилось... А потом союз развалился, начали цветмет скупать, тут то я и напрягся, поглядывать снова стал, когда до кабеля добрались я действовать стал, в сельсоветы ходить, изображал старую гвардию, которая за советское добро переживает, лишь бы отогнать народ. Потом копатели как-то потеряли интерес и ты один остался.
— А вам надо было рассказать мне всё. - оживился Медный.
— Ага, хули, тогда одно из двух - расскажешь за столом друзьям-приятелям за бутылкой и ёбнутым меня назовут, либо ещё хуже, пойдут проверять. Вообще у меня даже была мысль перезакопать его, да побоялся трогать... А Люба моя так и не простила меня, мы, конечно, дальше стали жить, делали вид что ничего не было, да уже как раньше она на меня не смотрела, только перед тем как помереть уже, она говорит, мол, боюсь что ни Бога, ни Рая нету, ну я ей всё и рассказал тогда чтобы успокоить перед кончиной, есть, говорю, и Бог и Рай. Она обрадовалась, вот, говорит, что с тобой было, а я дура, что же ты мне не рассказал...

Помидор помолчал и словно отвлекаясь от мыслей об умершей супруге внимательно посмотрел на Медного.

— Знаешь что, Серёга? У меня к тебе предложение - живи у меня! Всё равно у тебя как у латыша - хуй да душа, а мне уже девятый десяток, я тоже скоро копыта отброшу, а у меня дом, машина останется, я всё на тебя перепишу. Девчонкам моим это нахуй не надо, они давно мне говорят, что если я не соглашаюсь к ним, так чтоб я здесь нашёл кого-нибудь доходить за мной. На работу тебя устрою в организацию кочегаром, связи у меня остались кое-какие, бабу тебе найдём. А ты взамен пообещай мне, что будешь после меня тварь сторожить и не подпускать к ней никого под любым предлогом. Как тебе предложение?

Медный воодушевился такой резкой переменой в жизни.

— Я согласен, Мефодьич! - заявил он прямо.
— Вот и заебись, без обиняков! - довольный Помидор встал из-за стола и полез в карман, достав купюру. - Ну тогда вот тебе два листа, хуярь в магазин, а то скоро поливать в огороде нужно, я ведь ещё сажаю, хули ты думал! Не смотри, что согнутый хожу! Работёнки хватит!

Медный тоже встал и смеясь взял деньги.

— Нихуя не напугаешь меня работой!
— Ну и хорошо! - Помидор посерьёзнел и добавил - Ты много водки не бери только, ну её нахуй, отраву эту.
— А я теперь вообще её пить не буду, нихуя себе - Бог есть и Рай есть, я туда попасть хочу тоже, к матери. Так что возьму только пару "Арсенального", новую жизнь начинаю!

67 25 мар, 17:08 67 460395

>>460384
А у меня оцепенение ушло, но паника в руках-ногах открылась, они дрыгаются как хотят, Костя говорит "тащи тварь к траншее", я за сапоги Влада схватил и к дверям быстро, как мог, это знаешь как будто крокодила за хвост тянуть - охота скорее бросить со страху и от мерзости..

Помидор поёжился, задрожав всем телом.

— Сам спрыгнул, его тяну за собой, а он ёбаный весь извивается и хрипит, но вывалился и на спину приземлился в лужу, уже натекло, ливень стеной хули, ну и встать пытается, но я ему своим сапогом на ножницы наступил и загнал под самый корень, взвыл он страшно блять, но видно, что вконец обессилел. Я обратно за Костей, он совсем белый и уже глаза закрыл, я его на руки и туда же, снял вниз аккуратно и к заднему колесу прислонил, он кивнул на укладчик и шепчет "заводите машину". Я сразу всё сообразил, что он сделать хочет, как сайгак в два прыжка залетел в кабину, мотор сразу схватил, с первой попытки, хотя вчера несколько раз мозги ебал. "Бог помогает", думаю. Обратно подбежал к Косте, правда по пути въебался в лужу, ливень такой, что деревню не видно внизу, но это и к лучшему, про то, что молнию по жизни боюсь просто до смерти я и думать забыл тогда. "Что, в канаву его, ёбаного?", спрашиваю, "туда", шепчет, "и стереги сколько жить будешь". Я ему говорю, мол, ты сам молодой, вот и карауль, подбадриваю его как могу. А тварь лежит, хрипит, ну я так же за ноги его и к укладчику, засунул его кое-как снизу на кабель, который уже над траншеей висел перед зарывной лопатой, он как раз влез, даже не сопротивляется уже, мощное заклятие видать, тут вижу как Костя руку приподнял, подбегаю, он опять шепчет, мол, из арматуры крест сделай, когда закопаешь, положи по верху и три раза скажи "под крестом как под замком", сделаю, говорю, и обратно кинулся. Передачу включил и метров 30 проебашил для верности, обратно прибежал, падал снова в грязи, весь грязный и мокрый насквозь, как чушка, тороплюсь хули успеть, я же думаю, что как только эту хуйню, Влада-то, закопаю, так у Кости сердце отпустит, короче, крест положил, заклинание сказал и к Косте, всё, говорю, сделал как ты велел, теперь давай тебя в больницу, а он уже упал на бок мёртвый. Я рядом сел и как заревел горькими слезами, пробило видать, полчаса наверное ревел, Костю было жалко и что Любу избил. Но потом собрался, положил тело в "Москвича" и в больницу, там напиздел, что сердечный приступ на ровном месте, от духоты наверное, хуё-моё, менты опять меня к вечеру допрашивали, удивлялись, мол, нихуя у вас там трупов в бригаде, а я им говорю, что только два дня там отработал, но согласен с ними, что это хуйня какая-то странная, вон последний их товарищ исчез, аж след простыл. Наверное от греха подальше сбежал. С тем и отъебались, больше не трогали. Вот такая история, Серёга.

Помидор вытер навернувшиеся слезы и посмотрел вверх на настенные часы.

— О, уже к семи подошло - он выдохнул, как будто избавляясь от груза, даже казалось повеселел.
— А чё дальше-то было?
— А что дальше.. Приехала смена, они потянули нитку дальше, мы похоронили Костю, он же последний у них в роду оставался, жениться не успел, хули ему было-то тогда, 22 года. Сегодня как раз 21-е июня, 38 лет прошло, а всё как один день, я потому к вам на кладбище и приехал сегодня помянуть его, ох бы и пиздец тебе был и много кому ещё, копайся ты вчера или завтра, да видно Господь так управил.
— Да уж.. А я в такую хуйню не верил никогда.
— Я тоже не верил, да пришлось... Сперва каждый день ездил туда, смотрел, не выкопался ли Влад, потом успокоился, раз в неделю, потом в месяц, а скоро и совсем перестал. Но не забывал, да и как тут забудешь, ночью бывало спать ложишься и мыслю поймаешь, что оно там живое лежит и всё - сон напрочь и куришь до утра на крыльце, прикинь сколько у него злости ко мне накопилось... А потом союз развалился, начали цветмет скупать, тут то я и напрягся, поглядывать снова стал, когда до кабеля добрались я действовать стал, в сельсоветы ходить, изображал старую гвардию, которая за советское добро переживает, лишь бы отогнать народ. Потом копатели как-то потеряли интерес и ты один остался.
— А вам надо было рассказать мне всё. - оживился Медный.
— Ага, хули, тогда одно из двух - расскажешь за столом друзьям-приятелям за бутылкой и ёбнутым меня назовут, либо ещё хуже, пойдут проверять. Вообще у меня даже была мысль перезакопать его, да побоялся трогать... А Люба моя так и не простила меня, мы, конечно, дальше стали жить, делали вид что ничего не было, да уже как раньше она на меня не смотрела, только перед тем как помереть уже, она говорит, мол, боюсь что ни Бога, ни Рая нету, ну я ей всё и рассказал тогда чтобы успокоить перед кончиной, есть, говорю, и Бог и Рай. Она обрадовалась, вот, говорит, что с тобой было, а я дура, что же ты мне не рассказал...

Помидор помолчал и словно отвлекаясь от мыслей об умершей супруге внимательно посмотрел на Медного.

— Знаешь что, Серёга? У меня к тебе предложение - живи у меня! Всё равно у тебя как у латыша - хуй да душа, а мне уже девятый десяток, я тоже скоро копыта отброшу, а у меня дом, машина останется, я всё на тебя перепишу. Девчонкам моим это нахуй не надо, они давно мне говорят, что если я не соглашаюсь к ним, так чтоб я здесь нашёл кого-нибудь доходить за мной. На работу тебя устрою в организацию кочегаром, связи у меня остались кое-какие, бабу тебе найдём. А ты взамен пообещай мне, что будешь после меня тварь сторожить и не подпускать к ней никого под любым предлогом. Как тебе предложение?

Медный воодушевился такой резкой переменой в жизни.

— Я согласен, Мефодьич! - заявил он прямо.
— Вот и заебись, без обиняков! - довольный Помидор встал из-за стола и полез в карман, достав купюру. - Ну тогда вот тебе два листа, хуярь в магазин, а то скоро поливать в огороде нужно, я ведь ещё сажаю, хули ты думал! Не смотри, что согнутый хожу! Работёнки хватит!

Медный тоже встал и смеясь взял деньги.

— Нихуя не напугаешь меня работой!
— Ну и хорошо! - Помидор посерьёзнел и добавил - Ты много водки не бери только, ну её нахуй, отраву эту.
— А я теперь вообще её пить не буду, нихуя себе - Бог есть и Рай есть, я туда попасть хочу тоже, к матери. Так что возьму только пару "Арсенального", новую жизнь начинаю!

Показать весь текст
Ответы6039660422

68 25 мар, 17:46 68 460396

>>460395
Отлично!
Влад случайно не из Румынии родом?

69 25 мар, 19:27 69 460403

Живенько, мне нра.

70 26 мар, 11:22 70 460422

>>460395
>теперь вообще её пить не буду,
>возьму только пару "Арсенального", новую жизнь начинаю!
Это завязка к продолжению.
По синей волне пообещал не пить и стать охранителем, потом протрезвеет , будет крепиться несколько дней, может недель потом сорвется и начнет снова пить. А там где нарушил одно обещание нарушит и второе.
Потом кто-нибудь будет с металлоискателем там шарахаться, арматура запищит, он начнет копать тут то Влад и выпрыгнет и почнет допрашивать "Где Кеша сварной?!".

Ответы6042360424

71 26 мар, 11:29 71 460423

>>460422
>может недель потом сорвется и начнет снова пить. А там где нарушил одно обещание нарушит и второе.

Разболтает собутыльникам, по району пойдет слух про вампира в земле.
Молодые веселые решат поиграть в Ванхелсинга, раскопают и тут Влад как выпрыгнет.
Или например начнут копать, а тут дождь, краеведы любители уйдут в палатку, а когда вернутся утром в траншее будет вода. Они решат копать когда подсохет через несколько дней.
Вернутся, вода подсохла. Они копают копают.
Тут к ним подходит тип смуглый с черными волосами и такой "а чо пацаны, ваши телочки то горячи?"

Ответы60683

72 26 мар, 12:07 72 460424

>>460422
Так речь не идёт о полной завязке, Медный узнал о существовании сверхъестественного мира и возможном существовании Бога, в чём он уверен теперь безоговорочно, и при всём этом максимальная жертва на какую он способен ради рая это перейти с водки на пиво.

Ответы60425

73 26 мар, 12:19 73 460425

>>460424
>существовании сверхъестественного мира и возможном существовании Бога,

Только вот наличие вампира Влада не доказывает ни наличие сверхъестественного, ни тем более бытие Бога.
Впечатления от приобщения к сверхъестественному со временем теряет яркость.

Ответы60430

74 26 мар, 16:00 74 460430

>>460425
>вампира
Схуяли он вампир, он их не кусал и днём ходит. Это некая злая сущность просто.

Ответы60432

75 26 мар, 16:33 75 460431

Смотрю, обсуждают. Дай-ка прочту, думаю.
Хуета.

Ответы60433

76 26 мар, 16:54 76 460432

>>460430
А чего он смуглый, чернявый, зовут Владом?
Да и какая разница - пусть не вампир, как его наличие является доказательством сверхъествественного или бытия Бога?
Сверхъестественое это то что над природой .
А в чем Влад над природой? Свет он отражает , звуковые волны испускает, перо под ребро его не убивает, но ослабляет, фигура из железа мешает двигаться.
Другое дело, что его деятельность не соотвествует законам физики , но с нюансом известным на сегодняшний день законам физики. Ну так 300 лет назад никто не знал что есть законы физики позволяющие железу летать по воздуху и даже без воздуха.
Кстати, Владу не подвластны мысли - он не смог прочитать Костю и Костину задумку.
Так что Влад вполне естественный. А мысль как раз не измерить, не взвесить, не сфотать.

Ответы60457

77 26 мар, 16:57 77 460433

>>460431
>Хуета.
Мог бы и не представляться, это анонимный форум.

Ответы60434

sage 78 26 мар, 17:00 78 460434

>>460433
Да не трясись ты.

79 27 мар, 07:36 79 460457

>>460432
Всё верно, но только эти два персонажа не мыслят такими категориями, для них если это существует, значит всё остальное автоматически тоже.

Ответы60458

80 27 мар, 09:41 80 460458

>>460457
Это так не работает.
Вера основанная на чудесах и необычных событиях уменьшается со временем.
Даже если бы упыря на глазах у Медного уработал ангел с неба энтузиазма хватило на несколько месяцев, а судя по тому что Медный любит пить то и месяцев не прошло бы.

Ответы60479

81 27 мар, 12:37 81 460479

>>460458
Хз откуда ты это взял и почему так уверен, может ты такой невпечатлительный просто. Я вот недавно ночью спать ложился под бубнёж телевизора, и пока раздевался то краем глаза фильм смотрел, там как раз шёл такой эпизод - Ана Де Армас спустилась в метро и ждёт поезд, там пусто и кроме неё только какой-то странно выглядящий мужик-альбинос, прилично одетый. Она сидит на скамейке, он стоит подальше у края платформы, заглядывая в тоннель, не идёт ли состав. Она посматривает на него, и тут он сходит с платформы к путям и остаётся висеть в воздухе, делает пару шагов, заглядывая в тоннель, и так же возвращается назад и ведёт себя как ни в чём не бывало. Она в молчаливом ахуе. Я даже решил посмотреть дальше, но бросил, там хуйня глупая пошла. Так вот, будь я на её месте, хуй бы когда в жизни я это забыл, скорее вспоминал бы каждый час.

Ответы60482

82 27 мар, 14:45 82 460482

>>460479
>Так вот, будь я на её месте, хуй бы когда в жизни я это забыл, скорее вспоминал бы каждый час.
У тебя жизнь настолько однообразная и размеренная что ничего удивительного не происходит? Или все таки происходит, но каждый час ты вспоминал только до следующего дня, потом раз в два часа, а через неделю вообще раз в день, а через месяц совсем забыл?
Ну тоже самое будет когда увидишь летающего альбиноса в метро : пару дней будешь только об этом и думать, потом раз в лень, потом раз в месяц потом забудешь.
И уж тем более пить курить фапать от этого не бросишь. Ну может на неделю, пока эндорфины от свежих воспоминаний приходят.

Это по своему опыту сужу. Я давно записываю всякие удивительные события произошедшие со мной, но на вскидку смогу вспомнить два три, и ни одно из них не вызывает и доли тех эмоций что были сразу после прошедшего.

Ответы60491

83 27 мар, 15:45 83 460491

>>460482
>Это по своему опыту сужу. Я давно записываю всякие удивительные события произошедшие со мной, но на вскидку смогу вспомнить два три, и ни одно из них не вызывает и доли тех эмоций что были сразу после прошедшего.
Интересно было бы послушать, надеюсь твои удивительные события не намного ниже своей необычностью, чем хождение альбиноса по воздуху.

84 31 мар, 15:23 84 460683

>>460423
И дальше сюжет романа развивается по спирали.
Медный в метаниях, то у него есть силы завязать на пару недель то опять срывается.
И лето опять дождливое и слухи поползли по району - то одной деревне чуть не убили друг друга, то муж жену избил.
Медный в очередном трезвом периоде, но уже на грани срыва из-за мук совести - он понимает что за дожди пошли.
Совесть хочет заглушить спиртным.
Медный сидит на крыльце и почти готов идти в магазин и калитка открывается и в входит молодая херка-готка. "Зрасте, а вы кто, дядя? Дед Кеша дома?" Слово за слово, выяснилось что она правнучка Помидора.у нее проблемы в городе решила схорониться у прадеда. Она у него бывала в детстве дальше мне придумывать лень, в итоге поймали Влэда на "живца" и надежно прикопали.

Ответы60698

85 1 апр, 01:59 85 460697

>Она у него бывала в детстве
Он у деда был в детстве, а теперь приехал забурундучиться на время.

Ответы60698

86 1 апр, 01:59 86 460698

>>460683
>>460697

68 Кб, 666x664
87 22 мая, 13:00 87 464063

"Прощание"

— А его, говорят, в космос отправили, там его заморозят на время, пока всё обратно оживёт, он потом снова прилетит, управлять Россией кому-то же снова надо будет.
— Да с хуя! Он наоборот, под землю залез, знаешь какие у них бункера понарыты? Все они там укрылись, все депутаты и все эти мэры-хуеры! - заспорил со своей дочерью Ириной её полупьяный, несмотря на ранний час, отец по имени Анатолий.
— Ой, тебе говорят-в космос, значит-в космос! Вечно споришь, как этот..!

В избе было людно и шумно, хотя шёл всего десятый час утра, стол в зале уже был накрыт несколько дней, как на юбилей или похороны, правда изрядно потеряв свой первоначальный вид, несмотря на своевременное обновление блюд, за ним сидело полтора десятка человек разного возраста, все со следами недавнего похмелья. Борис, сорокапятилетний муж Ирины и зять Анатолия, сидел у края, ближе к выходу на кухню и молчал. Все здесь были родственниками его жены, у него из своих родных уже никого не осталось, их и раньше было немного, да и не общался он толком с родственниками, жил вдвоём с матерью, пока она не умерла шестнадцать лет назад. Тогда он, оставшись совсем один, и решился сойтись с Ириной, несмотря на то, что он был старше её и к тому же она в свои шестнадцать уже имела ребёнка и репутацию легкодоступной девушки, хотя и была красива сельской красотой, то есть красота была не породистой, а круглолицей, "рязанской". Но других вариантов у Бориса не было, он-то был некрасив, а одному оставаться в старости не хотелось и он однажды предложил ей уехать в военный городок неподалёку и жить там втроём - он, она и её годовалый сын Данилка. Сказано - сделано. Сняли квартиру, устроились на работы, сына оформили в детсад, Борис продал свой отчий дом, который стоял всего в трёх избах от тёщиного, многодетной семье за материнский капитал, купили автомобиль, Тойоту Корону - "бочку", на которой они вчера и приехали к родителям Ирины. За все годы Борис так и не почувствовал к ним ничего родственного, хотя по-соседски знал их всю жизнь, вообще жалеть о своей скоропалительной женитьбе он начал почти сразу, как только они переехали на новое место, супруга быстро стала давать повод для слухов, вследствие чего имела обещания от некоторых жён военнослужащих оставить её без волос, глаз или чего похуже. Борису было всё равно, он на первых порах было привязался к ребенку, но тот рос и к школе уже потерял всякое уважение к приёмному отцу, ежедневно сообщая тому об этом факте лексиконом матёрого сидельца. Ирина потолстела и редко ночевала дома, Данилка часто приходил домой и звал Бориса на один из адресов, где располагался приют для маргиналов, они заходили и под смех местного контингента одевали лежащую на полу жену и мать, точнее Борис одевал, Данилка хохотал вместе со всеми. Сердобольные старушки, тусующиеся на скамейке у подъезда всегда замолкали и сочувственно смотрели на проходящего мимо Бориса, одна из них даже предложила ему познакомиться с её дочерью предпенсионного возраста, но та развернулась и ушла, едва увидев его лицо. С другими женщинами Борис и не пытался.

И вот неделю назад, когда учёные шокировали весь мир новостью, что нашей планете осталось жить всего семь дней, Борис почти ничего не почувствовал. Даже немного обрадовался. Телевизор сообщил, что всё под контролем, патриарх призвал молиться за президента, отправляющегося то ли в космос, то ли под землю, затем всё отключилось, мировой интернет успел сообщить о массовом мародерстве и погромах, но это там, а здесь же как будто ничего и не изменилось. Народ конечно оживился немного, но это оживление носило скорее возбуждающий характер, прервавшаяся связь с родными на войне никого не взволновала - какая разница где умирать? Городок опустел, здесь жили в основном военные, приехавшие из своих родных краёв, теперь они стремительно разъехались, наверное захотели провести последние дни в родных местах. Борис же тянул время, игнорируя ругань жены, он днями равнодушно делал вид, будто чинит засбоивший двигатель, хотя машина была в порядке, просто он не хотел прожить последние дни в доме у тёщи. Но вчера всё-таки сдался и приехал. Гулянка к их приезду была уже в разгаре, Ирина сразу включилась и протанцевала от дверцы машины до калитки со своей пьяной матерью. Прошли за стол, на котором уже остались только свои, домашние продукты, владелец единственного магазина сразу после судьбоносных новостей написал в группе, что открывает свой магазин для всех желающих, можно взять что хочется даром в качестве прощального подарка от него, сам он уезжает на малую родину, через час весь товар был растащен, полки выломаны и окна разбиты в драках. Борис напился молча и к часу ночи уснул, найдя единственное спокойное место под кроватью, он слышал сквозь пьяное забытье зов супруги "Ты где, пидарас ёбаный?", но отвечать не стал. Вскоре к нему присоединилось ещё одно полуживое тело, тётка Ирины, Валентина Викторовна, она обняла его, уткнувшись ему в шею, Борис почувствовал запах её самогонного дыхания, повернулся к ней, просунул правую руку ей под шею, притянув к себе , левую руку он аккуратно завёл сзади в её обтягивающие спортивные штаны, обхватив насколько смог её большие ягодицы, он много раз мечтал об этом, особенно когда вся родня собиралась на копку картофеля. Валентина Викторовна имела привычку копать не на корточках, а наклоняться над каждым кустом, чем приводила в томление всякого мужчину, кто это видел. Борис всегда мечтал, чтобы эта моложавая пятидесятилетняя женщина, до сих пор не растерявшая своей привлекательности, однажды каким-нибудь чудом поменялась мечтами с его женой, но никаких шагов естественно никогда не предпринимал, максимум, на что его хватало - когда она после картошки шла в баню он делал вид, что идёт в туалет, а сам через щель в заборе подглядывал туда, где в маленьком банном окошке мелькала белая голая плоть, которую он сейчас чувствовал своей левой рукой. Борис обнял Валентину и прикоснулся губами к её губам, рукой скользя между ягодиц вглубь, женщина никак не отреагировала и вдруг из общего грохота фаталистического веселья поминок планеты кто-то отделился, приблизился и завалился на кровать, чуть придавив Борису плечо, он застыл, решив дальше не действовать и случайно не разбудить свою последнюю удачу в жизни, просто задремал, держа её в объятьях, чем богаты-тем и рады.

—

68 Кб, 666x664
87 22 мая, 13:00 87 464063

"Прощание"

— А его, говорят, в космос отправили, там его заморозят на время, пока всё обратно оживёт, он потом снова прилетит, управлять Россией кому-то же снова надо будет.
— Да с хуя! Он наоборот, под землю залез, знаешь какие у них бункера понарыты? Все они там укрылись, все депутаты и все эти мэры-хуеры! - заспорил со своей дочерью Ириной её полупьяный, несмотря на ранний час, отец по имени Анатолий.
— Ой, тебе говорят-в космос, значит-в космос! Вечно споришь, как этот..!

В избе было людно и шумно, хотя шёл всего десятый час утра, стол в зале уже был накрыт несколько дней, как на юбилей или похороны, правда изрядно потеряв свой первоначальный вид, несмотря на своевременное обновление блюд, за ним сидело полтора десятка человек разного возраста, все со следами недавнего похмелья. Борис, сорокапятилетний муж Ирины и зять Анатолия, сидел у края, ближе к выходу на кухню и молчал. Все здесь были родственниками его жены, у него из своих родных уже никого не осталось, их и раньше было немного, да и не общался он толком с родственниками, жил вдвоём с матерью, пока она не умерла шестнадцать лет назад. Тогда он, оставшись совсем один, и решился сойтись с Ириной, несмотря на то, что он был старше её и к тому же она в свои шестнадцать уже имела ребёнка и репутацию легкодоступной девушки, хотя и была красива сельской красотой, то есть красота была не породистой, а круглолицей, "рязанской". Но других вариантов у Бориса не было, он-то был некрасив, а одному оставаться в старости не хотелось и он однажды предложил ей уехать в военный городок неподалёку и жить там втроём - он, она и её годовалый сын Данилка. Сказано - сделано. Сняли квартиру, устроились на работы, сына оформили в детсад, Борис продал свой отчий дом, который стоял всего в трёх избах от тёщиного, многодетной семье за материнский капитал, купили автомобиль, Тойоту Корону - "бочку", на которой они вчера и приехали к родителям Ирины. За все годы Борис так и не почувствовал к ним ничего родственного, хотя по-соседски знал их всю жизнь, вообще жалеть о своей скоропалительной женитьбе он начал почти сразу, как только они переехали на новое место, супруга быстро стала давать повод для слухов, вследствие чего имела обещания от некоторых жён военнослужащих оставить её без волос, глаз или чего похуже. Борису было всё равно, он на первых порах было привязался к ребенку, но тот рос и к школе уже потерял всякое уважение к приёмному отцу, ежедневно сообщая тому об этом факте лексиконом матёрого сидельца. Ирина потолстела и редко ночевала дома, Данилка часто приходил домой и звал Бориса на один из адресов, где располагался приют для маргиналов, они заходили и под смех местного контингента одевали лежащую на полу жену и мать, точнее Борис одевал, Данилка хохотал вместе со всеми. Сердобольные старушки, тусующиеся на скамейке у подъезда всегда замолкали и сочувственно смотрели на проходящего мимо Бориса, одна из них даже предложила ему познакомиться с её дочерью предпенсионного возраста, но та развернулась и ушла, едва увидев его лицо. С другими женщинами Борис и не пытался.

И вот неделю назад, когда учёные шокировали весь мир новостью, что нашей планете осталось жить всего семь дней, Борис почти ничего не почувствовал. Даже немного обрадовался. Телевизор сообщил, что всё под контролем, патриарх призвал молиться за президента, отправляющегося то ли в космос, то ли под землю, затем всё отключилось, мировой интернет успел сообщить о массовом мародерстве и погромах, но это там, а здесь же как будто ничего и не изменилось. Народ конечно оживился немного, но это оживление носило скорее возбуждающий характер, прервавшаяся связь с родными на войне никого не взволновала - какая разница где умирать? Городок опустел, здесь жили в основном военные, приехавшие из своих родных краёв, теперь они стремительно разъехались, наверное захотели провести последние дни в родных местах. Борис же тянул время, игнорируя ругань жены, он днями равнодушно делал вид, будто чинит засбоивший двигатель, хотя машина была в порядке, просто он не хотел прожить последние дни в доме у тёщи. Но вчера всё-таки сдался и приехал. Гулянка к их приезду была уже в разгаре, Ирина сразу включилась и протанцевала от дверцы машины до калитки со своей пьяной матерью. Прошли за стол, на котором уже остались только свои, домашние продукты, владелец единственного магазина сразу после судьбоносных новостей написал в группе, что открывает свой магазин для всех желающих, можно взять что хочется даром в качестве прощального подарка от него, сам он уезжает на малую родину, через час весь товар был растащен, полки выломаны и окна разбиты в драках. Борис напился молча и к часу ночи уснул, найдя единственное спокойное место под кроватью, он слышал сквозь пьяное забытье зов супруги "Ты где, пидарас ёбаный?", но отвечать не стал. Вскоре к нему присоединилось ещё одно полуживое тело, тётка Ирины, Валентина Викторовна, она обняла его, уткнувшись ему в шею, Борис почувствовал запах её самогонного дыхания, повернулся к ней, просунул правую руку ей под шею, притянув к себе , левую руку он аккуратно завёл сзади в её обтягивающие спортивные штаны, обхватив насколько смог её большие ягодицы, он много раз мечтал об этом, особенно когда вся родня собиралась на копку картофеля. Валентина Викторовна имела привычку копать не на корточках, а наклоняться над каждым кустом, чем приводила в томление всякого мужчину, кто это видел. Борис всегда мечтал, чтобы эта моложавая пятидесятилетняя женщина, до сих пор не растерявшая своей привлекательности, однажды каким-нибудь чудом поменялась мечтами с его женой, но никаких шагов естественно никогда не предпринимал, максимум, на что его хватало - когда она после картошки шла в баню он делал вид, что идёт в туалет, а сам через щель в заборе подглядывал туда, где в маленьком банном окошке мелькала белая голая плоть, которую он сейчас чувствовал своей левой рукой. Борис обнял Валентину и прикоснулся губами к её губам, рукой скользя между ягодиц вглубь, женщина никак не отреагировала и вдруг из общего грохота фаталистического веселья поминок планеты кто-то отделился, приблизился и завалился на кровать, чуть придавив Борису плечо, он застыл, решив дальше не действовать и случайно не разбудить свою последнюю удачу в жизни, просто задремал, держа её в объятьях, чем богаты-тем и рады.

—

Показать весь текст
Ответы64103

88 23 мая, 06:19 88 464103

>>464063
Ночь прошла за минуту, по крайней мере так ему показалось, когда он открыл глаза, ни Валентины, ни соседа сверху уже не было. Посветлело, из зала так же доносился шум пьяных обсуждений текущих событий, Борис вспомнил, что дата всеобщей смерти высчитана учёными на сегодня, в двадцать минут седьмого, вечером. Он осторожно выбрался из своего ночного убежища и аккуратно прошёл в зал и сел там же, где сидел вчера вечером, у края, увидел стоящую рюмку и выпил её, поморщившись. Этого было достаточно, сон был слишком коротким и эта рюмка оказала на Бориса действие, равное по крайней мере шести её таким же сёстрам в обычное, трезвое утро. Гости ещё не спали, возбуждённые пока в полной мере не ясным для них апокалипсисом, плюс благодаря своему крепкому здоровью по всей родне, Борис вдруг понял, что за все застолья, случившиеся за все годы, что он прожил с Ириной, он ни разу не смог перепить ни супругу, ни кого-либо другого из её родственников.

— Один хуй чё-нибудь придумают! - кричал тесть. - Правда что-ли думаете, что мы все помрём сегодня?
— А кто придумает? - возразил рядом его осоловевший брат Евгений. - Их всех убрали давно! Жириновского ёбнули, как и Сталина, чтобы они правду в глаза не хуярили им!
— Да уж! Жириновский бы навёл порядок! Давно бы понастроил ракет и вывез всех нас на Марс куда-нибудь! - откликнулась Валентина после выпитой рюмки красного. Она сидела рядом с дремавшим здесь же, за столом, мужем и никак не давала Борису понять, что помнит своё нахождение в полушаге от измены супругу.

Начался новый виток дискуссий, от которых Бориса затошнило и он встал из-за стола, вышел из дома во двор, прошёл через калитку на улицу. Погода и впрямь стояла необычная, солнца не было видно, воздух стоял бледно-жёлтый, как после пыльной бури, но труда дыханию не делал и ничем не пах. Несмотря на июль, было не жарко и природа уже почти умерла за эту неделю, трава стала коричневой и высохшей, с деревьев облетали последние листья, Борис не сомневался ни минуты, что сегодня действительно последний день.

Он прошёл немного вдоль улицы к своему старому дому, где они раньше жили вдвоём с матушкой, Борис всегда завидовал семье, которой он и продал своё жилище, семеро детей было тогда, но их родители были непьющие и ребята всегда были вежливые, чистые и опрятные. Старшая из них, белокурая девочка лет двенадцати, видев Бориса всегда здоровалась и весь остальной выводок, неизменно следовавший за ней по пятам, хором повторял её приветствие. Она потом повзрослела, вышла замуж и у неё самой появились дети, сейчас в доме было тихо, Борис остановился у родного палисадника и встав на скамейку заглянул через забор, в ограде стояли две иномарки и несколько мужчин курили, негромко переговариваясь. "Наверное это дети выросли", подумал он, тихо слезая обратно, в доме тоже слышался тихий разговор. "По-человечески прощаются, не то, что мои уебки".

— Боряха! Керенский! Ты что-ли?

Борис вздрогнул, обернувшись, посреди улицы на дороге нетвёрдо стоял улыбающийся бородатый мужчина с пропитым лицом, с трудом державший за руль мотоцикл.

— Борька! - мужчина радостно попытался двинуться к Борису, но тот опередил его, быстро зашагав навстречу, боясь побеспокоить людей в своём бывшем доме.
— Здорово, Ромка. - он протянул руку, но мужчина, положив технику набок, сгрёб его в объятия и сжал, что есть сил.
— Ты всё бухтишь, я посмотрю. - сказал мягко Борис, с трудом освобождаясь так, чтобы не обидеть обрадовавшемуся встрече с ним друга детства.
— Ага, а хули ещё делать? - радостно сообщил тот. - Но ты не думай, я не конченый алкаш совсем, вот "Юпитер" взял у Харитоновых за двенадцать кусков в рассрочку.
— Хорошее дело, - Борис не стал портить настроение человеку. - У них хороший "Юпитер" был, как я помню.
— А он и щас как новый, хули, кто на нём ездил-то? Дед ходит еле-еле, у Кольки машина, бабам он тем более нахуй не нужен! - объяснил радостно Ромка, но тут же посерьёзнел. - А знаешь что самое интересное? Я с утра договариваться когда пошёл, ну, думаю, приболтаю частями рассчитаться, грибы пойдут, ягоды, хуё-моё, а они говорят, мол, забирай так, задаром! Нихуя, думаю, ну спасибо, говорю, а в честь чего? А тётя Марина ихняя, говорит, мол, а вот тебе подарок, может на том свете зачтётся доброе дело! Ещё и пузырь в карман сунули! Во как! Ну я мотоцикл в охапку и съебываю, пока они не передумали. Камулятора жалко нету, блять!

Ромка начал неловко поднимать подарок на колеса, Борис с готовностью помог.

— Знаешь что, Борька? Помоги докатить, раз так. Там около меня и бутылочку эту разопьём! - Ромка движением бедра показал торчавшее из кармана своих пятнистых брюк горлышко.
— Давай. - с готовностью согласился Борис, искавший повод уйти подальше.

Они покатили мотоцикл дальше по асфальту оживлённой улицы, возле домов встречались автомобили с гремящей музыкой из салонов и нетрезвыми владельцами тут же, приехавшими к своим близким людям в последние часы. Ромка и Борис переговаривались по пути, отыскивая этих приезжих в глубинах их общей детской памяти, с кем-то из них они вместе лазали по крышам колхозного гаража, с кем-то в начале девяностых тащили бидоны с молоком, которые им на ферме украдкой передавали матери-доярки, строго-настрого наказав не попасться на глаза председателю с бригадиром, с кем-то дрались, заступаясь за первую любовь. Ромка то и дело пытался свернуть и затеять с кем-нибудь разговор, но Борис его тормозил, обманывая тем, что его ждут дома, а им ещё предстоит успеть распить бутылку. Ромка вспоминал про своё спиртное и убыстрял ход.

— Ладно, хуй с ними, потом поздороваемся. Наверное же День Села какой-то будет, хули они все съехались то? Сходим вечерком к клубу, а, Борян?

Ромка жил в самом конце улицы, сразу за его домом текла речушка, где они когда-то рыбачили срезанными здесь же ивовыми удочками, сразу за ней раскинулось кладбище, заросшее боярышником и черёмухой. Борис повёл носом, принюхиваясь, вкусно пахло дымом и стряпнёй. Прислонив мотоцикл к забору, они вошли во двор, в середине которого топилась печка-буржуйка, около неё хлопотала пожилая женщина в фартуке, переворачивая румяную лепёшку на чёрной, чугунной сковороде.

— А у нас гости, мамань! - радостно объявил Ромка.
Женщина присмотрелась из-за толстых стёкол очков.
— Боря, ты что-ли, сынок?
— Я, тётя Лида.
— Ой, Господи, ну проходите вот туда, - обрадованная тётя Лида показала на старый диван в углу у забора. - А ты уже клюнул хорошо, я смотрю. Ведь две недели уже не просыхаешь!
— А я всё, мать! Завязываю, я же мотоцикл взял, щас починю и на рыбалку или в лес, деньги делать буду! Давай, Керенский, падай на диван. Всё, мать, щас эту выпьем и всё!

88 23 мая, 06:19 88 464103

>>464063
Ночь прошла за минуту, по крайней мере так ему показалось, когда он открыл глаза, ни Валентины, ни соседа сверху уже не было. Посветлело, из зала так же доносился шум пьяных обсуждений текущих событий, Борис вспомнил, что дата всеобщей смерти высчитана учёными на сегодня, в двадцать минут седьмого, вечером. Он осторожно выбрался из своего ночного убежища и аккуратно прошёл в зал и сел там же, где сидел вчера вечером, у края, увидел стоящую рюмку и выпил её, поморщившись. Этого было достаточно, сон был слишком коротким и эта рюмка оказала на Бориса действие, равное по крайней мере шести её таким же сёстрам в обычное, трезвое утро. Гости ещё не спали, возбуждённые пока в полной мере не ясным для них апокалипсисом, плюс благодаря своему крепкому здоровью по всей родне, Борис вдруг понял, что за все застолья, случившиеся за все годы, что он прожил с Ириной, он ни разу не смог перепить ни супругу, ни кого-либо другого из её родственников.

— Один хуй чё-нибудь придумают! - кричал тесть. - Правда что-ли думаете, что мы все помрём сегодня?
— А кто придумает? - возразил рядом его осоловевший брат Евгений. - Их всех убрали давно! Жириновского ёбнули, как и Сталина, чтобы они правду в глаза не хуярили им!
— Да уж! Жириновский бы навёл порядок! Давно бы понастроил ракет и вывез всех нас на Марс куда-нибудь! - откликнулась Валентина после выпитой рюмки красного. Она сидела рядом с дремавшим здесь же, за столом, мужем и никак не давала Борису понять, что помнит своё нахождение в полушаге от измены супругу.

Начался новый виток дискуссий, от которых Бориса затошнило и он встал из-за стола, вышел из дома во двор, прошёл через калитку на улицу. Погода и впрямь стояла необычная, солнца не было видно, воздух стоял бледно-жёлтый, как после пыльной бури, но труда дыханию не делал и ничем не пах. Несмотря на июль, было не жарко и природа уже почти умерла за эту неделю, трава стала коричневой и высохшей, с деревьев облетали последние листья, Борис не сомневался ни минуты, что сегодня действительно последний день.

Он прошёл немного вдоль улицы к своему старому дому, где они раньше жили вдвоём с матушкой, Борис всегда завидовал семье, которой он и продал своё жилище, семеро детей было тогда, но их родители были непьющие и ребята всегда были вежливые, чистые и опрятные. Старшая из них, белокурая девочка лет двенадцати, видев Бориса всегда здоровалась и весь остальной выводок, неизменно следовавший за ней по пятам, хором повторял её приветствие. Она потом повзрослела, вышла замуж и у неё самой появились дети, сейчас в доме было тихо, Борис остановился у родного палисадника и встав на скамейку заглянул через забор, в ограде стояли две иномарки и несколько мужчин курили, негромко переговариваясь. "Наверное это дети выросли", подумал он, тихо слезая обратно, в доме тоже слышался тихий разговор. "По-человечески прощаются, не то, что мои уебки".

— Боряха! Керенский! Ты что-ли?

Борис вздрогнул, обернувшись, посреди улицы на дороге нетвёрдо стоял улыбающийся бородатый мужчина с пропитым лицом, с трудом державший за руль мотоцикл.

— Борька! - мужчина радостно попытался двинуться к Борису, но тот опередил его, быстро зашагав навстречу, боясь побеспокоить людей в своём бывшем доме.
— Здорово, Ромка. - он протянул руку, но мужчина, положив технику набок, сгрёб его в объятия и сжал, что есть сил.
— Ты всё бухтишь, я посмотрю. - сказал мягко Борис, с трудом освобождаясь так, чтобы не обидеть обрадовавшемуся встрече с ним друга детства.
— Ага, а хули ещё делать? - радостно сообщил тот. - Но ты не думай, я не конченый алкаш совсем, вот "Юпитер" взял у Харитоновых за двенадцать кусков в рассрочку.
— Хорошее дело, - Борис не стал портить настроение человеку. - У них хороший "Юпитер" был, как я помню.
— А он и щас как новый, хули, кто на нём ездил-то? Дед ходит еле-еле, у Кольки машина, бабам он тем более нахуй не нужен! - объяснил радостно Ромка, но тут же посерьёзнел. - А знаешь что самое интересное? Я с утра договариваться когда пошёл, ну, думаю, приболтаю частями рассчитаться, грибы пойдут, ягоды, хуё-моё, а они говорят, мол, забирай так, задаром! Нихуя, думаю, ну спасибо, говорю, а в честь чего? А тётя Марина ихняя, говорит, мол, а вот тебе подарок, может на том свете зачтётся доброе дело! Ещё и пузырь в карман сунули! Во как! Ну я мотоцикл в охапку и съебываю, пока они не передумали. Камулятора жалко нету, блять!

Ромка начал неловко поднимать подарок на колеса, Борис с готовностью помог.

— Знаешь что, Борька? Помоги докатить, раз так. Там около меня и бутылочку эту разопьём! - Ромка движением бедра показал торчавшее из кармана своих пятнистых брюк горлышко.
— Давай. - с готовностью согласился Борис, искавший повод уйти подальше.

Они покатили мотоцикл дальше по асфальту оживлённой улицы, возле домов встречались автомобили с гремящей музыкой из салонов и нетрезвыми владельцами тут же, приехавшими к своим близким людям в последние часы. Ромка и Борис переговаривались по пути, отыскивая этих приезжих в глубинах их общей детской памяти, с кем-то из них они вместе лазали по крышам колхозного гаража, с кем-то в начале девяностых тащили бидоны с молоком, которые им на ферме украдкой передавали матери-доярки, строго-настрого наказав не попасться на глаза председателю с бригадиром, с кем-то дрались, заступаясь за первую любовь. Ромка то и дело пытался свернуть и затеять с кем-нибудь разговор, но Борис его тормозил, обманывая тем, что его ждут дома, а им ещё предстоит успеть распить бутылку. Ромка вспоминал про своё спиртное и убыстрял ход.

— Ладно, хуй с ними, потом поздороваемся. Наверное же День Села какой-то будет, хули они все съехались то? Сходим вечерком к клубу, а, Борян?

Ромка жил в самом конце улицы, сразу за его домом текла речушка, где они когда-то рыбачили срезанными здесь же ивовыми удочками, сразу за ней раскинулось кладбище, заросшее боярышником и черёмухой. Борис повёл носом, принюхиваясь, вкусно пахло дымом и стряпнёй. Прислонив мотоцикл к забору, они вошли во двор, в середине которого топилась печка-буржуйка, около неё хлопотала пожилая женщина в фартуке, переворачивая румяную лепёшку на чёрной, чугунной сковороде.

— А у нас гости, мамань! - радостно объявил Ромка.
Женщина присмотрелась из-за толстых стёкол очков.
— Боря, ты что-ли, сынок?
— Я, тётя Лида.
— Ой, Господи, ну проходите вот туда, - обрадованная тётя Лида показала на старый диван в углу у забора. - А ты уже клюнул хорошо, я смотрю. Ведь две недели уже не просыхаешь!
— А я всё, мать! Завязываю, я же мотоцикл взял, щас починю и на рыбалку или в лес, деньги делать буду! Давай, Керенский, падай на диван. Всё, мать, щас эту выпьем и всё!

Показать весь текст
Ответы64161

89 24 мая, 11:28 89 464161

>>464103
Друзья сели на диван, Ромка соорудил импровизированный столик из куска фанеры и покрышки от автомобиля, обрадованная обещанием сына тётя Лида налила им по кружке горячего чая с сахаром, поставила здесь же, рядом с вынутой из кармана бутылкой, свою башню из свежеиспечённых лепёшек на большой тарелке и, вздохнув, села рядом с ними.

— Боря, сынок, так я так и не поняла, что это за Конец Света такой? Где он будет то?
— А, точно блять! - оживился Ромка, наливая водку в принесённые из избы рюмки. - Все встречные мне чешут про эту хуйню каждый день, ты грамотный, одинадцать классов кончил всё-таки, что это за ебота? Объясни, будь добр.
— Земля умирает, вроде как..
— А чё с ней? Не вывозит что-ли? Так ясен хуй, засрали всё! Вон на речку посмотри, раньше в ней купались, помнишь? Целыми днями просиживали! А теперь она вся обмелела и в этих пакетах ебучих!

Ромка выпил, поморщившись, Борис последовал его примеру.

— Так пиздец что-ли совсем?
— Правда что в седьмом часу все умрут, Боря? - тётя Лида озабоченно смотрела на гостя, теребя пальцами низ фартука.
— Может и не будет ничего, успеют что-нибудь придумать, не дураки же там сидят. - соврал Борис, пожалев женщину.
— Действительно, мать, хули унывать, в натуре? И без нас разберутся! - Ромка стремительно налил рюмки, выпил свою и поспешил в дом. - Щас выйду, музон возьму только.

Борис едва успел выпить свою долю, как Ромка уже вернулся, держа в руках гремящую басами колонку и пританцовывая.

— О, моя любимая песня! "Держаться нету больше сил, ооуууеее! - он пустился в пляс по всему двору.

Скоро ворота начали звенеть железной щеколдой, это сбредались окрестные алкоголики, манимые громкой музыкой как древние путники, не сумевшие миновать пения сирен. Начался обычный в таких случаях непрекращающийся гомон, подобный тому, что слышал Борис со вчерашнего вечера в доме жены, но, в отличие от нелюбимых родственников, этот пьяный шум ему нравился.

Время незаметно перевалило за четыре, Борис уже был изрядно пьян, хотя и пропускал больше, чем выпивал. Он так и сидел на прежнем месте, иногда дремая, иногда с улыбкой глядя на нескладно танцующий люд, иногда согласно кивал меняющимся соседям по дивану, каждый из которых считал нужным высказать своё мнение по поводу грядущего катаклизма, а те, кто и понятия о нём не имел, жаловались на свои текущие проблемы.

— А это ещё в девятом классе было! - обняв Бориса, громко встрял в очередной разговор Ромка, старающийся перекричать музыку. - Мы тогда девчонкам на восьмое марта сценку ставили в актовом зале, этот блять, как его...
— "Элка и кореша." - помог Борис другу, который на просьбу очередного соседа рассказать происхождение своего прозвища, взял инициативу в свои руки.
— Точно блять! "Элка и кореша", это типа "Элен и ребята", ну, хули, значит... Борька был Элкой, а мы с Софроном, Чуком и Калачом были "кореша". Нарядили его в платье и пока своей очереди на сцену ждали, Борька видать разволновался и срать захотел, да так и побежал через двор, как был, в платье этом, а там кочегары курили, увидели его и кричат, мол, куда побежал, Керенский?

Ромка захохотал, обдав Бориса мощным залпом перегара. Он пересел к интересующемуся, обнял уже его и перевёл разговор на темы, известные уже им двоим, оставив Бориса в относительном покое. Он снова скрестил руки на груди, приготовившись задремать среди веселья. "Интересно, до смерти два часа, а у меня только ноги чуть слабоваты, тревоги почти нет, и это не из-за водки. Когда паническая атака в первый раз случилась, было страшно умирать... А теперь как-будто и нет.. Видимо вместе со всеми и не страшно, все в одну и ту же минуту, я, Ромка, Валентина, Том Круз.. С мамой встречусь.."

Он резко открыл глаза, осмотрелся, встал и осторожно двинулся между сидящими и уже лежащими к выходу, стараясь не попасть в поле зрения Ромки. Успешно миновав ворота, он зашёл за угол, спустился к речке, легко перепрыгнул её и поднялся в небольшой бугор, где начиналось кладбище. Закрыв за собой калитку на входе, он без труда отыскал могилу матери, он был здесь два месяца назад, наводил порядок перед Пасхой. Сев на землю лицом к портрету на постаменте и удобно прислонившись спиной к оградке, он начал рассказывать ей всё, что с ним случилось после её смерти, каждую мелочь, он никогда этого не делал, потому что всегда был здесь трезвым, старался вспомнить каждую мелочь и не мог остановиться, как человек, который наконец нашёл того, кто выслушает. Скоро он учуял опустившийся дым, покрутил головой, найдя его источник сквозь пыльный воздух - это линия огня уже вышла из леса вдалеке и стремительно приближалась сюда. Борис заплакал, ему вдруг стало жаль Землю тоже, он успел подумать о том, как много раз видел в фильмах, как она умирает, но никогда не думал о ней, он болел за Брюса Уиллиса и Николаса Кейджа, а оно вон как оказалось, это как родная мать, которая уходит навсегда.. Он глубоко вдохнул несколько раз дым с запахом из детства, он пах так же, как тогда, когда они с Ромкой обжигали старую проводку на ферме, и завалился набок, закрыв глаза.

— Сынок, вставай! Пожар!

Борис вскочил с кровати, в доме и впрямь стоял запах дыма, он подбежал к двери и включил свет. Побледневшая мать испуганно смотрела на него, он проскакал по комнатам, выскочил на веранду, вернувшись через минуту.

— Кировы горят!
— Ой, Господи, спаси и помоги!

Женщина быстро крестилась, пока Борис суматошно напяливал брюки и исчезал, прихватив свою куртку. Он вернулся через полтора часа, когда уже рассвело. На кухне его ждал чай и пряники, он разделся и плюхнулся на стул, мать села рядом.

— Машину в гараже греть поставили и ушли, а она вспыхнула. - начал он, отпив из кружки.
— Ой спаси Бог! Сами то живы?
— Живы, чего им сделается. "Пожарки" пришли, пеной залили всё, у Таранчуков рядом даже забор не успел нагреться.
— Ну и слава Богу!

Борис отпил чай.

— А я там стою, мам, и что-то на душе как то нехорошо, приснилось мне ночью плохое что-то. Как будто ты умерла.
— Ну это наоборот хорошо, значит я долго жить буду. Плохой сон если с четверга на пятницу, а сегодня понедельник.
— А, понятно...Значит это хорошо.. То есть как понедельник? Воскресение же!
— Здрасьте! А вчера что было?
— Блин! А я домашку не сделал! Думал, сегодня сделаю!
— Ну молодец, что ещё скажешь! Ну у тебя ещё пятьдесят минут есть, отличник!

Борис вскочил и с пряником в зубах бросился к спортивной сумке с учебниками, висевшей на спинке стула у кровати.

89 24 мая, 11:28 89 464161

>>464103
Друзья сели на диван, Ромка соорудил импровизированный столик из куска фанеры и покрышки от автомобиля, обрадованная обещанием сына тётя Лида налила им по кружке горячего чая с сахаром, поставила здесь же, рядом с вынутой из кармана бутылкой, свою башню из свежеиспечённых лепёшек на большой тарелке и, вздохнув, села рядом с ними.

— Боря, сынок, так я так и не поняла, что это за Конец Света такой? Где он будет то?
— А, точно блять! - оживился Ромка, наливая водку в принесённые из избы рюмки. - Все встречные мне чешут про эту хуйню каждый день, ты грамотный, одинадцать классов кончил всё-таки, что это за ебота? Объясни, будь добр.
— Земля умирает, вроде как..
— А чё с ней? Не вывозит что-ли? Так ясен хуй, засрали всё! Вон на речку посмотри, раньше в ней купались, помнишь? Целыми днями просиживали! А теперь она вся обмелела и в этих пакетах ебучих!

Ромка выпил, поморщившись, Борис последовал его примеру.

— Так пиздец что-ли совсем?
— Правда что в седьмом часу все умрут, Боря? - тётя Лида озабоченно смотрела на гостя, теребя пальцами низ фартука.
— Может и не будет ничего, успеют что-нибудь придумать, не дураки же там сидят. - соврал Борис, пожалев женщину.
— Действительно, мать, хули унывать, в натуре? И без нас разберутся! - Ромка стремительно налил рюмки, выпил свою и поспешил в дом. - Щас выйду, музон возьму только.

Борис едва успел выпить свою долю, как Ромка уже вернулся, держа в руках гремящую басами колонку и пританцовывая.

— О, моя любимая песня! "Держаться нету больше сил, ооуууеее! - он пустился в пляс по всему двору.

Скоро ворота начали звенеть железной щеколдой, это сбредались окрестные алкоголики, манимые громкой музыкой как древние путники, не сумевшие миновать пения сирен. Начался обычный в таких случаях непрекращающийся гомон, подобный тому, что слышал Борис со вчерашнего вечера в доме жены, но, в отличие от нелюбимых родственников, этот пьяный шум ему нравился.

Время незаметно перевалило за четыре, Борис уже был изрядно пьян, хотя и пропускал больше, чем выпивал. Он так и сидел на прежнем месте, иногда дремая, иногда с улыбкой глядя на нескладно танцующий люд, иногда согласно кивал меняющимся соседям по дивану, каждый из которых считал нужным высказать своё мнение по поводу грядущего катаклизма, а те, кто и понятия о нём не имел, жаловались на свои текущие проблемы.

— А это ещё в девятом классе было! - обняв Бориса, громко встрял в очередной разговор Ромка, старающийся перекричать музыку. - Мы тогда девчонкам на восьмое марта сценку ставили в актовом зале, этот блять, как его...
— "Элка и кореша." - помог Борис другу, который на просьбу очередного соседа рассказать происхождение своего прозвища, взял инициативу в свои руки.
— Точно блять! "Элка и кореша", это типа "Элен и ребята", ну, хули, значит... Борька был Элкой, а мы с Софроном, Чуком и Калачом были "кореша". Нарядили его в платье и пока своей очереди на сцену ждали, Борька видать разволновался и срать захотел, да так и побежал через двор, как был, в платье этом, а там кочегары курили, увидели его и кричат, мол, куда побежал, Керенский?

Ромка захохотал, обдав Бориса мощным залпом перегара. Он пересел к интересующемуся, обнял уже его и перевёл разговор на темы, известные уже им двоим, оставив Бориса в относительном покое. Он снова скрестил руки на груди, приготовившись задремать среди веселья. "Интересно, до смерти два часа, а у меня только ноги чуть слабоваты, тревоги почти нет, и это не из-за водки. Когда паническая атака в первый раз случилась, было страшно умирать... А теперь как-будто и нет.. Видимо вместе со всеми и не страшно, все в одну и ту же минуту, я, Ромка, Валентина, Том Круз.. С мамой встречусь.."

Он резко открыл глаза, осмотрелся, встал и осторожно двинулся между сидящими и уже лежащими к выходу, стараясь не попасть в поле зрения Ромки. Успешно миновав ворота, он зашёл за угол, спустился к речке, легко перепрыгнул её и поднялся в небольшой бугор, где начиналось кладбище. Закрыв за собой калитку на входе, он без труда отыскал могилу матери, он был здесь два месяца назад, наводил порядок перед Пасхой. Сев на землю лицом к портрету на постаменте и удобно прислонившись спиной к оградке, он начал рассказывать ей всё, что с ним случилось после её смерти, каждую мелочь, он никогда этого не делал, потому что всегда был здесь трезвым, старался вспомнить каждую мелочь и не мог остановиться, как человек, который наконец нашёл того, кто выслушает. Скоро он учуял опустившийся дым, покрутил головой, найдя его источник сквозь пыльный воздух - это линия огня уже вышла из леса вдалеке и стремительно приближалась сюда. Борис заплакал, ему вдруг стало жаль Землю тоже, он успел подумать о том, как много раз видел в фильмах, как она умирает, но никогда не думал о ней, он болел за Брюса Уиллиса и Николаса Кейджа, а оно вон как оказалось, это как родная мать, которая уходит навсегда.. Он глубоко вдохнул несколько раз дым с запахом из детства, он пах так же, как тогда, когда они с Ромкой обжигали старую проводку на ферме, и завалился набок, закрыв глаза.

— Сынок, вставай! Пожар!

Борис вскочил с кровати, в доме и впрямь стоял запах дыма, он подбежал к двери и включил свет. Побледневшая мать испуганно смотрела на него, он проскакал по комнатам, выскочил на веранду, вернувшись через минуту.

— Кировы горят!
— Ой, Господи, спаси и помоги!

Женщина быстро крестилась, пока Борис суматошно напяливал брюки и исчезал, прихватив свою куртку. Он вернулся через полтора часа, когда уже рассвело. На кухне его ждал чай и пряники, он разделся и плюхнулся на стул, мать села рядом.

— Машину в гараже греть поставили и ушли, а она вспыхнула. - начал он, отпив из кружки.
— Ой спаси Бог! Сами то живы?
— Живы, чего им сделается. "Пожарки" пришли, пеной залили всё, у Таранчуков рядом даже забор не успел нагреться.
— Ну и слава Богу!

Борис отпил чай.

— А я там стою, мам, и что-то на душе как то нехорошо, приснилось мне ночью плохое что-то. Как будто ты умерла.
— Ну это наоборот хорошо, значит я долго жить буду. Плохой сон если с четверга на пятницу, а сегодня понедельник.
— А, понятно...Значит это хорошо.. То есть как понедельник? Воскресение же!
— Здрасьте! А вчера что было?
— Блин! А я домашку не сделал! Думал, сегодня сделаю!
— Ну молодец, что ещё скажешь! Ну у тебя ещё пятьдесят минут есть, отличник!

Борис вскочил и с пряником в зубах бросился к спортивной сумке с учебниками, висевшей на спинке стула у кровати.

Показать весь текст
Ответы64705

90 5 июня, 11:35 90 464705

>>464161
Отлично!

Обновить тред
« /izd/В начало тредаВеб-версияНастройки/a//b//mu//s//vg/Все доски

Скачать тред только с превьюс превью и прикрепленными файлами

Второй вариант может долго скачиваться. Файлы будут только в живых или недавно утонувших тредах.Подробнее

Пользуетесь скринридером — пишите, что можно улучшить.
Host-Food.ru — надёжный хостинг от 12 руб/мес | Free DNS
Зеркала М.Двача: m2ch.hk, m2ch.lib, m2chfapiswfw2wcakptqp4o6ltgchvjuxfab7urxlduraomtlnhw5xad.onion